Оставьте это профи
Шрифт:
— Только не с тобой, — говорю через нос.
— Как хочешь, — пожимает плечами и встает.
— Куда идешь? Убери здесь все.
— А ты что? — удивляется.
— Я ранен, и все из-за тебя, — шиплю и пробую встать.
Ксения молча идет вверх. Понимаю, что дела не будет. Немного сижу. И начинаю вытирать воду, не люблю беспорядок в доме. А вот другой человек, наверное, очень его любит.
Навожу порядок на кухне. Также стираю ее художественные зарисовки по всей кухне и гостиной. Потом поднимаюсь в свою комнату и иду к зеркалу в ванной. Матерюсь, когда вижу опухлость
Вздыхаю.
Надо друга поблагодарить.
Подхватываю телефон. Один пропущенный от засранца Стаса. Набираю номер.
— Привет дружище! Как ты там? — как я? Паршиво, блина.
— Привет! Да, знаешь… не очень-то. И все из-за тебя, — шиплю. — Если я еще раз соглашусь на твои предложения, то лучше руку отрежу. Больше никогда не буду тебе помогать. Понял?
— Да, что там у тебя такое? — с удивлением спрашивает.
— Ксения, что у меня еще может быть. Это просто ходячая катастрофа. Беда. Она мне чуть нос не разбила. Капец какой-то. Это папандос, а не девушка, — жалуюсь другу, который наверняка наслаждается домашней тишиной. Завидую я ему.
— Ого. Да у тебя там такие страсти. Я уже начинаю завидовать, что ты вместо меня уехал, — он нагло ржёт, а я представляю, как душу его. Ох… Достался же мне друг, не дай бог.
— Не мели глупостей. Здесь нечему завидовать, — хмыкаю.
— Да прямо уж. Видел ее голой, что так говоришь? — я затихаю. Вопрос прямо в лоб. — О-хо-хо-хо. Та ладно! Ты серьезно? — кричит в трубку.
Закатываю глаза.
— Хватит, потому что ничего не расскажу, — смеюсь. Потом еще это приподнятое состояние. Кхм… И что это все может означать? И черт с ним.
— Молчу, — слушается впервые в жизни. Наверное, ему очень интересно.
— А, я ничего тебе не расскажу. Надо было самому ехать. Все друг, пока. Некогда, — разрываю вызов и начинаю переодеваться. Спать хочу ужасно.
Стук в дверь. Научилась таки вести себя, как человек?
— Заходи, — говорю и одеваю на себя пижамные штаны.
— Я здесь тебе принесла… Ах-ах-ах. О, боже, — сдерживает смех.
— Что там у тебя? — пропускаю мимо ушей.
— Я здесь приготовила пирог, но не успела попробовать. Принесла тебе в знак извинения и благодарности за уборку, — протягивает мне поднос, с куском пирога и чашку чая.
С настороженностью смотрю на нее.
— Не отравленное? Кто-то грозился, что хочет меня прикончить, — сужаю глаза.
— Не волнуйся, не в этот раз, — улыбается и подходит поближе. Кладет поднос на кровать и отходит. — Может, тебе еще льда или геля? — опускает глаза в пол. Начинает нервно мять пальчики.
— Ничего не нужно, спасибо, — хмурюсь. Это ж надо! Благодарность? Я уже начинаю бояться.
— Хорошо. Я тогда ушла. Спокойной ночи, — закрывает дверь.
Я остаюсь один. Смотрю на поднос. Поднимаюсь, беру его в руки и несу на тумбочку.
Не буду кушать. Может быть что-то и подсыпала.
Расстилаю кровать. Навожу будильник на шесть утра и ложусь спать. Утро вечера мудрее.
14. Ксения
Что
Поднимаюсь на локте и останавливаю навязчивую мелодию будильника. Еще только глаза открыла, а мои мозги даже заполонил сосед.
Реально раздумывала о его словах весь вечер. Ладно, и полночи тоже.
Вот с какой стати он взял, что пирог с ядом? Меня это возмутило до бешенства. Даже больше скажу: обиделась я! Вот так!
Все прочь, прочь с моей головы надоедливый шмель. Сегодня первый рабочий день и я просто обязана выглядеть офигенно. Хочу произвести хорошее впечатление на коллег.
Вера говорила, что будут только два врача и несколько ассистентов: я и мой начальник или начальница, кто знает. Такой информацией не владеет даже подруга, а она всегда в курсе всего, причем первая. Знает все, даже предугадать иногда может, таро не раскладывай.
Это и не важно. Самое главное — забыть о старой жизни, настроиться на позитив и несколько месяцев, можно сказать, отдыха среди гор. Потому что работа с восьми до шестнадцати это не так долго, а еще суббота полдня и воскресенье выходные. Кайф!
Это не город, где нужно пахать с семи до девяти, с одним выходным в месяц и еще иногда выходить ночью, потому, что у знакомого нашего завотделением депутата, заболела кошка и где бы ты ни была, чтобы не делала, должна примчаться в больницу за десять минут.
Как вспомню, черти хватают… Как я пять лет такое терпела, понятия не имею. Наверное, все, как и с Вадимом — привычка.
С последними событиями я и думать забыла предательство эксбойфренда. Но его место заполонил самый черствый мужчина, которого я когда-либо видела.
Тело у него, конечно, м-м-м… Сама касалась твердых трицепсов, но голова, как кастрюля, пуста. Как говорят: первые сорок лет детства, самые трудные для мужчин. Вот и мой сосед яркий пример этому.
Освежаюсь под теплым душем, танцуя по плитке, как на сцене «Танцы со звездами». Пою во все горло и радуюсь, что я наконец-то могу убежать от соседа переростка. Может и не потому, не знаю. На душе так светло, весело, что хочется делиться своей радостью и позитивом с окружающим миром.
После, равномерными движениями втираю в кожу молочко с запахом миндаля, подкручиваю локоны и выхожу в чем мать родила из ванной.
Сначала — кружевное белье.
На чем я никогда не экономлю, так это на нижнем белье. Для меня важен комфорт и красота. Я должна нравиться себе в зеркале в белье, а что там натягиваю сверху — меня мало интересует. Ведь именно нижнее белье делает женщину желанной.
Свитер под шею телесного цвета, приталенные облегающие брюки в тон и сапожки к середине икры. Надеюсь, что на улице расчистили дорогу и не придется брести по сугробам.
Я, конечно, подготовилась: приобрела черную куртку из водоотталкивающего текстиля, фиксированным капюшоном-воротником и искусственным мехом и утеплителем. Верун подарила теплый клетчатый кашемировый шарф и шапку, в нем можно не только шею прятать от холода, а все тело обмотать, такой большой. Писк моды. Правда, перчатки новые не купила, забыла.