От Каина
Шрифт:
Всхлипывание Иуды еще доносилось тихим эхом, но Каин уходил вглубь подземелья.
Синее пламя вспыхнуло в каменной нише и осветило круглый зал, подобный и на кузницу, и на лабораторию, и на обычный склад. На каменных столах по периметру были сгружены разные инструменты, свитки, камни, а где-то в мутных банках, заполненных жидкостью, плавало что-то неопределенное, когда-то живое, но уже позабывшее жизнь.
Каин зарычал, как чудовище, заставляя каменные стены вздрогнуть. Адское пламя
Больше всего Каин не хотел подчиняться сейчас Люциферу. Всем своим нутром он протестовал против навязанного лживого долга, но все же больше не мог сидеть на месте.
Выдохнув, он сменил свой облик и, притворяясь стражем, покинул убежище.
Иуда у пещеры больше не рыдал, не ждал его и не бросился к нему с мольбами. Это было к лучшему, ведь решимости Каину и так не хватало.
Ночь близилась к концу, а значит стоило спешить. Он скользнул на самую короткую тропу и после нескольких быстрых шагов перешел на бег.
У каменных стен Иерусалима его ждал улыбчивый Люцифер.
– Ты все же пунктуален, хоть и горяч, - насмехался он.
Каин оскалился, но промолчал, сжимая кулаки и сдерживая желание ударить как можно сильнее.
– Ладно, не злись, - просил Люцифер, хлопая Каина по плечу.
– Потом все выскажешь, а сейчас я проведу тебя к нему.
Каин не спорил, даже не следя, какими ходами и в какие темницы его ведут, только у самой решетки ангельский голос прошептал:
– Дальше сам.
Уверенная рука вручила ключи и подтолкнула Каина к запертой темнице.
Вместо детских рук Иешуа видел иллюзию. Огромные сильные руки стражника заметно дрожали. В них поселилась слабость, однако они были заняты замком и это успокаивало.
В тишине доносился болезненный шепот:
– Господи, прости меня наивного. Я правда думал, что справлюсь, но мне так страшно. Мне никогда прежде не было так страшно, как теперь. Прости меня, Господи, и пошли мне спасение или хотя бы дай мне сил все выдержать, прошу тебя.
От этого шепота у Каина подкашивались ноги. Он знал, что бога нет на земле, что бог никогда не ответит Иешуа, но этот наивный человек так верил, что холодная боль далекого детства всплывала в груди и заставляла злиться.
Имел ли он право отвечать на эту молитву от имени Бога?
Не имел, но это его уже не волновало. От приступа боли слабость отступила. Рывком открыв решетку, Каин шагнул к человеку, принимая свой истинный облик.
– Успокойся, - отвечал он ему.
– Хватит уже просить.
Иешуа вздрогнул. Цепи держали его на ногах, однако избитые руки и губы говорили сами за себя: без цепей он давно бы рухнул на пол.
Тошнота Каина только
– Ты?
– удивился Иешуа.
– Да, я.
Ничего не объясняя, Каин освободил его от цепей и вручил ключи.
– Уходи, спрячешься в той пещере, где мы виделись в последний раз...
Дрожащие руки выронили связку ключей, и они загремели гулким эхом на каменном полу.
– Но почему?
– не понимал Иешуа, с трудом поднимая связку.
– Ты только что молил о спасении, так что бери ключи и уходи. Все остальное я сделаю сам.
При этом Каин очень быстро менял свой облик на человеческий, чтобы походить на собеседника, копируя каждый маленький синяк и ссадину, чтобы никто не мог догадаеться о подмене, и даже ловко ограничивая себя оковами.
Иешуа стоял на месте.
– Я тебе не понимаю, - шептал он растерянно.
– Меня не нужно понимать. Я и раньше помогал тебе, так что просто прими как данность и уходи - и так тошно.
Он почти шипел, а Иешуа все равно медлил и спрашивал:
– Ты считаешь, что я не прав, но все равно пойдешь на это?
Вместо ответа Каин нервно цокнул языком и отвернулся.
Руки добрейшего человека на земле крепко обняли его, заставляя волну дрожи скользнуть по плечам и рябью дойти до кончиков пальцев.
– Спасибо тебе, поверь, Бог все видит, он все знает. Он обязательно тебя примет.
«Бог тут ни при чем!» - хотелось рявкнуть в лицо этому наивному человеку, но Каин промолчал, выждал миг и повторил:
– Уходи и спрячься в пещере, нет времени на эту лирику.
Иешуа отступил, послушавшись.
– И не забудь закрыть решетку за собой, - ворчал Каин вслед.
Что-то там далеко щелкнуло, где-то гремели шаги. Город начинал просыпаться, но солнце еще не заглядывало в его темницу. Еще немного и игра Люцифера начнется. Игра, в которой он должен смиренно принять все, но речь, увы, не об их личных развлечениях. На кону стояло будущее мира, которое почему-то было небезразлично.
Глава 68
Глава 68 - Суд правды и монет
– Это был настоящий спектакль, - продолжал рассказывать Каин Ивану.
– Написание его сценария я благополучно проворонил. Зато мне досталась главная роль.
Он сложил руки на столе, опустил голову и снизу взглянул в растерянные глаза старика.
– Так страшно понимать, что вместо божества распяли жалкого меня?
– спросил он сочувственно.
– Простите, но ведь вы сами хотели знать все.
Иван поднял голову, но слов не находил.