Остров
Шрифт:
Все молчали.
— Тогда будем продолжать спуск. Теперь появится больше боковых туннелей и шахт, и нам всюду необходимо поставить датчики. Поскольку мистер Уопнер должен откалибровать их вручную, он начнет отставать от нас. Мы будем ждать его на платформе сто футов.
На такой глубине в сходящихся в центре балках накопилось огромное количество мусора. Старые кабели, цепи, зубчатые колеса, шланги, даже сгнившие кожаные перчатки. То и дело появлялись новые туннели и шахты, пересекающиеся с главной. Нейдельман выбрал первый туннель, поставив датчики на расстоянии двадцати футов друг от друга,
Хэтч осторожно удлинил страховочный трос и сошел с лестницы в боковой туннель. Он тут же почувствовал, как нога погрузилась в липкую грязь. Туннель был низким и узким и довольно круто поднимался вверх. Он был грубо пробит в валунной глине, ничем не напоминая изящные контуры Водяной Бездны. Судя по всему, его прорубили значительно позже. Слегка наклонив голову, Хэтч прошел в глубь туннеля футов на двадцать, вытащил из ранца пьезоэлектрический датчик и воткнул в отвердевшую землю. Затем вернулся к главной шахте и положил у входа в туннель маленький светящийся флажок.
Вернувшись на лестницу, Хэтч услышал громкий, жалобный стон, который издавал ближайший деревянный брус; в следующее мгновение он сменился обычным скрипом. Крепко вцепившись в лестницу, Хэтч замер на месте и затаил дыхание.
— Обычное оседание, — раздался голос Нейдельмана.
Он уже установил очередной датчик и теперь спускался ниже, к следующему пересечению туннелей. Когда капитан заговорил, раздался скрежет — хриплый и визгливый, — удивительно похожий на человеческий крик.
— А это еще что такое, черт подери? — вопросил Уопнер из-за спины Хэтча, и его голос прозвучал неожиданно громко в замкнутом пространстве.
— То же самое, — ответил Нейдельман. — Протест старого дерева.
Послышался новый вопль, сопровождающийся невнятным бормотанием.
— Проклятое дерево здесь ни при чем, — заявил Уопнер. — Такое впечатление, что это кто-то живой.
Хэтч поднял голову. Программист застыл на месте — он заканчивал калибровку датчика. Уопнер держал свой компьютер в вытянутой руке, положив на него указательный палец другой руки. Выглядело довольно забавно — казалось, он указывает на собственную ладонь.
— Не свети в глаза, ладно? — буркнул Уопнер. — Чем быстрее закончу с этой дрянью, тем скорее мы выберемся из этой задницы.
— Ты просто хочешь поскорее вернуться на корабль, чтобы Кристоферу не досталась вся слава, — весело сказала Бонтер.
Она выбралась из бокового туннеля и начала спускаться по лестнице.
Когда они приблизились к платформе на отметке сто футов, им открылся новый вид. До сих пор горизонтальные коридоры, уходящие в сторону, были грубыми, с плохо обработанными стенами. Но теперь они увидели вход в туннель, над которым кто-то хорошо потрудился.
Бонтер посветила фонарем в квадратный проем.
— Это часть Бездны, — заявила она.
— И каково ее назначение? — спросил Нейдельман, доставая датчик из ранца.
Бонтер заглянула в туннель.
— Не могу сказать ничего определенного. Но здесь можно увидеть, как Макаллан использовал естественные расселины в скале для своего строительства.
— Мистер Уопнер, — позвал Нейдельман, взглянув вверх. Наступило недолгое молчание. Наконец Уопнер откликнулся:
Но его
Посмотрев вверх, Хэтч увидел, что молодой человек стоит возле флажка, оставленного им, и калибрует датчик. Влажные волосы прилипли к лицу, но программист дрожал от холода.
— Керри? — позвал Хэтч. — Вы в порядке?
— Я в порядке.
Нейдельман перевел взгляд с Бонтер на Хэтча, и в его глазах загорелся огонек.
— Ему потребуется некоторое время, чтобы откалибровать все датчики, — сказал он. — Почему бы нам не заглянуть в один из боковых туннелей?
Капитан шагнул в туннель, а потом помог остальным перебраться к нему. Они оказались в длинном узком проходе, примерно пять футов в высоту и три фута в ширину, с такими же деревянными балками, как и в Водяной Бездне. Нейдельман вытащил из кармана небольшой нож и воткнул его в одно из бревен.
— На половину дюйма дерево совсем мягкое, но дальше становится твердым, — констатировал он, убирая нож. — Выглядит вполне надежно.
Они осторожно начали двигаться, немного горбясь, чтобы не задевать головой за низкий потолок. Нейдельман часто задерживался, проверяя надежность деревянных балок. На протяжении пятидесяти ярдов туннель был прямым. Неожиданно капитан остановился и негромко присвистнул.
Посмотрев вперед, Хэтч увидел необычное каменное помещение, примерно пятнадцати футов диаметром. Оно имело форму восьмиугольника, каждая сторона заканчивалась аркой, восходящей к крестообразному своду. В полу, в самом центре, находилась железная решетка, покрытая ржавчиной и скрывающая дыру неизвестной глубины. Они стояли у входа в зал, и пар от их дыхания смешивался с туманом, клубившимся внутри. Воздух заметно ухудшился, и Хэтч почувствовал легкое головокружение. Слабый шум доносился со стороны центральной решетки: шепот воды или шорохи медленно перемещающейся земли.
Бонтер направила луч своего фонаря в потолок.
— Mon dieu, [59] — выдохнула она, — классический образец английского барокко. Немного грубоват, но сомнений тут быть не может.
Нейдельман посмотрел на потолок.
— Да, — сказал он, — мы видим руку самого сэра Уильяма. Посмотрите на терции и ребра свода — впечатляет.
— Впечатляет тот факт, что все это находилось на глубине в сотню футов под землей, — заметил Хэтч. — Зачем?
— Если бы я попыталась угадать, — сказала Бонтер, — то предположила бы, что у этого помещения какие-то гидротехнические функции.
59
Мой бог (фр.).
Она выдохнула, и они завороженно наблюдали за тем, как облачко тумана плывет к решетке и стремительно исчезает в ее глубинах.
— Мы поймем, что к чему, когда составим подробные карты, — сказал Нейдельман. — А сейчас поставим здесь парочку датчиков. — Он укрепил их в выемках между камнями в противоположных сторонах зала, а затем посмотрел на показания. — Здесь слишком высокое содержание двуокиси углерода, — сказал он. — Лучше нам сократить время нашего пребывания.
Они вернулись к центральной шахте и увидели, что Уопнер заканчивает свою работу.