Острые края
Шрифт:
— Нет, забудь об этом. Я никогда не думала… Все, давай сменим тему.
— Я не против.
Юджиния чувствовала, что с трудом избежала некой ловушки. Именно такого рода сложности привносит секс в отношения между людьми, подумала она. Ей даже нельзя сердиться на Сайруса, как раньше, потому что они переспали.
Юджиния вздохнула.
— Мне пришла в голову одна мысль, — сказала она. — Если Ронда настолько хорошо знакома с расположением помещений в Стеклянном доме, что ей было известно, где хранятся картины Нелли, она могла знать
— Верно.
Хотя слово это Сайрус произнес негромко и мягко, оно почему-то словно пригвоздило Юджинию к полу. Она увидела в его глазах еще больше холода, чем несколько секунд назад.
— Пожалуйста, не говори ничего, я попробую угадать. Ты раздумываешь над тем, может ли Ронда дать тебе ниточку в поисках кубка Аида?
— Я учитываю такую возможность.
Неудивительно, что Колфакс выразил готовность в случае необходимости помочь ей отыскать Ронду Прайс, мрачно подумала Юджиния. Пути, ведущие к достижению цели каждого из них, снова пересеклись.
— Вместо того чтобы предаваться размышлениям о причинах моего стремления помочь тебе в поисках Ронды, подумай лучше о другом.
— О чем именно? похоже на кофейню, а всем известно, что художники любят сидеть в кофейнях. Возможно, и Ронда туда заходила.
— Ты прав, — просияла Юджиния. — Может, кто-нибудь из работающих там даст нам какую-то информацию о Ронде. Хорошая идея, Сайрус.
— Спасибо, но я взял идею из пятой главы пособия для детективов.
— Какого еще пособия?
— Которое мне прислали, когда я обучался на заочных курсах, чтобы получить лицензию.
— Заочные курсы? Приятно сознавать, что работаешь в паре с настоящим профессионалом, — подыграла ему Юджиния.
Кафе «Неоновый закат» оказалось полупустым. Молоденькая официантка в футболке и джинсах, которой явно не было еще и двадцати, листала за стойкой журнал. На его обложке красовалась худющая фотомодель.
— Десять утра — рановато для художников, — заметила Юджиния, присаживаясь за маленький столик. — Они собираются ближе к вечеру и сидят допоздна.
— Значит, официантка в данный момент скучает. А когда людям скучно, они становятся разговорчивыми.
Сайрус снял поношенную кожаную куртку, накинутую поверх одной из его любимых гавайских рубашек, и тоже опустился на стул. Мужественная грация его движений буквально завораживала Юджинию.
Проведя рядом с ним уже довольно много времени, она ни разу не видела, чтобы Колфакс суетился. Он не барабанил пальцами по столу, не качал ногой, не комкал и не складывал бумажные салфетки. Оказавшись где угодно, он словно подчинял себе все окружающее, включая людей. За соседним столиком мужчина в жилете, какие обычно носят фотографы, был значительно крупнее и массивнее, но доминировал в кафе явно Сайрус.
— А как нам вызвать официантку на разговор о Ронде Прайс, не вызывая у нее подозрений? — спросила Юджиния.
— На мой
— Почему? — нахмурилась Юджиния.
— Потому что ты — героиня вчерашнего вечера.
— Доброе утро, — щелкнув жевательной резинкой, приветствовала их официантка, с интересом воззрившись на Юджинию. — Вы та самая леди, которая вчера прыгнула в воду, чтобы спасти Ронду Прайс, верно?
— Да, вы не ошиблись, — сказала Юджиния, перехватив веселый взгляд Сайруса и поворачиваясь к девушке. На футболке официантки красовался маленький прямоугольник с надписью «Хитер». — А вы подруга Ронды?
— Не совсем, хотя я ее знаю. Ее здесь все знают. Она частенько сюда заходит, ей нравится строить из себя великую художницу. Но я слышала, как Фенелла Уикс говорила, что она даже прямую линию провести не может.
— Я с вами не согласна, — возразила Юджиния. — Я купила одну из ее картин, очень хорошую работу.
Хитер пожала плечами:
— Честно говоря, в искусстве я мало разбираюсь, просто работаю здесь, и все дела.
— Неужели? — вступил в разговор Сайрус. — А я думал, вы тоже художница.
— Не-а. — Девушка покраснела. — Папаша мой говорит, мол, свяжешься с кем-нибудь из типов, которые тут ошиваются, заставлю тебя бросить работу.
— Он недолюбливает местную богему? — уточнила Юджиния.
— Не знаю, как насчет богемы, но художников он терпеть не может. Говорит, они все лентяи, не хотят нормально работать, все бы им задирать нос и устраивать вечеринки. Папаша считает, что на острове было куда лучше, пока Адам Дэвентри не основал свою колонию художников. А по-моему, раньше тут была скука смертная.
— Ронда тоже любит бывать на вечеринках?
— Само собой. Она постоянно крутилась в Стеклянном доме, — ответила Хитер. — Одно время даже водила шашни с мистером Дэвентри. Ох и расстроилась же она, когда тот ее бросил и спутался с какой-то художницей из Сиэтла! Правда, Ронда и после этого продолжала туда бегать, на вечеринки к мистеру Дэвентри то есть.
— Итак, у Ронды был роман с Дэвентри. — Юджиния смотрела на ленту идущей вдоль побережья дороги, которая летела под колеса джипа. — Значит, Дэвентри приторочил к своему поясу скальп еще одной художницы.
— Ага. В связи с этим возникают кое-какие вопросы.
— Разумеется, этот факт говорит против версии, что Ронда и Нелли были подругами. По намекам официантки Ронда очень ревновала Дэвентри к Нелли. Возможно, она украла картины, чтобы поквитаться.
— Иногда дружба возникает при весьма необычных, странных обстоятельствах. — Сайрус многозначительно скосил глаза на Юджинию. — Как и другие типы взаимоотношений.
Юджиния напряглась, боясь, что Колфакс решил поговорить о случившемся между ними — Что ж, — сказала она, — давай обсудим.