Освещенные шрамами

Марсо Иви

Брин все еще не могла оправиться от шока. Глаза Трея расширились. Его дыхание было не таким ровным, как минуту назад. То, что его не поставили в известность заранее, утешало мало, но она все равно была потрясена. Она в оцепенении смотрела на старшего принца.

«Выйти замуж за Трея?»

— Я не… — она замолчала, но потом продолжила. — Я не понимаю, зачем это нужно. Мы с Рангаром помолвлены. Он станет королем Мира. Оба королевства будут находиться под правлением наших семей.

Впервые внимание Трея было приковано к Брин. В его

глазах плескалось невысказанное беспокойство, которое совпадало с ее собственным. Она задумалась, что сейчас происходило в его голове. Король Алет ни разу не упомянул о Сарадж за все это время.

— Боюсь, что это невозможно, — сообщила им маг Марна. — Мы рассмотрели все варианты, и это единственный выход. Система правления, согласованная пятьсот лет назад при основании Эйри, требует, чтобы между королевскими братьями и сестрами не было соперничающих монархий. Брин, вот почему твоя сестра была обручена с герцогом, а не с принцем, и почему тебя хотели отдать барону. Ни ты, ни Элисандра не могли быть королевой какого-либо королевства, поскольку Марс должен был стать королем.

Брин неуверенно моргнула. Она читала что-то об этом в справочниках, но это было написано древним языком, трудным для понимания.

— Это очень сложно понять.

Маг Марна сказала:

— Знаешь легенду о Винн и Ниалле?

Все еще ошеломленная всем услышанным, Брин сказала:

— Детскую сказку?

— Эта история основана на реальных событиях, — объяснила маг Марна. — Винн и Ниалл были принцами и братьями, которые хотели жениться на принцессах из двух разных королевств. Они оба стали королями своих королевств и…

— …и это разрушило оба королевства, — перебил Вал. — Мы знаем эту историю.

Трей вышел вперед и сказал:

— Я знаю древние правила, но можно же сделать исключение.

Король и маг молчали, что говорило о многом.

— Справедливость и счастье — редкая роскошь, доступная королевским детям, — сказала маг Марна.

Брин чувствовала себя так, словно лошади растоптали ее и оставили в грязи умирать. Начиная чувствовать панику, она сказала:

— Должен быть другой путь.

Король Алет обошел стол и положил руку ей на плечо — маленькая доброта, которая казалась каплей в ведре по сравнению с океаном, в котором сейчас тонуло ее сердце.

— Решение за тобой, Брин. Это касается и тебя, Трей. Мы не принуждаем наших детей к браку, как это делают в других королевствах. Тем не менее, мы привели тебя в эту семью и будем относиться к тебе как к своей. Это тот же совет, который я дал бы тебе, если бы ты была моей кровной дочерью. Если ты выйдешь замуж за Рангара, тебе придется отказаться от Мирского трона, что ввергнет Мир в еще большее насилие и неопределенность. Твое королевство уже на пределе, я не верю, что твой народ сможет выдержать больше. Наши советники видят единственный способ мирного урегулирования, если ты выйдешь замуж за Трея и объединишь королевства.

Руки Брин начали дрожать, когда она поняла,

что они были искренними. Для нее это был единственный способ спасти свой народ. Никто не ворвется сейчас с другим вариантом спасения.

Брин повернулась к Трею, глядя на этого мужчину, которого не любила. «Этого не может быть. Я не могу выйти замуж за Трея. Я люблю Рангара».

— Что ты об этом думаешь? — спросила она, все еще пытаясь перебрать в уме другие варианты. — Ты действительно разорвешь свою помолвку?

Трей провел рукой по лицу и сказал глухим голосом:

— Мы с Сарадж не помолвлены. Не официально. Сарадж не была готова к браку и всему тому, от чего ей пришлось бы отказаться.

Маска на лице Трея сползала, обнажая страдания. Брин могла только представить, какие мысли и страхи роились в его голове. Независимо от того, были ли их отношения официальными или нет, они с Сарадж явно любили друг друга и планировали прожить вместе всю жизнь.

Сарадж была ее самой близкой подругой. «У нее разобьется сердце».

Но у Брин были более насущные опасения. Она тихо спросила:

— Рангар знает об этой… возможности?

— Конечно, нет, — тихо сказала маг Марна. — Как ты думаешь, почему мы отослали его на край королевства?

Брин бросила на нее свирепый взгляд.

— Ты отправила его на войну, чтобы убрать с дороги?

— Кровь Рангара горяча, — сказала маг Марна. — Мне не нужно говорить тебе об этом. Он опекает тебя с шести лет, а с тринадцати — влюблен в тебя. Он выучил Мирский только для того, чтобы иметь возможность говорить с тобой. Попросил нас рискнуть жизнью, чтобы вытащить тебя из замка Мир и приютить здесь. Если бы он был сейчас здесь, услышав, что единственный способ спасти ваше королевство — это выйти замуж за его брата, как ты думаешь, кто-нибудь из нас вышел бы из этой комнаты с головой на плечах?

Брин хотела возразить. По ее телу разлилось тепло. Но она не могла найти слов, чтобы возразить ей. Это была правда… каждое слово. Рангар был ревнивым и вспыльчивым.

Когда Валенден поцеловал Брин в ночь сбора урожая, Рангар сломал нос собственному брату. Его ревность в сочетании с соперничеством с братьями стала бы взрывной силой.

— Он узнает, когда вернется, — воскликнула она. — Ты не можешь скрывать это от него вечно!

Маг Марна кивнула. Хотя ее лицо выглядело спокойным, ее руки беспокойно постукивали по столу.

— Вот почему свадьба должна состояться в течение двух дней. Если вы с Треем поженитесь, это должно произойти до его возвращения. Он не сможет помешать этому. А когда это произойдет, у него не останется выбора, кроме как соблюдать закон или быть брошенным в темницу.

Взгляд Брин метнулся к королю Алету. Знал ли отец Рангара об их совместных ночах? О признаниях, которые Рангар шептал ей на ухо? Вот будет беда, если Рангар вернется и застанет свою суженую замужем за его братом!

Словно прочитав ее мысли, Валенден сказал: