Островок рая

Хилтон Марджери

— Интересно, когда этот ужас закончится?

Рэдферн пожал плечами:

— Бог его знает. Может, к утру утихнет.

Под черным пологом туч джунгли колыхались как темное, бурное море. Набрасывающийся на скальные уступы ветер ревел разъяренным зверем.

Даже защищенная стенами пещеры, девушка чувствовала мощь надвигающегося ненастья. Инстинктивно она подалась назад, дрожа от страха. Вечер сменила ночь, но пекло стояло невыносимое. В глубине пещеры воздух был не менее жарким, чем снаружи. Джен нервно ходила из угла в угол, решая, стоит

ли ей постелить на камни пиджак вместо матраса или все же растянуться прямо на холодном полу.

Путешественница старалась не обращать внимания на неудобства. Необходимо оставаться в пещере, пока не уймется ураган; не важно, сколько часов придется провести без еды и постели.

Девушка уже собиралась лечь, как вдруг что-то врезалось ей в лицо и запуталось в волосах. Джен закричала.

Что теплое и лохматое ползло по ее голове, но, когда Ник подбежал, существо уже исчезло.

— Летучие мыши, — констатировала Келли.

Мужчина зажег фонарик и направил желтый луч на потолок пещеры. Там висели неподвижные зверьки, гроздья, дюжины их, застывших подобно средневековым горгульям.

— Ради бога, выключи фонарик, — взмолилась девушка.

— Боишься? — ехидно поинтересовался ее товарищ. — Удивлен, что ты не бросилась к фотоаппарату. И где же твой научный подход?

Джен укуталась в пиджак.

— Если под наукой ты подразумеваешь изучение этих жутких маленьких монстров, не упоминай мне сегодня о науке.

— Они безобидные, — мягко упрекнул мужчина. — И как только тебе удается обращать внимание на такие мелочи, когда снаружи будто снаряды взрываются?

— Я всегда обращаю внимание на все, — холодно заметила Джен. — Даже на летучих мышей.

— Да. И на них тоже, — ласково сказал Ник. — Иди сюда, бедная маленькая напуганная мышка. — Он распахнул объятия, и, ни минуты не сомневаясь, девушка упала в них. Его руки были теплыми, надежными, и постепенно ее душу и тело окутал покой. С детским всхлипом Джен прижалась к мужчине еще крепче, положила голову ему на плечо и расслабилась.

Всю ночь Ник сжимал ее в объятиях, его крепкие руки были для Джен щитом и магическим кругом, через который не могла прорваться никакая злая сила. Рев ветра и грохотание грома казались просто надоедливым шумом. Девушка тихо лежала, прислушиваясь к дыханию и биению сердца своего спутника.

Но вот дыхание замедлилось, и кольцо рук слегка расслабилось — Ник заснул. Келли внимательно изучала знакомые черты его лица с настойчивостью, невозможной днем.

Мужчина не шевелился. С легким вздохом Джен, двигаясь очень осторожно, чтобы не разбудить его, поудобнее пристроила голову на его теплом плече.

Рассвет озарил успокоившееся море. Розовые и золотистые блики расцветили горизонт. Первые лучи солнца окрасили лазурь неба. Мир был наполнен покоем.

Мимолетная тень разбудила девушку. Она открыла глаза и встретилась взглядом с Ником. Он наклонился над спутницей, заложив руки за спину, и внимательно изучал ее лицо. Не говоря

ни слова, мужчина протянул руку, Джен приняла его помощь и поднялась на ноги. Вместе они шагнули в новый день. Рэдферн больше не пытался прикоснуться к ней, и девушка была ему за это безгранично благодарна. Воспоминания прошедшей ночи все еще были слишком свежи, и ей было неловко встретиться с Ником взглядом.

Но когда Джен наконец осмелилась заглянуть ему в глаза, то была удивлена. Она не нашла там ничего пугающего: ни фамильярности, ни триумфа, ни насмешки. Его взгляд был спокойным, почти непроницаемым и… (она хотела в это верить) понимающим.

В тишине они вернулись на пляж и предстали перед картиной всеобщего разрушения.

Пальмы валялись на песке, вырванные вместе с корнями, их листья были разбросаны по всему берегу.

Тяжело вздохнув, Джен побрела вперед, к знакомому месту, ставшему для нее центром Эдема.

Только бревна, куча листьев и соломы остались от пальмовой хижины. Девушка почувствовала, что через секунду она разрыдается. Она и не представляла, насколько дорого ей было их крохотное жилище, ставшее домом.

Бросив на спутницу быстрый взгляд, Ник спокойно произнес:

— Ну, вот и все. Думаю, первым делом нам придется разобрать этот бардак. Но сначала надо поесть.

Поесть! Джен отвернулась, пытаясь скрыть слезы. Для Рэдферна их хижина ничего не значила, была всего лишь убежищем от непогоды. А сейчас он думает о еде!

— Хорошо, иди и налови рыбы, — бросила она через плечо и отправилась искать остававшиеся в хижине вещи.

Завтрак прошел в тишине. Никто так и не рискнул нарушить тягостное молчание. Девушка чувствовала себя несчастной и опустошенной. Если им суждено убраться с этого поганого острова, то она никогда больше не притронется к рыбе… И к кокосам! Она никогда не станет приближаться к острову, население которого меньше десяти тысяч человек.

— Ну, — прервал мужчина ее горестные размышления. — Не пора ли нам засучить рукава?

— И смотреть, как плоды нашего труда лежат в руинах через несколько дней? — Губы Келли превратились в тонкую белую полоску. — Нет, спасибо.

— Но такова жизнь, — попробовал ободрить ее Ник. — Мы строим планы и смотрим, как они рушатся с каждым днем. Пойдем, Джен Крузо.

Но девушка больше не могла выносить его холодный, равнодушный тон.

— Нет! — закричала она. — Не хочу! Оставь меня в покое! — И побежала прочь, не оборачиваясь и не глядя под ноги.

На краю лагуны тяжелые шаги настигли ее. Рэдферн схватил ее за рукав и рывком развернул к себе. Его глаза светились от едва сдерживаемой ярости.

— Ты пытаешься сбежать, Джен, но это не поможет. Слушай, ты, упрямая маленькая идиотка! Ты думаешь, мне сейчас легче? Считаешь, что я счастлив сейчас?

— Я думаю, ты самая бессердечная, бесчувственная скотина во вселенной! — заорала на него Келли. — Тебя ничто не волнует! Ты… бесхребетный. Ты никогда и не пытался выбраться с этого острова.