Осознание
Шрифт:
Усыпая еще засветло, обнимая, мгновенно, только коснувшись подушки, уснувшую жену, я подумал, что если долго не спать нормально и не есть, то возникает замечательное чувство апатии ко всему окружающему миру. И дни начинают сливаться в один, и с трудом ты можешь сказать об интересном событии, было оно вчера или все-таки сегодня. И еще тебе становится абсолютно плевать на то, что недавно на твоих глазах применяли в очередной раз самое страшное оружие из созданных человеком. Как впрочем, и на голодающих детей на другом конце континента. Равноценно ненужной становится тебе
Немного грустя от мыслей что завтра опять придется вставать и приступать к работе, уборочная начинала свой разбег, я уснул нездоровым дерганным сном.
– Опять совесть мучает?
– Спросил меня серо-зеленоглазый незнакомец.
– Нет.
– Признался я.
– Усталость скорее. Сегодня столько возни было… Суета сует.
– Понятно. Как ваши сны?
– Вежливо поинтересовался мужчина.
– Нормально… в смысле все так же. Вот недавно от тока на высоковольтке умер. Хотя как, понятия не имею. Там же вроде контакт с землей нужен… А я орлом на нее садился. Я на мгновение осознал, какой бред несу, и глупо заулыбался.
– Орлом говорите… - усмехнулся незнакомец.
– А ко мне опять на город посмотреть?
– Ага.
– Сказал я.
– Ну, пойдемте.
– Сказал мужчина, поднимаясь, и я тоже встал из кресла.
– А у вас сегодня гостей не намечается? Я никого не напугаю?
Мужчина покачал головой, открывая мне дверь в коридор. Потом я услышал сзади себя:
– Скорее это меня вы все больше и больше пугаете. А мои гости… им не до вас. У них своих проблем хватает.
– Вот уж не думал, что вас напугать можно.
– Сказал я и вдруг покраснел, понимая, что звучат мои слова, как кокетство какой-то девчонки.
– Можно, можно… - заверил меня незнакомец и открыл дверь на улицу, снова запруженную почти неслышными машинами.
Чуть зажмурившись от слепящего солнца, я вышел на асфальт этого загадочного и невероятного города и понял, что ступаю не по асфальту, а по какому-то чуть мягкому покрытию. Я присел на корточки и потрогал его руками. Казалось, что просто в резину были вкраплены множество камушков. Не решившись спрашивать про покрытие дороги, я поднялся и повернулся, рассматривая здание из которого вышел.
Я чуть
– Нравится?
– спросил меня незнакомец.
– Я реально в шоке… - честно признался я.
– Это абалденно.
– Я с вами полностью согласен. И не понимаю, что многим людям не хватает для жизни здесь. Все ведь вроде есть. Но как больные… что-то им все нужно. Будто мало им дано…
Я не знал, нуждается ли незнакомец в моих словах, и потому промолчал. А он, спохватившись, сказал:
– Зайдите обратно. Еще не хватает, чтобы вы проснулись, находясь там.
– А что будет? Я тут и останусь?
– Нет что вы… - засмеялся незнакомец, поправляя край белоснежного рукава рубашки задравшийся на часы.
– Просто проснетесь у себя без души. Ваша душа останется здесь. Пока путь обратно не найдет.
Я хоть и поднялся на порог, от таких слов отшатнулся еще дальше. Незнакомец, видя мою реакцию, только усмехнулся, но дверь закрывать не стал. Словно что-то обдумав, он спросил:
– А вы точно не умирали? В смысле натурально, а не во сне? Пожимая плечами, я сказал:
– Вроде нет. Чуть не умер при бомбежке. Но точно выжил. Да и не мог бы я, умерев, женится.
– Это-то как раз ерунда… в последнюю секунду смерти, люди по три жизни прожить успевают, не говоря уже о женитьбе и прочем.
– Сказал, отмахиваясь, незнакомец.
– Просто я консультировался с коллегами, они говорят, что такое бывает… что «недоделкины» начинают появляться у нас здесь в офисах.
– Кто?
– не понял я и, собираясь уже обидеться.
– Не обращайте внимания это рабочий жаргон. Просто те кто погиб что-то важного не сделав… Не для себя, а для вселенной.
– Понятно.
– Кивнул я и действительно понял, о чем он говорит.
– А как проверить?
Пожав плечами, мужчина долго молчал, рассматривая вместе со мной девушку, что спешила по своим делам по тротуару вдоль оживленного шоссе. Я был реально удивлен ее сверх короткой юбочкой и мог поспорить, что видел ее розовое кружевное белье под ней.
– Это так они тут ходят?
– не выдержал я.