Освободитель (сборник)

Олдридж Рэй

— Это чудо, старшина. Ничто не сравнить с кошмарным ощущением, когда твои внутренности проскальзывают сквозь твои же пальцы… это заставляет по-новому ценить жизнь. Хотя я не рекомендовал бы это как обычное лекарство для повышения жизненных сил. А она не опасна? — Фломель кивком головы показал на Низу.

— По-моему, нет. Знахарь хорошо над ней потрудился. Она будет достаточно спокойна.

— Хорошо, хорошо. Ты что-нибудь знаешь про то, куда нас везут, старшина?

— Женомуж кое-что сказал нам, но мы-то все надеялись, что леди Кореана

доверяет тебе полностью и сказала тебе, куда мы направляемся.

Фломель выглядел смущенным.

— Видимо, леди очень сильно занята. Иначе, я уверен, она бы подробно мне все рассказала. Но по замечаниям моих сиделок я понял, что мы направляемся, чтобы получить какое-то новое обучение или подготовку для того, чтобы лучше приспособиться к жизни на пангалактических мирах.

Он шмыгнул носом.

— Хотя я не понимаю, зачем вместе с нами посылают этого безродного. Еще одна загадка, да?

Фломель глядел на Руиза блестящими глазами.

Дольмаэро наклонился вперед.

— Пангалактические миры? Что это такое, если можешь, объясни.

Возбуждение появилось на лице Фломеля. Огоньки мониторов на его прилипале засветились янтарным светом. С маленьким шипеньем прилипала ввела Фломелю снотворное, и по лицу его разлилось блаженство.

— Теперь мне надо отдохнуть, старшина. Мы поговорим потом.

Глаза Фломеля закрылись, и вскоре он начал храпеть.

Если не считать шумных вдохов-выдохов спящего фокусника, в трюме снова воцарилась тишина.

Когда моторы лодки разогрелись, наполнив трюм металлическим визгом, фараонцы беспокойно зашевелились в своих оковах.

— Что это за звук, Руиз? Похоже на то, словно тысяча дровосеков разом натачивают топоры, — голос Дольмаэро срывался от напряжения.

— Это моторы — не о чем беспокоиться.

Мольнех повернулся к Руизу со взволнованным интересом.

— Как же так получается, — спросил он, — что ты столько знаешь? Пойми, я не хочу тебя ничем обидеть.

Руиз пожал плечами, но ответил Дольмаэро.

— Может быть, он с одного из этих «пангалактических миров». Ты же видишь, он не фараонец.

Дольмаэро кивнул на нетатуированное лицо Руиза.

— Да? — Мольнех улыбнулся. — Может быть, ты будешь так добр, что скажешь нам, какая судьба нас ждет?

Фокусник коснулся своего воротника-ошейника костлявым пальцем.

— Разумеется, я знаю, что это ошейник раба.

Прежде чем Руиз смог ответить, в трюм вошла Кореана, а за ней Мармо.

— Все на местах? — казалось, Кореана была чем-то мысленно занята.

— Да. В последний раз я спрашиваю тебя, разумно ли это? Подожди две недели, и сюда приедет коллектор из анклава. Надо ли брать на себя стоимость перевозки, вопросы безопасности, если это можно было бы отдать под их ответственность, а не под нашу? — Мармо сделал жест своим протезом, в котором теперь красовался нейронный кнут.

— В последний раз я скажу тебе, зачем это надо. Мы не можем начать репетиции, пока их не обработают. Время поджимает. И ты сам знаешь,

в этом потоке у нас есть и еще одно опасное существо.

Она улыбнулась Руизу почти любящей улыбкой.

— Делай свое дело, Мармо, и все будет хорошо.

— Как скажешь.

Кореана погладила Руиза по плечу.

— Будь умничкой, — сказала она ему, наклонившись пониже. Потом она легко поцеловала его в щеку.

К Низе она повернулась нахмурившись. Она внимательно изучала замороченное наркотиками лицо Низы. Потом похлопала ее по голове хозяйским жестом.

— Вот мы позабавимся, когда вы вернетесь обратно!

Тон ее был бодрый. Она бросила на трюм последний взгляд и вышла.

Мормо уставился своими искусственными глазами на Руиза.

— Да уж, будь умничкой, — сказал киборг. — Я буду счастлив любому поводу покончить с тобой.

Он развернулся и полетел вперед.

Лодка оторвалась от земли, спотыкаясь и покачиваясь. Потом она медленно набрала скорость, пока не стала кружить над казармами на высоте ста метров. Фараонцы побледнели.

— Не беспокойтесь, — успокаивал их Руиз. — Это безопасный способ путешествия.

— Ну, если ты так говоришь, Руиз, — голос Дольмаэро слегка дрожал.

Кроэль заскулил. Мольнех привалился тощим плечом к своему коллеге-фокуснику, чтобы как-то успокоить его.

— Ну-ну, Кроэль. Парень из чужого мира говорит, что мы выживем. Это для меня вполне достаточно.

Мольнех лихо подмигнул Руизу. Руиз улыбнулся ему в ответ, удивленный выносливостью Мольнеха в таких чужестранных обстоятельствах. Он чувствовал, что в нем просыпается теплое чувство к похожему на скелет фокуснику. Мольнех казался самым лучшим и храбрым среди волшебников, невзирая на кажущуюся хрупкость. Руиз поразился, как трусливый Кроэль смог так хорошо сыграть бога рабства.

Моторы визжали, они летели над багряными джунглями, и так проходили часы. Руиз впал в дремоту, голова его склонилась на грудь.

Он проснулся, когда почувствовал удар от приземления. Руиз настороженно оглянулся вокруг.

— Ты быстро просыпаешься, — заметил Дольмаэро.

Низа смотрела на него огромными глазами. Только остатки наркотического дурмана теперь читались на ее лице.

— Ты тоже пленник, — сказала она.

Руиз улыбнулся и пожал плечами. Она не улыбнулась ему, а миг спустя отвернулась вовсе.

Банесса спустилась в трюм, а за ней шел Айям.

— Обед, — объявила великанша.

Дильвермунский женомуж развязал их узы, постаравшись как можно больнее ущипнуть Руиза, пока снимал с него ремни. Банесса бесстрастно наблюдала. Ее когтистые пальцы нависли над консолью управления ошейников-воротников.

Они оставили Фломеля спать в носилках, но остальные сошли по трапу на травянистую полянку.

Солнце Суука ярко светило на перистую розовую траву, отбрасывало голубоватые отблески от окружающих их джунглей. За изогнутыми силуэтами деревьев притаилась шумная темнота. Чужие запахи щекотали нос Руиза.