От и до…

День не задался прямо с утра. Дэниз планировал прокатиться на новом жеребце, которого приобрел совсем недавно и поэтому еще не успел объездить. Но на улице пошел такой сильный дождь, что за его серой пеленой ни зги не было видно. Сам он сырости не боялся, но глина на дороге превратилась в настоящее мокрое мыло и грозила коню, который поскользнувшись, мог переломать свои тонкие длинные ноги под тяжелым седоком. В планы хозяина это не входило.

Тогда он решил уединиться с книжкой и кружкой кофе в кабинете, наслаждаясь теплом камина. Сегодня был тот редкий выходной день, когда мужчина мог позволить себе это удовольствие. Если уж бездельничать, то именно под шум дождя за окном и рядом с открытым огнем,

который согревал бы промозглый воздух мрачного помещения. В то, что помещение было именно мрачным, он искренне верил, так как мрачность – было его любимым состоянием духа. Да и что можно ожидать от главы тайной канцелярии?

Дэниз пододвинул кресло ближе к огню, вытянул в его сторону длинные ноги в домашних тапочках, накинул на широкие плечи, обтянутые лишь тонкой сорочкой, клетчатый колючий плед, взял в руки кружку с горячим напитком, вдохнул его аромат и закрыл от удовольствия глаза. Сейчас он глотнет обжигающей жидкости, поставит кружку на стол и углубится в последнее произведение известного писателя Захариуса Перлиса, который прославился своими детективными рассказами.

Дэниз рано остался сиротой. Его воспитывал дядя. И дядя же поставил его на должность главы. Подчиненные вначале немного ворчали и косились на молодого начальника, считая его выскочкой. Но потом оценили остроту ума, великолепную логику и способность к нетривиальным ходам, которые часто ставили в тупик представителей преступного мира. И дядя всегда подтрунивал над тягой племянника к детективному чтиву, словно тому не хватало запутанных историй в реальной жизни.

– Ты не понимаешь,– возражал на усмешки молодой человек, – это же самые натуральные сказки. В жизни так не бывает, поэтому я их и читаю. Иногда хочется поверить в чудо, в то, что проблемы могут разрешиться сами по себе, а добро победит зло.

Дядя считал это занятие хоть и странным, но не вредным. Поэтому молодой человек более серьезного сопротивления не встречал. Только сегодня было не суждено насладиться и этим любимым занятием. Лишь он открыл книгу, перелистнул первую страницу, вдыхая запах новой бумаги и типографской краски, который еще не успел выветриться, как ему на стол из почтового телепорта выплюнуло золотой конверт с алой печатью императорского дома. Мужчина тяжело вздохнул и разрезал конверт лежащим на краю стола ножом для бумаги, костяная ручка которого была изрезана сценками охоты и напоминала владельцу о его родителях. Нож когда-то принадлежал матушке Дэниза, поэтому он всегда имел его рядом с собой, хотя на оружие эта штуковина явно не тянула.

Развернув конверт, бегло пробежал глазами по письму. Ему надлежало в кратчайший срок явиться перед светлые очи императорской четы. Причина такой спешки указана не была.

С сожалением отложив в сторону, так и не начатую книгу, скинув плед на кресло, он отправился в гардеробную, кликнув по дороге камердинера. Дядя не любил, когда его приказы исполнялись долго и без надлежащего старания. А, как известно, с императорами лучше не спорить.

***

Через пятнадцать минут из зеркала на хозяина смотрел высокий мужчина в мягких сапогах, красиво обтягивающих мощные икры, черных штанах из оленей кожи и такого же черного сюртука с золотыми узорами по плечам: форма тайной канцелярии. Широкие плечи сутулились, словно фигура не могла поместиться в зеркале, поэтому ему и приходилось наклоняться. Но это впечатление было обманчивым. До верхнего края стекла еще было достаточно места. Скорее всего, причиной плохой осанки была некоторая внутренняя неуверенность в себе. И основания для этого были: мужчина был до безобразия некрасив лицом. Глубоко посаженные бесцветные голубые глаза под мохнатыми бровями прятались за тяжелыми веками. Тонкие, сжатые в твердую линию бесцветные губы, над которыми красовался очень длинный нос с горбинкой, кривились в кривой ухмылке. И лишь густые волосы, отливающие золотом и закрывающие уши, чуть скрашивали картину.

Он резким движением нахлобучил на лоб широкополую шляпу с длинным

черным пером горной алии, поправил жесткий воротник белоснежной сорочки, которая придумала давить на шею, и привычным жестом натянул на крупные, совершенно не аристократичные кисти рук перчатки. Затем начертил в воздухе руну перехода и шагнул в портал.

Уже через пять минут герцог Дэниз Рут, глава тайной канцелярии и племянник правителя входил в императорские покои.

***

Император с императрицей сидели в глубоких креслах, между которыми стоял невысокий столик на гнутых ножках. На столике возвышалась бутылка отличного вургунского вина и пустой фужер. А также красовалась ваза с фруктами, а рядом на тарелке лежала разломанная плитка шоколада. Императорская чета держала в руках наполненные фужеры и вела неторопливую беседу, отпивая маленькими глоточками вино.

Вошедший быстрым взглядом оценил обстановку, заметив, что ничего тревожного его не ждет. Немного расслабился, распрямляя согнутые плечи, а затем снял шляпу и склонился в поклоне, подметая пером паркетный пол.

– Добрый день, ваше императорское величество! – хриплым, немного каркающим голосом обратился он сначала к тетке. – Дядя, вызвали?

Вторая часть приветствия была адресована явно императору.

Императрица лишь кивнула головой, так как ее рот был занят сочным яблоком, которое она усердно жевала. Император же поставил свой фужер на стол и махнул рукой, указывая на кресло, стоящее неподалеку в углу кабинета:

– Добрый день, Дэн. Пододвигай кресло и присоединяйся к нашей компании. Насколько я помню, ты ценитель вургундского?

– Покажите мне хоть одного человека, который его попробовал и не оценил!– засмеялся гость. Хозяин же кривовато усмехнулся скрытому комплименту собственным виноградникам, очень напоминая в этот миг племянника.

– Только мне кажется очень подозрительным, что такое ценное вино подается без веского повода? – приподняв вопросительно левую бровь, решил уточнить племянник.

– Почему же без веского? – отозвался, вздохнув, император. – Есть и очень даже веский, хотя совершенно не радостный для нас.

Императрица тоже тяжело вздохнула, наконец, дожевав яблоко, скромно потупила глазки и картинно сложила рук на коленях. Племянник же, подтащив кресло к столу и плеснув вина, застыл с вопросительным выражением на лице, ожидая разъяснений. Он умел держать паузу, чтобы не сбивать собеседника с мысли, которая просилась наружу. И это умение часто помогало ему в работе.

– Рия сегодня прошла последнее обследование, и целители подтвердили, что мы с ней не сможем иметь детей, – оправдав ожидание, заговорил император.

– Примите мои соболезнования! – склонил голову в траурном жесте Дэниз, мысленно ругая дядю за то, что ради этой хоть и плохой, но совершенно не срочной новости его лишили выходного.

– Не паясничай и не костери меня мысленно за то, что я тебя из дома сорвал! – как-то агрессивно отозвался хозяин.

К щекам молодого мужчины тут же прилил жаркий румянец, подтверждая то, что дядя оказался прав. Но это было единственным, что выдало его эмоции. Ни одним жестом, ни одним проявлением желаний он больше не показал своих чувств. Медленным движением отсалютовал сидящим фужером с вином и пригубил напиток. Затем также медленно поставил вино на стол, понимая, что это лишь начало разговора.

– Этот факт означает то, что ты остаешься моим единственным наследником. А из этого следует, что тебе нужно незамедлительно жениться.

Император свысока глянул на молодого мужчину, а тот чуть не поперхнулся напитком, который еще не успел проглотить, перекатывая его во рту, растягивая удовольствие.

– Дядя, вы про что говорите? – возмутился Дэниз, даже привстав с кресла. А затем плюхнулся обратно, досадливо стукнув руками по его подлокотникам.– Я каждый день вижу свое отражение в зеркале и очень сильно сомневаюсь, что какая-либо девушка добровольно согласиться выйти за меня замуж. Если уж только та, которую выгнали из дома и ей нечего есть.