Остров битвы
Шрифт:
Возможно, Шианон требует верности от людей, — подумал Тэм. — Никто не в силах отказать ей.
Он привстал и осмотрелся. Широкая, лениво текущая река была усыпана лодками и баржами, едва различимыми в тумане. По берегам виднелись деревья, и случайная ферма освещалась солнцем сквозь туманную дымку.
Они находились слишком далеко от обоих берегов, чтобы стать мишенью для лучников, и у юноши возникло некоторое чувство безопасности, хотя река всегда считалась далеко не безопасным местом.
Элиз снова села на скамью
— Бэйори, леди тоже может поучиться управлять веслами, — сказала она. — Дайте их мне на время. Вы уже давно гребете.
Бэйори неохотно передал весла девушке: отказать он не мог.
Вскоре лодка поплыла быстрее. Тэм и Бэйори переглянулись, подумав одно и то же: работая в таком темпе, Элиз быстро устанет.
Тэму казалось, что Бэйори выглядит одновременно и лучше, и хуже, чем в последние несколько недель. Юноша восстановил здоровье, на щеках появился румянец, тело снова обретало былую физическую форму. И в то же время Бэйори заметно помрачнел, будто его единственная любовь убежала с другим.
Тэм взглянул на Элиз. Даже в мужской одежде и с лицом, золотым от загара, она выглядела несказанно прекрасной. Странно, ведь Элиз не являлась красавицей в традиционном понимании. Лицо у нее было узкое, нос длинный, зато глаза большие и влажные, а нежные губы — настолько правильной формы, которую не смог бы передать ни один художник. Если истории про Шианон правдивы, то в будущем Бэйори ожидало разбитое сердце. Возможно, оно уже разбито, но кто мог знать точно?
Находилась ли Элиз полностью во власти Шианон, или не совсем, как она утверждала? Скорее всего даже сама девушка не знала правды.
Усилиями Элиз лодка оказалась в густом прохладном тумане, который окутал путников влажным плащом. Тэм дрожал. На мгновение они затерялись в бесконечной густой пелене, где тени исчезли, а направление движения — да и само движение — теряло всякий смысл. Тэм ожидал, что скоро впереди появятся огромные деревья, однако туман рассеялся, и лодка очутилась снова посередине реки.
Бэйори резко поднялся.
— Поглядите, вон лодка, которую я никогда не встречал! — Он указал в туман. — Видите?
— Шхуна фаэлей, — ответил Синддл.
Серая, как камень, лодка лежала у восточного берега, синие паруса обвисли из-за отсутствия ветра. У лодки возвышались и корма, и нос, который изящно загибался вверх, словно лебединая шея.
Суденышко было не слишком большим — размером с небольшой прибрежный торговый корабль, — но изящным, и линии бортов напоминали изгиб лука.
— Не часто увидишь их здесь, так далеко от моря, — заметил собиратель легенд.
— Они не похожи на фаэлей, — сказал Тэм, всматриваясь в размытые фигуры на палубе. — Я не вижу цветов, ассоциирующихся у меня с вашей народностью.
— Да, наши родичи-мореходы действительно другие — у них свой язык, почти непонятный моему народу. На носах их судов обычно вырезана голова уиста, поскольку именно эта птица привела нас в Страну-меж-Гор и предупреждала в пути об опасностях. На корме находится символика клана; на каждом корабле плавает большое семейство, двенадцать или пятнадцать человек на борту. Чаще всего они отправляются в плавание небольшим флотом, так же, как сухопутные фаэли путешествуют
Синддл повернулся, чтобы осмотреть реку, однако не обнаружил следов фаэльских шхун.
— Они, должно быть, тебя очень уважают, Синддл, — предположил Тэм. — Ведь твоим предком был великий мореплаватель.
— Я сухопутный фаэль, Тэм. Они смотрят на всех нас свысока, несмотря на наше происхождение.
Серый корабль скрылся в тумане. Тэм смотрел, как он медленно исчезал, словно свернул в другой приток реки Уиннд и совсем пропал из этого мира.
Несмотря на то что путники плыли против течения, Элиз вернула весла только через два часа, хотя к тому времени заметно снизила скорость, — и Тэм подумал, что не смог бы повторить этот подвиг. Таким образом друзья приплыли к южному краю маленького острова, расположенного совсем рядом с западным берегом реки, а затем — к устью узкого пролива.
К полудню путешественники добрались до подножия небольшого водопада, и Тэм видел, как вода, белая от пены, скрывалась за ближайшим поворотом. Они выгрузили вещи и вытащили лодку на берег, потом затащили ее в кусты и перевернули вверх дном, по отдельности спрятав весла. Все, что не понадобится в пути, товарищи завязали в узел и повесили высоко на дереве. Пвилл проверил, все ли запомнили, где лежат весла. Никто не спрашивал, к чему это.
Теперь, когда за нами гонится Хаффид, неизвестно, кто сюда вернется, — подумал Тэм.
Путники направились по узкой тропинке вдоль южного берега ручья.
Пвилл шел впереди, Тэм следовал за ним. Рыцарь, казалось, был если не охвачен страхом, то сильно встревожен и держал руку на мече. День выдался тихий, теплый и безветренный. Над узкой рекой жужжали насекомые, среди ветвей порхали птицы.
— Как ты познакомился с Алааном? — поинтересовался Тэм у Пвилла, оставшись с ним наедине.
— О, я знаю Алаана уже много лет. Однажды он увидел, как отец учит меня владеть мечом. Отец был воином, но в бою потерял ногу до колена. Ему дали во владение небольшой участок земли, где он работал много лет. Во время одного из путешествий Алаан проходил мимо и увидел наши занятия. Он поговорил с отцом, и пару месяцев спустя к нам пришел пожилой человек. Когда-то он слыл известным бойцом на рыцарских турнирах. Помню, что отец относился к нему с уважением и почтением. Учитель поселился в старом сарае, который мы приготовили специально для него, хотя ему, похоже, было все равно где спать. Он начал со мной заниматься. Честно говоря, я никогда не понимал зачем.
Пвилл покачал головой и продолжил:
— То есть не понимал до тех пор, пока спустя год не вернулся Алаан, и не оказалось, что он близко знаком с моим учителем. Тогда я осознал, кто покровительствовал мне. Учитель был строгий, но не злой, и под его руководством я научился тому, чего отец никогда не смог бы мне дать. Когда мне исполнилось пятнадцать, Алаан появился снова и подарил мне замечательную лошадь. Мы с учителем объездили ее, и в тот же год я впервые принял участие в турнире. Я не победил, но хорошо зарекомендовал себя, выступив рядом с опытными рыцарями, и затем с новыми силами принялся за занятия.