Остров
Шрифт:
Хэтч замер, его кулак застыл в воздухе, взгляд устремился к дулу пистолета. Начальник работ смотрел на Хэтча и улыбался, кровь из носа окрасила его зубы в красный цвет.
Затем он начал крениться в сторону — Рэнкин, не в состоянии воспользоваться руками, сумел приподняться и теперь телом толкал Стритера к краю металлического мостика. Несколько мгновений казалось, что Лайл сейчас упадет, но он восстановил равновесие и, когда Хэтч собрался нанести удар, направил на Рэнкина пистолет и выстрелил в упор.
Голова геолога дернулась, темная струя крови брызнула в туннель.
Однако кулак Хэтча уже пришел в движение и въехал в челюсть Стритера, когда тот повернулся обратно. Стритера отбросило на поручни, раздался протестующий скрежет металла. Хэтч прыгнул вперед и толкнул его двумя руками в грудь. Поручни не выдержали, он оказался в воздухе, отчаянно размахивая руками в поисках опоры. Послышался крик удивления или боли; раздался выстрел; потом Хэтч различил тяжелый удар тела о металл. А еще через несколько мгновений до него долетел звук всплеска, почти заглушённого ревом воды.
Вся схватка продолжалась меньше минуты.
Хэтч, задыхаясь, поднялся на ноги. Он подошел к неподвижному телу геолога; Бонтер уже склонилась над Рэнкином. Вспышка молнии, отразившаяся от множества металлических брусьев, показала, что Рэнкину уже ничем помочь нельзя.
С тихим бормотанием в луче света возник Вуди Клей; он с трудом поднялся на платформу, на его лице запеклась кровь. Священник медленно взбирался снизу по лестнице, чтобы отвлечь Стритера, пока Хэтч быстро подобрался к нему с другой стороны.
Хэтч прижал Бонтер к себе, окунув руки в путаницу ее темных волос.
— Благодарение богу, — прошептал он. — Я думал, ты погибла.
Клей молча посмотрел на них. Затем он сказал:
— Что-то пролетело мимо меня. Кажется, я слышал выстрелы?
Хэтч собрался ответить, но раздался треск. Через мгновение мимо них пролетел титановый брус, со звоном ударяясь о металлические детали конструкции. Вся система лестниц задрожала. Хэтч подтолкнул Бонтер и Клея в сторону туннеля.
— Проклятье, — задыхаясь, проговорил он, — что происходит?
— Джерард открыл ящик, — ответила Бонтер. — И привел в действие последнюю ловушку.
ГЛАВА 59
Потрясенный Нейдельман застыл на месте, когда серия мощных толчков обрушилась на сокровищницу. Она накренилась еще сильнее, пол стал уходить вправо. Магнусен, которую первый удар отбросил к дальней стене, теперь лежала, погребенная под грудой монет, отчаянно отбивалась и визжала. Сокровищница продолжала наклоняться, и тогда обрушились штабеля сундуков, раскалываясь в щепки и наполняя воздух золотом и самоцветами.
Перемещение саркофага привело Нейдельмана в чувство. Он засунул меч за пояс и огляделся в поисках своего страховочного троса. Он свисал из отверстия в потолке. Высоко над головой капитан видел бледное сияние аварийных фонарей, установленных возле лестницы. Они на миг погасли, но засветились вновь. Он потянулся к веревке, и тут вновь раздался чудовищный скрежет.
Железный пол начал расходиться по шву, образовалась щель, которая быстро расширялась. Нейдельман с ужасом смотрел, как массы золота устремились к щели, словно водоворот
— Нет, нет! — закричала Магнусен, пробираясь сквозь поток сокровищ, продолжая прижимать к себе золото даже в эти ужасные мгновения, не в силах решить, что ей делать.
Все вокруг содрогнулось, казалось, волна исходит из самого сердца Земли, и поток золотых брусков рухнул рядом с женщиной в море золотых монет. По мере того как тяжесть золота увеличивалась, водоворот ускорялся, теперь Магнусен засасывало в расширяющееся отверстие, и рев металла почти заглушил ее пронзительные вопли. Она беззвучно тянула руки к Нейдельману, ее глаза вылезали из орбит, тело сдавливала растущая тяжесть золота. Сокровищница застонала — начали лопаться последние болты.
И Магнусен исчезла в золотом потоке, устремившемся в пропасть.
Отбросив трос, Нейдельман взобрался по горе золота и умудрился схватиться за раскачивающуюся бадью. Он сумел дотянуться до кнопки и нажал на нее. Двигатель лебедки взвыл, и бадья начала подъем. Нейдельман висел под ней, когда бадья, проскрежетав по дико выгнутому потолку сокровищницы, прошла в узкое отверстие шахты.
Пока бадья медленно поднималась к началу лестниц, Нейдельман забрался внутрь и посмотрел вниз. Он успел увидеть, как последняя порция сокровищ — слоновая кость, сгнившие шелка, бочки, ящики, золото и самоцветы — с грохотом высыпались сквозь дыру в днище и исчезли. В следующее мгновение погас мощный светильник, висевший над сокровищницей, и шахта погрузилась в темноту, которую разгонял лишь слабый свет аварийных фонарей. В сумраке он увидел — или ему только показалось, что он видит, — как сокровищница, ударяясь о стены шахты, падала в хаос бушующей воды.
Мощная дрожь сотрясла стены Бездны. Земля и песок хлынули вниз, и титановые балки протестующе застонали. Мигнув в последний раз, погасло аварийное освещение. Бадья со скрипом остановилась возле начала лестниц, ударившись о стену узкой шахты.
Убедившись, что меч надежно закреплен, Нейдельман в темноте потянулся к тросу, на котором висела бадья. Его пальцы коснулись нижних ступенек лестницы, но тут Бездна вновь содрогнулась, и капитан изо всех сил рванулся вперед. Он уцепился за нижнюю ступеньку, а потом ему удалось подтянуться и ухватиться за следующую. Ноги Нейдельмана теперь раскачивались над бездной. Вся система лестниц дрожала от напряжения, словно живое существо. В темноте у него над головой послышался треск, и одна из балок полетела вниз. Вспыхнула молния, и капитан разглядел чье-то изувеченное тело в воде далеко внизу.
Пока Нейдельман цеплялся за перекладину, мучительно пытаясь восстановить дыхание, он вдруг осознал весь масштаб катастрофы. Несколько секунд капитан висел над пропастью, а его разум мучительно искал ответы.
Затем дикая ярость исказила его черты, он широко раскрыл рот, и его вопль перекрыл рев воды под ним:
— Хэээээтч!
ГЛАВА 60
— О чем ты говоришь? — тяжело дыша, спросил Хэтч, прислонившись к влажной стене туннеля. — О какой последней ловушке?