Острова
Шрифт:
– Может, сообщишь свое имя? – спросил торговец. – Я хорошо помню прежних покупателей, ведь я еще мальчишкой тут подрабатывал.
– Да ты, наверное, Финто Полные штаны?
– Ой! – поразился продавец. – Но если ты меня знаешь, почему я не знаю тебя?
– Ты тогда был еще ребенком. Давай уже дойдем до ресторации, там и поговорим.
114
Джек, Хирш и Бертуччи с солдатами пошли за Веллингтоном к ресторации, которая состояла из сдвинутых
Веллингтон первым вошел в заведение и, увидев незнакомого человека за стойкой, спросил:
– А где хозяин, любезный?
– Хозяин в конторке, мистер.
– Позови его.
– С удовольствием, мистер, но как вас назвать?
Распорядитель покосился на продавца рабов, которого, без сомнения, хорошо знал. Тот лишь пожал плечами, дескать, сами разбирайтесь.
– Скажите, что приехал Вилли. Мне бы хотелось перекинуться с ним парой слов.
– Слушаюсь, мистер, я немедленно доложу хозяину, – поклонился распорядитель и убежал, а спустя пару минут вернулся в сопровождении хозяина – того самого Леона.
– Вилли? – удивленно произнес он, останавливаясь напротив полковника.
– Да, Леон. Что, скажешь я постарел?
– Нет, скажу, что ты задолжал мне за шницель с картошкой.
– Ну, значит, придется вернуть с процентами, – развел руками Веллингтон, и Джек заметил, как дернулся при этом его кадык. Старый шпион жаждал выпить, но обнаруживать свои пристрастия при посторонних ему не хотелось.
– Так о чем ты хотел попросить меня, Вилли? – понижая голос, осведомился Леон, поглядывая на пришедшего с Веллингтоном Бертуччи и его солдат.
– Ты помнишь Миллера, банкира Железного ручья?
– Его давно нет в живых.
– А Бойля, банкира Серебряного озера?
– Бойля пристрелила любовница – два года назад.
Веллингтон вздохнул и непроизвольно коснулся кармана, где лежала початая фляжка.
– Хорошо, тогда скажи, кто уцелел из первой десятки пятнадцатилетней давности?
– Грой, Бути и Джайхай, – перечислил Леон. – А что у тебя с ними за дела, Вилли, толстосумы не помнят добра, и если ты когда-нибудь…
– Не переживай, – улыбнулся Веллингтон и, достав фляжку, приложился к ней, сделав несколько больших глотков.
– Значит, ты теперь пьешь?
– Я всегда пил.
– Но не всегда так много, – покачал головой Леон.
– Разве это много? – улыбнулся Веллингтон, демонстрируя тонкую фляжку.
– Я не на бутылку смотрю, Вилли, я смотрю на твое лицо. Но это не мое дело. Я позвоню Джайхаю, кажется, у тебя перед отъездом были с ним какие-то дела.
– От тебя ничего не скроешь, – ухмыльнулся Веллингтон.
– Это объяснимо, я продаю людям алкоголь и разведенную смолу, а вот этот парень, кстати, пару раз продавал мне партию розовой, – заметил Леон, кивнув на Бертуччи.
– А разве смола была
– Нет, парень, смола хорошая. Я иногда даже в чай добавляю пару капель. Аромат у нее – закачаешься.
– Это от цветов олоя…
– Ты хотел связаться с Джайхаем, – напомнил Леону полковник.
– Сейчас свяжусь.
И Леон отошел в угол просторного зала.
Было слышно, как он робко представлялся какому-то служке, потом ждал подхода к рации самого банкира.
– Прошу прощения, гермунт Джайхай, но один мой клиент хочет с вами встретиться.
– Кто этот клиент? – пролаял резкий голос, и его услышали все в заведении.
– Вилли Банзевич.
– Чепуха, Вилли Банзевича убили на границе гор, об этом все судачили!
– И, тем не менее, гермунт Джайхай, он сейчас в моем заведении.
Словно желая в этом убедиться, Леон обернулся и взглянул на Веллингтона, который боролся с желанием отхлебнуть спиртного.
Наконец Леон выключил рацию, вытер ее о полы холщового пиджака и сказал:
– Все. Сейчас он приедет.
– Сам гермунт Джайхай приедет сюда? – уточнил продавец, который до этого следил за происходящим с долей недоверия.
– Да, приедет. Так и сказал – я уже спускаюсь к машине.
– Он уже спускается к машине, – повторил продавец и прерывисто вздохнул. Ему было трудно поверить, что прямо сюда, в эту заплеванную ресторацию, приедет сам гермунт Джайхай, первый банкир двух долин и побережья, через которого проходила отмывка половины денег от всей торговли смолой.
Сам гермунт Джайхай. Фантастика.
– Так что же мы стоим, дорогой брат?! – воскликнул он, хлопая Веллингтона по плечу. – Давай отметим сделку!
– Но мой гарант еще в дороге…
– Что значит, в дороге или на дороге? Финто оплатит тебе богатый стол и угощение! Финто что-то значит на этом рынке!
– Эй, Финто! – воскликнул ресторатор Леон. – А кто сказал, что это ты будешь гарантировать угощения? Это я гарантирую, потому что знаю Вилли Банзевича и гермунта Джайхая! Прошу за стол, Вилли, тебя и твоих людей! У меня к вам полное доверие, заказывайте, что хотите!
115
Очнулся Джек уже в гостинице. Накануне он много выпил и хорошо закусил. Очень хотелось в туалет, и, соскочив с кровати, Джек пробежал в нужном направлении, но, увидев дыру в дощатом полу, слегка опешил.
У себя дома, в деревенской пустоши, он видел вещи и повеселее, но за время службы привык к каким-то удобствам, о которых тут не слышали.
Последний приличный сортир он видел в аудиенции Бертуччи. И Ороре… Ах, Ороре! До чего же она хороша!
Однако, тотчас устыдившись этой мысли, Джек справил нужду и вышел из туалета. Ороре была девушкой Бертуччи, а то и женой, притом что Бертуччи являлся их единственным союзником.