Осознание
Шрифт:
– Три этажа до нашего… давайте расходится по комнатам. Алька, пойдем пожалуйста.
Я очень не хотел уходить от экрана, но она потянула меня за руку и мы вернусь в нашу чуть опустевшую комнату. Здесь Катя сделал погромче звук нашего телевизора. Кресла и кровать мы пустили на баррикады и потому садится перед экраном пришлось прямо на пол, только подложив под себя смятое постельное белье.
– У тебя точно нет оружия никакого?
– спросил я не особо надеясь.
– Неа.
– покачав головой сказала Катя.
– Оружие в комплексе запрещено всем кроме охраны. Если бы я имела оружие… В общем, не
Мне конечно было приятно такое слышать, но лучше бы она сказала, что вот для меня, с моими впечатляющими успехами, у нее припрятан армейский «колун» калибра девять миллиметров.
Я поднялся с пола и подойдя к нашей миникухне взял нарезочный ножик. Покрутил его в руках думая, как он дико и нелепо выглядит. Ну, не как оружие точно.
– Ты с ним на помповые ружья собрался идти?
– сомневаясь в моем рассудке спросила Катя.
– Я еще не решил самому зарезаться или подождать пока они придут мне пулю пустят, а тебя к заложницам присоединят.
– Алька… не дури.
– сказала Катя и поднявшись подошла ко мне. Я отстранил ее и вместе с этим недоразумением в руках вышел в коридор.
Услышав вслед вопрос куда я собрался, я попросил ее закрыть дверь и не выходить. Ага, она так и послушалась. Я вообще удивлен как с ней родители ладили…
Мы вместе подошли к лифтам отметив что все, кроме двоих мужчин у завалов, разбежались по комнатам.
– Вы чего?
– спросил один из них: - Мы крикнем когда они полезут внутрь. Катя хмуро поглядела на него и сказала:
– Да, вот, мы повоевать пришли. И даже один ножик на двоих взяли. Я засмеялся немного нервно. Мужчины улыбаясь переглянулись и второй сказал:
– Мы что думаем когда они дверь раскроют просто поднатужится и свалить всю мебель в шахту. Авось кого-нибудь и заденет снесет.
– Они слева на лестнице будут, когда откроется дверь.
– напомнила Катя.
– Да мы понимаем. Но может…
Я до этого молчал, но в тот момент мне стало настолько жутко, что я невольно выпалил:
– Точно. Скинуть мебель и самим прыгнуть. Чтобы не ждать. Мужики оценили мои слова без юмора.
– А почем нет… - сказал один.
– я точно кого-нибудь с собой зацеплю. Слева он там будет или справа.
Мы не пришли к решению никакому. Звук металла о метал и скрип отходящих запоров прервал нас. Катя побледнела и схватив меня за руку попыталась утащить в комнату. Я уперся и вырвав ладонь сказал чтобы она проваливала. Грубо сказал. Признаю. Но она не обратила на это никакого внимания пытаясь снова вцепиться мне в локоть. Я оттолкнул ее и в этот момент один из мужчин закричал предупреждая всех об опасности.
– Беги!
– сказал я Кате.
Странно, если до этого я просто сознательно испытывал страх и думал куда бы забиться и спрятаться, то когда двери в шахту раскрылись на пару сантиметров страх исчез. Был жуткий мандраж. Тряслась рука с ножом. Тряслись колени. Но страха уже не было. Появилась странно и медленнорастущее звериное что-то. Казалось глаза сейчас вылезут из орбит, так я вцепился взглядом
Один из мужчин спасовал и побежал по коридору в сторону своей квартиры. Наверное заперевшись в ней он почувствует себя в безопасности. В мнимой и недолгой безопасности. Наверное его чувства были похожи на чувства ребенка прячущегося от своих страхов под одеялом. Но теперь это не просто страхи.
Двери разъехались еще шире и щель поверх края стола просунули ствол ружья. Видно стрелок поднялся значительно выше тех кто отпирал дверь раз он еще прицелится пытался. Но прежде чем он выстрелил я толкнув мужика в сторону, прижался сам и его прижал к стене так что бы из лифта по нам не могли попасть.
Нападающие времени даром не теряли. Раскрыв створки они ломами упираясь в стены стали сдвигать всю нашу баррикаду у этого лифта. Было что-то мистическое и невероятное в том как вся эта гора по несколько сантиметров сдвигается от лифтов позволяя нападающим проникнуть уровень. Я с трудом разжав челюсти скомандовал мужчине:
– Толкаем!
Он взглянул на меня и после этого на баррикаду, которая неумолимо сдвигалась от лифта. Вот покатилась опрокинувшись кадка с пальмовым деревом. Вот упал от раскачивания пластиковый стул. Легкий и неудобный, что он делал на баррикаде? Больше я смотреть не мог. Трясущиеся мышцы требовали делать хоть что-то или они откажутся вообще слушаться впав в оцепенение.
Я сделал два прыжка и прежде чем стрелок сверху среагировал на меня, уперся в диван, что подпирал щит стола и на который была навалена прочая мебель. Я не сразу понял что буквально реву от натуги пытаясь рывком сдвинуть баррикаду на место. У меня получилось отыграть всего несколько сантиметров, но и этого хватило что бы раздался чей-то обиженный возглас сразу превратившийся в крик паники. Наверное те или тот кто толкал баррикаду от выхода уже встали на пол нашего уровня и не удержали равновесия, когда мне удалось вернуть ее хоть чуть-чуть назад. Скорее тот, так как крик был одиночным. Зато вот брань мгновенно раздавшаяся из лифтовой шахты была многоголоса и колоритна.
Выстрел прозвучал как и положено выстрелу, абсолютно неожиданно. Но я не оглох и не растерялся к своему изумлению. Видно привык все-таки к стрельбе за время тренировок в тире. Я попытался отскочить, но подвернул ногу и буквально на коленях ушел с линии огня. С замершим дыханием и стуком крови в висках от пережитого напряжения я смотрел в место куда ударила картечь выстрела. Рваная окружность сантиметров двадцати в диаметре была буквально выедена в стене на глубину сантиметра не меньше. Я даже заметил в свете осветительных модулей как немного поблескивают частички металла в этой ране не теле белоснежной стены. Ковровая дорожка и так не отличавшаяся чистой возле лифта теперь была на большом участке около стены еще и словно раскрошенным мелом присыпанной.