Острые грани
Шрифт:
Меж тем гигантский ящер с удивительной для такой махины грацией прошествовал мимо меня, протаранил своим телом прозрачную преграду и, ничуть не повредив ни ей, ни самому себе, очутился по ту сторону «пузыря» уже человеком! Хорошая же «мышка» мне подвернулась! Крупная.
– Проходите, ваше высочество! Для вас это совершенно безопасно, – предложил мне вновь принявший человеческий вид змей.
Под руку мне уже привычно поднырнула голова моего карликового дракона, и в глаза вопросительно заглянули бусины блестящих черных глаз.
– Ар? –
– Пойдем, дружище, – положив руку ему на холку, потянул я за собой свое маленькое чудовище.
Не удержавшись и засунув в пузырь сначала руку и убедившись в отсутствии неприятных ощущений, зажмурившись, я все-таки шагнул сквозь радужную пелену. Вместе с дракончиком. И открыл глаза.
Уф! Все было в порядке! Волновался я зря. Жив и здоров, как и мой дра…
Да что же это такое? Что опять за… Жутко захотелось озвучить мирозданию все знакомые бранные слова. Но… нельзя же ругаться при ребенке!
Моя рука, несколько секунд назад придерживающая за холку карликового дракона, теперь лежала на узких плечах малыша лет пяти-шести. А я открывал и закрывал рот, не зная, что сказать.
– Э… это кто? – наконец выдавил я, так и не придумав ничего лучше.
– Ваш тэшшер, – ничуть не удивившись метаморфозе, невозмутимо пояснил лор Зоккуар. – Коршик, если не ошибаюсь. Надеюсь, это сокращенное имя, а полное звучит несколько… солиднее?
– Коршун, – в полной прострации произнес я. – Так что же, это… этот малыш – мой дракон?
Мальчишка в ответ насупился и отвернулся от меня, отодвинулся в сторону, как будто обидевшись, что я его не узнал.
– Так точно, ваше высочество. Проходя сквозь Радужный купол, все и вся принимают подобающий этому месту вид. А я еще раз убедился в своей правоте на ваш счет, – как-то странно оглядел меня с ног до головы мужчина. – Так что… Добро пожаловать на Селин, мой принц! – с поклоном провозгласил Зоккуар и, бросив быстрый взгляд в сторону стоящего чуть дальше строения, заключил: – А сейчас нам необходимо продолжить путь, королева уже ждет вас. Пожалуйста, постойте здесь. Я оседлаю лошадей.
С этими словами лор-дракон направился в сторону одноэтажного сооружения, видимо служившего конюшней, а я остался обдумывать услышанное.
«Королева… – размышлял я, оглядывая себя в поисках каких-либо изменений, на которые намекал Зоккуар. – А королева – это, должно быть, моя матушка, раз уж я принц. Ну, уж она-то меня точно не перепутает со своим настоящим сыном. Так что встретиться с ней точно придется. Для выяснения, так сказать. Ну и для получения информации, конечно».
Не сразу, но до меня все же дошло, что и со мной после пересечения Радужного купола тоже произошли некоторые перемены. Нет, я, конечно, ни в кого не превратился, но вот мой костюм претерпел некоторые изменения. Не сильные. Я даже сразу и не заметил. Просто из рванья, потрепанного битвой со жрецами и ползаньем по подземному лабиринту, он снова стал совершенно новым, целым и чистым. Только черным.
Хмыкнув, я провел рукой по ткани. Что там дракон говорил
Ой, нет, не могу! Слово «дракон» так и рвется с языка. Ну и тэшш с ним, дракон он и в Призрачном мире дракон. Не так ли?
А вот что касается моего дракона…
Я с опаской посмотрел на так и замершего в сторонке мальчика. Чего только не бывает! Добываешь себе, будем называть вещи своими именами, домашнее животное, и вдруг неожиданно в одном лице с ним обзаводишься маленьким ребенком. О нет! Я еще так молод! Мне рано быть отцом! Пощадите!
«Все, хватит причитать, – ущипнул я себя за руку. – Попробуем с ним поговорить».
– Эй, малыш! Ну, не дуйся, – подошел и присел я перед ним на корточки. – Извини, что сразу не узнал. Не знал, что ты так превращаться можешь! – добавил я в голосе восхищения.
– Не, сам я пока так не умею, – разулыбался от похвалы мальчик. – Это оно помогло, – ткнул он пальцем в висящую неподалеку радужную преграду.
– Да? Ну, ты все равно молодец! Вон как вырос и разговаривать научился!
Ребенок промолчал, только шмыгнул носом и смущенно опустил вспыхнувшие золотом глаза.
– Ты не против, если я и дальше тебя Коршиком называть буду? Или у тебя есть другое имя?
– Нет, другого нет. Мне это нравится! – упрямо тряхнул головой малыш и придвинулся ко мне, знакомым движением склонив к плечу голову и заглядывая в глаза.
– Ну, хорошо, Коршик так Коршик, – согласился я, поднимаясь на ноги. – А теперь пойдем. А то дядя Зоккуар уже коней оседлал.
А кони здесь были обычные. Да, вполне обычные кони. Ни клыков, ни когтей, ни крыльев.
К чему это я? А помните легенду о двух призрачных конях, черном и белом, которые приходят к человеку в тот момент его жизни, когда оказывается она, жизнь, на волосок от смерти? И чтобы спастись, нужно не только выбрать одного из посланников богов, посланника Солнечного или посланника Лунной, но и суметь поймать своевольное создание. А поймать резвоногого коня сложно, да и сделать правильный выбор не легче. Потому что неоднозначен, неочевиден этот выбор. Хозяин белого коня – не всегда Солнечный, хозяйка черного – не всегда Лунная. Вот и думай, человек, где свет, а где тьма. Где жизнь, а где смерть. Где дорога только начинается, а где безвозвратно заканчивается. Думай…
Древнюю эту легенду я прочитал в академической библиотеке еще на первом курсе. Тогда, подготовленный отцом и наставниками много лучше многих своих сокурсников, я играючи, на лету справлялся с предложенными профессорами заданиями и получал в подарок совершенно свободные вечера. Вечера, окутанные познанием тайн древней магической твердыни; ее коридоров и залов, обследованных мной в первую очередь, потайных ходов и подземелий, найденных много позже; смотровой башни с обсерваторией, куда из-за строжайшего запрета я, ни разу не пойманный, проникал тайком, и конечно же архива и библиотеки, разрешение на посещение которых я настойчиво вытребовал у отца.