Оставленные

Дженкинс Джерри Б.

– Конечно. Я выключу телефон сию минуту. Вам нужен будильник?

– Спасибо, нет, – сказал Бак с улыбкой, почувствовав, что телефон, который он еще держал в руке, уже отключен.

Мак, вроде бы, хороший парень. Если он обнаружит утром бинт, он оставит Маку хорошие чаевые.

Бак заставил себя встать и выключить телевизор и свет. Он отличался тем, что мог посмотреть на свои часы перед сном и проснуться точно тогда, когда наметил. Сейчас почти полночь. Он встанет в полшестого.

Он отключился, как только его голова коснулась подушки. Когда он проснулся

через пять с половиной часов, оказалось, что за это время он не пошевелил ни одним мускулом.

Рейфорду казалось, что из кухни наверх он прошел, как лунатик. Ему было трудно поверить, что он по-прежнему чувствует страшную усталость после долгого сна. Свернутые газеты все так же валялись в кресле, в которое он их швырнул. Может быть, посмотреть газеты после кошмарных снов? Любопытно прочитать потерявшие смысл новости о мире, который еще не подозревает, что он накануне величайшей драмы своей истории, случившейся сразу после того, как эти газеты были отпечатаны.

Рейфорд нажал на телефоне кнопку дозвона и медленно пошел к лестнице, слегка прислушиваясь. Но что это? Щелчки набора прервались – значит телефон в комнате Хлои зазвонил. Он поспешил к телефону. Ответила девушка.

– Хлоя?

– Нет. Мистер Стил?

– Да!

– Это Эми. Хлоя решила попробовать добраться домой. Она будет пытаться звонить вам по дороге. Если она не сможет проехать, то позвонит вам отсюда. Или, если найдет переговорный пункт по дороге.

– Так она уже в пути?

– Да. Она не захотела ждать. Она пыталась звонить, звонила, звонила, но…

– Да, я знаю. Спасибо, Эми. С тобой все в порядке?

– Напугана до смерти, как и все.

– Представляю. Ты сама потеряла кого-нибудь?

– Нет. И в связи с этим у меня такое чувство, будто я в чем-то виновата. Я знаю, что каждый кого-то потерял. Конечно, я потеряла нескольких друзей, но никого из близких.

Рейфорд не знал, что ему делать: поздравлять ее или выражать ей соболезнования. Если верны те выводы, к которым он пришел, у бедной девочки не было никого, кто попал на небеса.

– Хорошо, – сказал он. – Рад, что с тобой все в порядке.

– А как вы? – спросила она. – Мама и брат Хлои?

– Боюсь, что они ушли от нас, Эми.

– О, нет! Не может быть!

– Но прошу тебя не говорить это Хлое, если она свяжется с тобой раньше, чем со мной. Лучше мне это сделать самому.

– Не беспокойтесь. Я думаю, я не сказала бы ей даже без вашей просьбы.

Рейфорд полежал в кровати еще несколько минут, затем стал небрежно перелистывать газету. Неожиданные события в Румынии.

Демократические выборы завершились тем, что при очевидном согласии народа, а также верхней и нижней палат парламента президентом страны стал молодой популярный бизнесмен и политик. Тридцатитрехлетний Николае Карпатиу из Клужа за последние несколько месяцев привлек на свою сторону народ яркими и убедительными выступлениями, которые воодушевили все население – как друзей, так и врагов. Предложенные им для страны реформы принесли ему известность и власть.

Рейфорд посмотрел

на фотографию молодого Карпатиу – очень красивого блондина, похожего на молодого Роберта Рэдфорда.

"Интересно, захотел бы он занять этот пост, если бы знал, что случится потом? – подумал Рейфорд. – То, что он предлагал, сейчас не стоит тарелки фасоли".

Глава 7

Ровно в шесть Кен Ритц, доехав до "Мид-пойнта", дал гудок, опустил стекло и спросил:

– Вы Уильямс?

– Я – ваш клиент, – ответил Бак, влезая в старомодный джип.

Поправляя заново наложенный бинт, он усмехнулся про себя, представляя, как будет доволен Мак двадцатью долларам чаевых.

Ритц оказался высоким и худощавым человеком с обветренным лицом и копной пепельно-серых волос.

– Давайте прежде всего посчитаем. От аэропорта "0'Хара" до аэропорта имени Кеннеди семьсот сорок миль, и семьсот сорок шесть миль – от Милуоки до "Кеннеди". Я подброшу вас до "Кеннеди" как можно ближе, насколько смогу. Сейчас мы находимся примерно на одинаковом расстоянии от аэропорта "0'Хара" и от Милуоки. Будем считать, что это семьсот сорок три мили. Умножаем на два бакса, получается тысяча четыреста восемьдесят шесть. Округляем до полутора тысяч за такси, и мы договорились.

– Договорились, – сказал Бак доставая чеки и подписывая их. – Чертовски дорогое такси. Ритц рассмеялся.

– Особенно для человека, который едет из "Мид-пойнта".

– Забавно.

Ритц остановился возле металлического ангара в аэропорту "Вокеган". Занимаясь приготовлениями, он непринужденно болтал.

– Здесь не было никаких происшествий. Два случая были в "Палуоки". Они потеряли двоих из летного состава. Чудеса из чудес, не правда ли?

Бак и Ритц обменялись рассказами об исчезнувших родственниках, во всех подробностях – где они были, когда это случилось, кто это был.

– Никогда не доводилось возить писателей, – сказал Кен, – я имею в виду на чартерных рейсах.

Наверное, работая на авиалиниях, многих перевез.

– На своем самолете больше заработок?

– Да, но когда я уходил, я этого не знал. Это было не по моей инициативе.

Они как раз занимали места в самолете. Бак, немного опешив, спросил:

– Вас отчислили из летного состава?

– Не беспокойтесь, – сказал пилот, – я доставлю вас, куда надо.

– Нет, вы должны мне сказать, были ли вы отчислены?

– Я был уволен. Это большая разница.

– Это зависит от причины увольнения, правильно?

– Верно. Это нужно для вашего спокойствия. Я был уволен за то, что был слишком дотошным.

– Расскажите мне, – попросил Бак.

– Помните, несколько лет назад были споры насчет того, почему в холодную погоду с легкими самолетами случаются аварии. Помните?

– Да, пока их как-то там не усовершенствовали.

– Правильно. А вы помните, что один пилот отказался от полетов даже после того, как ему сказали, что якобы все в порядке и обществу даны разъяснения по всем вопросам?