Особый приказ
Шрифт:
На столе уже стояла чернильница. Рядом с ней расположились несколько очиненных перьев и стопка бумаги. Умов улыбнулся. У него складывалось ощущение, что его комнату тщательно вылизали и обставили; люди даже не поленились принести для него не лавку, а настоящее кресло. Иван еще раз обвел взглядом эту царскую комнату и потянулся за пробником. Он не сомневался, что здесь все окажется в порядке. Но строжайшие инструкции требовали тщательно проверить помещение. Умов был обязан осмотреть буквально каждый угол и убедиться: комната чиста от постороннего колдовства.
* * *
Голова
Иван сел в кресло и вытянул ноги. После осмотра он решил дать себе несколько минут отдыха. Он смотрел на морду Костлявого снизу вверх, и игра света исчезла. Осталась только отделенная от тела голова, но даже ее хватало, чтобы пугать животных.
Кони, не боящиеся чудовищ, попадались очень редко. Наверное, в окрестностях города такой зверь водился только у Изяслава. Чуть чаще встречались собаки, для которых не было разницы между охотой на медведя и травлей демона. Волкодавов вроде Буяна — охотничьего пса команды — разводили специально, и стоили такие звери немало. Именно поэтому любая команда обычно шла на охоту пешком и всего с одним псом; на конях люди только добирались до места охоты.
Умов всегда считал, что главное оружие нечисти — это страх, который может убить раньше, чем когти, оружие и магия. Поддавшись ему, человек теряет рассудок и становится похож на животное, которое может только бежать или забиться в нору. Иван слышал, как ужас убивал целые деревни. Люди боялись обрабатывать дальние поля и оставались с истощенной землей. Люди боялись покидать свои деревни и у них рождались дети, отцы и матери которых были в близком родстве. Люди боялись собственной тени, и этот страх убивал их.
Умов знал, что век назад почти вся Рутения выглядела как ночное небо — сплошная чернота, в которой кое-где теплились крошечные блестки жизни. Сейчас они уже не отбивались от демонов, а выслеживали их и уничтожали. Команды Особого приказа заходили туда, где десятилетиями не было человека.
Иван с шумом выдохнул. Прошлым летом он был в таких местах, когда Особый приказ охотился на нечисть вдоль русла Цны. Демоноборцы пришли большими силами — несколько десятков команд прошлись по лесам, как гребень. То, что происходило здесь, было не похоже на Цну. Там, в глуши, без крыши над головой, они рисковали гораздо сильнее, чем здесь, на обжитой земле. Рядом с двухмесячным походом позавчерашняя охота казалась прогулкой.
И все же в чем-то там было легче. Даже не столько легче, сколько понятнее. Вот свои, вот твой враг, вот земля, по которой ты должен пройти. Здесь еще только предстояло понять, кого и
Вот только чего и где?
* * *
— Что мы имеем в сухом остатке? — спросил Изяслав, ни к кому конкретно не обращаясь. — Неизвестный нам злодей или группа злодеев вызвали тварь. Больше мы ничего о них не знаем. Ни сколько их, ни целей, ни планов.
Изяслав забарабанил пальцами по столу. Умов достаточно хорошо его знал, чтобы видеть: он напряжен. Команда собралась на совет сразу после того, как освоилась на новом месте. На сей раз их было пятеро: Лютый и Богдан сидели у края стола.
В нормальной жизни между ними двумя и остальными членами команды лежала целая пропасть. Границы сословий никуда не исчезали в Особом приказе. Демоноборцы не священники; их служба не пожизненна, и на этой службе от них не требовалось оставить позади все привычки и правила старого мира. Двое крестьянских сыновей и здесь оставались двумя крестьянскими сыновьями — это даже не обсуждалось. Но, встав в ряды демоноборцев, эти двое сами перестали быть крестьянами и превратились в государевых людей. Через пропасть пролегла тоненькая ниточка; Особый приказ пробрасывал ее для каждого и давал реальный шанс превратить эту ниточку в мост.
— Единственное, что нам точно известно — они умеют проводить жертвоприношение, — добавил Игнатов. — Значит, там достаточно сильный маг. Умов.
— Я, — моментально отозвался Иван.
— Что можешь сказать о пробе?
— Пока ничего конкретного, но снял ее я удачно, — Иван потер бороду. — Почерк можно будет восстановить.
— Вот и хорошо. В первую очередь восстановишь почерк мага. Сверь его с местными. На то, что сразу что-то найдется, особой надежды у меня нет, но проверить надо. Петр, ты поможешь Умову и завтра сядешь за магическую хронику. Сегодня ты мне еще потребуешься.
— Будет сделано, — сухо отозвался священник.
— Скорее всего, чужак не местный. Убитую нами тварь вызвали уже после того, как воевода послал гонца. Значит, есть еще одно существо. Самое меньшее одно, — добавил Изяслав. — Это же означает, что чужак никуда не спешит. Спешил бы — бегал без твари. А значит, он здесь оставляет какие-то следы. Про маконовского колдуна вы все знаете, — Игнатов посмотрел на Петра и Ивана.
Эта история уже сто лет считалась хрестоматийным примером. Необычайно талантливый колдун, устроивший массовый падеж скота, предусмотрел почти все. Замаскировал почерк, защитился от прорицаний, тайком выходил на капище — никто даже не заметил его отлучек. Но охотники, попав в тупик, тщательно изучили мертвых животных. Оказалось, что для ритуала, вызвавшего мор такой силы, нужно множество свиных копыт. Человека, который их массово скупал, нашли за несколько дней.