ОСТАНКИ
Шрифт:
–Ну, поплачь, может, полегчает,– снисходительно усмехнулся Антонио.– Ты сядь подальше и делай вид, что начинаешь вести программу.
–Зачем?
–Затем, что директор так приказал!– надменно ответил Антонио, закуривая.– Ну?
Кэтэрина жалобно вздохнула, отошла на несколько шагов от Антонио, присела на стул и начала с улыбкой читать текст:
–В принципе… Здравствуйте, уважаемые телезрители!
Антонио хлопком остановил Кэтэрину:
–Так, чтоб без всяких принципов в эфире! Говорить только по тексту.
–По
–Да, по заготовленному мною тексту. Так ведут себя опытные мастера телепропаганды.
–Хорошо.
–Ведь ты хочешь работать у меня?
–Хочу…
–Продолжай!– приказал Антонио.
–В эфире программа «Новости дня»….– начала несмело Кэтэрина, но опять Антонио хлопнул в ладоши:
–Постой! Почему плохо улыбаешься?
–Я всегда… в принципе…
–Улыбка до ушей! – потребовал Антонио.
Кэтэрина кивнула, стала говорить с ослепительной улыбкой до ушей, что больше было похоже не на улыбку, а гримасу:
–Итак, новости дня!
–Не просто новости дня, а гламурные новости дня!– поправил Антонио.
–Да… Гламурные новости дня… Спешим обрадовать зрителей с появлением нового нацпроекта под названием:
–31-
«Полиция, которая нас бережет!» Отныне наша доблестная полиция, заботясь о гражданах и постоянно ища разных террористов и уголовников, будет останавливать на улицах каждого прохожего, интересуясь его регистрацией. Боль-шая просьба ко всем гражданам: не удивляться и не жаловаться, так как этот нацпроект создан для вашей же безопасности! Некоторые наши граждане возмущаются порой полицейским произволом. В ответ на это начальник городской полиции заявил, что сотрудник полиции, совер-шивший неблаговидный поступок или даже преступление во время службы, сразу увольняется из органов, вследст-вие чего его нельзя рассматривать, как полицейского.
–Это нужно убрать!– вставил Антонио.
–Значит, о новом нацпроекте говорить не стоит?
Черт, с умом говорить! Срочно изменить текст! Про увольнения не говорить!
–Хорошо,– сразу согласилась Кэтэрина.– Увеличение мусора на улицах некоторых городов не следует считать следствием неэффективности наших коммунальных служб. Наоборот, все мы лучше стали жить, уровень благососто-яния нашего народа повысился, если количество мусора так возросло и отходов много. Больше стали есть и пить!
– Это мне понравилось! Продолжай,– широко улыбнулся Антонио.
–Министр по культуре желает построить в центре города свой Гайд- парк, в котором все желающие могли бы говорить всё, что им в голову взбредет, ведь у нас в Банании настоящая демократия! Но за пределами этого парка говорить, что хочется, уже нельзя. Демократия демократией, но все хорошо в меру
– Неплохо!
–Смешная новость про Америку! Американцы хотят приватизировать космос!
–Тоже хорошо,– похвалил Антонио.– Только еще бы ты потанцевала, а?
–32-
Кэтэрина
– Танцевать?
–Ты можешь танцевать?
–В принципе могу, но…
–Ну, танцуй! Приказы босса не обсуждаются!
Кэтэрина вновь жалобно вздохнула, встала и сделала несколько танцевальные па.
–Неплохо…– Антонио похлопал.– А куда делась твоя улыбочка? Станцуй с улыбкой и читай новости.
–Как? И танцевать, и читать новости?
–Именно! Гламурные новости должны смешные!
Кэтэрина немного потанцевала, читая текст, но Антонио ее остановил через три минуты:
–Стоп, Кэтэрина! Не смешно. Гламурные новости должны быть смешны и отполированы до блеска.
–И что мне делать?
–Продолжай!
Кэтэрина послушно выполнила приказ директора.
А Антонио размышлял вслух, глядя на танцующую Кэтэрину:
–Не информационная, а информационно – развлекательная программа. Да, гламурная информационно – развлекатель-ная программа. И еще бы посмешнее ты могла выглядеть!
Кэтэрина остановилась и осторожно спросила:
–Еще смешнее? Вы меня хорошо видите?
–Парик бы тебе одеть.
–Зачем парик?
–Чтобы смешнее было.
–Парик?
–Да, розовый парик… Ну, ты продолжай.
Кэтэрина продолжала, танцуя:
–В Болтливой Думе Банании опять произошла драка между двумя депутатами, представителями разных фракций. То ли бананы не поделили, то ли еще что.
Антонио хохотнул:
–33-
–Хорошо! Бананы не поделили!
–Данный прискорбный факт никак не повлиял на рабочую и очень дружную атмосферу в депутатском коллективе.
–Хорошо,– снова похвалил Антонио.– Дружный коллектив, постоянно дерущийся за бананы!
–Многие бананцы ее называют Заумной Думой,– продол-жала Кэтэрина.– То ли оттого, что депутаты много думают, то ли потому, что тугодумы.
–Неплохо,– благосклонно улыбнулся Антонио.
–Как и в любом демократическом обществе, в Банании тоже случаются подобные инциденты. Но настоящей сенсацией стала смешная выходка одного хулигана: он смог провести с собой в Думу обезьяну, вырядив ее, как человека. При подсчете голосов обезьяна – депутат стала нажимать подряд на все кнопки для голосования. Полиция быстро вывела его вместе с обезьяной.
Антонио прервал Кэтэрину, потребовав удалить только услышанное.
–Зачем?– не поняла Кэтэрина, останавливаясь.
–Получается, что наши депутаты, уподобляясь обезьянам, только на кнопки могут нажимать?
–Ясно… Хорошо,– быстро согласилась Кэтэрина.
А Антонио продолжал размышлять вслух:
–Если даже новости будут казаться печальными, все равно говорить о них следует с юмором.
–Это как понять?
–Очень просто. Недавно слышал в передаче рассказ об одной похоронной фирме, которая делает смешные гробы.