Остров капитанов
Шрифт:
– Все-таки полечу вместе с «Мечтой», – торопясь, проговорила она. – Провожу ее хотя бы до океана Сказки…
Ласточка Два Пятнышка на прощание коснулась прохладной гладкой головкой щеки волшебника Алеши и полетела вслед за «Мечтой».
Глава X
Чашечка кофе для бодрости
И главное:
Джина Улыбнисьхотьразок
Как
– Это и понятно! Ничего удивительного! – весело прощебетала Ласточка Два Пятнышка, пристроившись возле капитанского мостика. – Хотя волшебник Алеша очень рассеянный человек… Но это так, в мелочах. Когда же дело столь серьезно, нет, тут на него можно положиться! Он ничего не спутает, не забудет. Теперь ясно: он не стер заветный ключ, нарисованный на входной двери! Поэтому мы без труда вернулись назад, в Сказку!
Рассвет они встретили уже в родном океане. Погода была превосходной, дул легкий попутный ветер.
«Мечту» радостным хором приветствовали говорящие селедки.
Легкомысленные рыбы все перепутали. Вместо «Здравствуйте» кричали «Прощайте», «Счастливого пути на дно!», отчего на щеках самолюбивого Тельняшки выступил кирпичного цвета румянец.
Дрессированную Сардинку выпустили погулять на просторе. Куда девалась ее солидность и невозмутимая серьезность! На радостях вместе с селедками Сардинка принялась отплясывать на волнах. Взбивала пену, поднимала фонтаны брызг, сверкала блестящей чешуей. Можно было подумать, что кто-то со дна моря высунул серебряную ложечку и размешивает ею волны.
– И не совестно тебе? С кого пример берешь? – пробовал урезонить ее Тельняшка.
– Не надо, – остановил его капитан Тин Тиныч. – Пусть порадуется. Как-никак через неделю при попутном ветре мы будем уже дома.
На палубу легкой походкой вышла корабельная повариха. Кто бы не залюбовался в этот миг красоткой Джиной! Длинные черные локоны, словно витые черные свечи, отливали серебром на каждом изгибе. Густые ресницы тушили, смягчали колючий блеск сверкающих глаз. И она улыбалась. Улыбалась, как всегда, ласковой, будто застывшей улыбкой.
Двумя руками красотка Джина держала высокий кофейник. Из носика кофейника крученой струйкой вылетал пар. Морской ветерок, словно он тоже был любителем кофе, жадно подхватил ароматный запах, понес над волнами.
Вслед за поварихой выскочила Черная Кошка, на этот раз нацепив на себя, как и ее хозяйка, белый передничек с кружевами. В лапах – поднос с кофейными чашками. Зеленые глаза сверкали так, что серебряный поднос с одного бока отсвечивал зеленью.
– Погаси глаза, – прикрикнула на нее красотка Джина.
Глаза у Кошки
– Всю команду уже напоила, – улыбаясь, сказала красотка Джина. – А это вам – покрепче.
– Как ваши зубы? Больше не болят? – вежливо спросил капитан Тин Тиныч.
– Да они у меня отроду никогда не боле… – начала было корабельная повариха, но тут же, спохватившись, запричитала, приложив ладонь к щеке: – Уж так болели, так ныли, сил нет. Сейчас вроде затихли. – Красотка Джина разлила кофе по чашкам. Черная Кошка, не расплескав ни капли, с милым поклоном подала чашки с кофе капитану Тин Тинычу и старпому Сене.
– Отличный кофе. Благодарю. – Капитан Тин Тиныч отхлебнул из чашки.
– А ты, милая Ласточка? – радушно предложила красотка Джина. – Ну, хоть полчашечки, со сливками.
– Не пью даже нарисованный, – холодно отказалась Ласточка Два Пятнышка.
– Уу!.. Какая злопамятная, – с упреком покачала головой красотка Джина. – Ну, я тебя чем-нибудь другим угощу. Уж непременно… Позвольте вам еще чашечку, капитан.
И красотка Джина тут же наполнила чашку капитана Тин Тиныча крепким, густым кофе.
– Да, приятное впечатление производит волшебник Алеша, – сказал капитан Тин Тиныч, – как хорошо, что такие люди есть на свете. Однако сказываются все же две бессонные ночи. В сон так и клонит. Не выпить ли еще по чашечке для бодрости?
– Для бодрости… – сладко зевнул старпом Сеня, прихлебывая кофе, услужливо поданный Черной Кошкой.
– Для бодрости! – вкрадчиво повторила красотка Джина.
– Для бодрости, – чуть шевеля усами, прошептала Кошка.
«В какой-то момент я заколебалась… – подумала Черная Кошка. – Но, к счастью, я скоро одумалась. Эти честность и благородство до добра не доведут. Нет, я сделала правильный выбор!»
– Что со мной? Я положительно засыпаю, – смущенно улыбнулся капитан Тин Тиныч. – Придется еще по чашечке. Как вы на это смотрите, а?
Но старпом Бом-брам-Сеня уже ничего не ответил. Он еще раз сладко зевнул, глаза его сонно закрылись. Пошатываясь, он сделал несколько шагов, ухватился за мачту и медленно сполз на палубу.
Ласточка Два Пятнышка быстро поворачивала узкую головку в черной шапочке, с тревогой глядя то на капитана Тин Тиныча, то на старпома Сеню.
– Не пейте, капитан! Кофе отравлен! – воскликнула Ласточка.
Но было уже поздно.
Непреодолимая дремота сковала капитана Тин Тиныча. Глаза закрывались сами собой.
Нет, это не облака – это мягкие одеяла и подушки. Ветер хорошо взбил их, навалил грудами. Зарыться в них с головой и спать, спать, спать…
– Желаете, капитан, я спою вам корабельную колыбельную? – с издевкой промурлыкала Кошка.
Капитан Тин Тиныч пошатнулся. Он напрягал все силы, чтобы устоять на ногах.
– Предательство, измена… – слабеющим голосом прошептал он.