Особый приказ

Митрофанов Михаил

Раньше Умов воспринимал магию как нечто величественное, доступное лишь избранным. Для него оказалось неожиданным то, что эта сила может быть доступна и ему без всякого дара, только благодаря светлой голове. Когда старик просто, как давно привычное дело, зажег огонек, Умов понял, что он хочет колдовать и относиться к колдовству так же спокойно, как этот древний старик.

— Я готов, — сразу сказал Умов.

* * *

— Бронников этот — придурок, — Изяслав зачерпнул полную горсть холодной воды и с фырканьем принялся умываться. — Из-за его дури мы везем

мальчишку назад, в Камень.

— Так мы вроде бы и так собирались туда вернуться, — Умов поднял голову от кадки с водой.

— Только ему об этом не скажи. Пусть думает, что нам обязан.

— А толку-то от него? — грустно сказал Умов.

— Подумай, — усмехнулся Изяслав. — По крайней мере, что-то он да делает хорошо. А тебе… нашу службу оценивают не по количеству осмотренных детей. Твою тоже, кстати. Возить одаренного ребенка — это неприятная обязанность.

— Ну да, — хмуро сказал Умов. — Еще бумаги на него писать.

— Вот и сдай его Бронникову. Я серьезно. И найди, что полезного для дела с него взять взамен. Тут тебе должно быть виднее.

— Виднее, — согласился Иван.

Демоноборцы собирались без особой спешки. Через полчаса они уже ехали цепочкой по направлению к городу. Могли бы выехать и быстрее, но задержались с мальчишкой. Федька с гордым видом восседал на Зефире. Он попытался расспросить Умова о крепостях, но наткнулся на холодную отповедь.

— Не мешай. Ты отвлекаешь. Успеешь все узнать.

«Понятливый. Это хорошо», — подумал Умов, когда Федька тут же отстал от него и пристроился позади. Иван пытался понять две вещи. Как дальше вести поиск и что стрясти с Бронникова? Понятно, что не деньги и не снаряжение — от предводителя местных магов можно получить ответную услугу, но какую бы? О чем-то действительно серьезном Иван просить не мог. Дело даже не столько в секретности. Умов не мог доверить кому бы то ни было работу, от которой зависел успех дела.

Как бы то ни было, теперь охотники считали, что групп две. Одна перешла Имию в районе Узоли, вторая шла с северо-востока. Скорее всего, они должны были встретиться. В то, что сразу две группы поганых оказались в одном месте случайно, никто не верил. Все они предполагали худшее.

Но что делать дальше? Говорить с воеводой, послать разъезды по новым путям, проверить еще несколько точек? Это очевидно. Но где надо искать поганых? Надо думать, искать какой-то факт, который они пока упускают.

* * *

Солнце поднималось в безоблачном небе все выше и выше. Жара отупляла, погружала в оцепенение и не давала нормально думать. Даже Федька, все утро вертевшийся, как уж на сковородке, угомонился и уставился на гриву мерина. Больше всего Умову хотелось, чтобы начался дождь. Хороший, долгий дождь на целый день. Думать о чем-то по такой жаре было совершенно невозможно.

Прошел час. Другой. Солнце подобралось к зениту, когда Изяслав что-то заметил и вскинул руку. Умов спрыгнул с мерина еще до того, как осознал, что происходит. Волшебник в случае чего должен принять бой пешим.

— Всадник! — громко сказал Изяслав. — Едет

на нас. Кто такой — не понимаю.

Конные разъезды ездят вчетвером. Один всадник — это необычно. Необычно ровно настолько, чтобы не схватиться за оружие, но приготовиться за него взяться при необходимости. Умов и сам видел фигурку, движущуюся прямо к ним. Кажется, он одет в зеленое. Служилый верл? Они любят такой цвет.

— Эй! — крикнул Изяслав, когда всадники подъехали на перестрел. — Назови себя!

— Я гонец воеводы! — закричал всадник. — У меня грамотка для боярского сына Игнатова, командира демоноборцев! Велено передать лично!

— Подъезжай! — распорядился Изяслав и повернулся к Умову. — Иван, поднимайся в седло. Отбой.

Умов вскочил в седло, но Петр рук с лука не убрал.

Всадник в зеленом и в самом деле оказался верлом. Увидев жетон, он бережно достал из сумы свиток с печатью воеводы и с поклоном вручил его Изяславу. Умов видел, как взмылен конь гонца. Они явно ехал очень быстро. Изяслав сломал печать и пробежался взглядом по тексту.

— Рахмет [1], — сказал он. — Ты молодец, что так быстро предупредил нас. Возвращайся спокойно, я немедленно отправлюсь в город.

— Эйе, мирзэ [2].

Изяслав свернул грамотку и повернулся к команде.

— Разъезд захватил подозрительного человека.

Добавлять к этим словам было нечего.

1. Спасибо.

2. Да, боярин.

Глава 10

«Только глупец считает, что пытками выбивают признания. На самом деле гораздо важнее знать, что затевается, что для этого сделано и где искать остальных».

«Наставление охотнику»

— А я ему говорю: «Ты откуда?» А он глазками бегает и говорит такой: «Из Волчихина». А я тогда его и спрашиваю: «И как там Иван-кузнец поживает?» Он и говорит: «Хорошо». А я-то знаю, что нет в Волчихине никакого Ивана-кузнеца! Думаю, сейчас я тебя раскушу! Спрашиваю его…

Вася Костылин, поймавший лазутчика, был высок, юн и рус. Его голубоглазое лицо с легким пушком над губой светилось счастьем. Он помогал себе жестами и голос его звучал как голос сына, который хвастается перед отцом успехом. Рядом с этим шумным парнем мрачный бородатый Изяслав казался стариком. Умов, шедший чуть позади, отчетливо видел разницу между ними обоими.

— …Спрашиваю его: «А ты куда идешь?» И он, тварь такая, достает медальон и говорит: «В городе продать хочу», — Костылин всплеснул руками. — И тут как громыхнет! Как сверкнет! Кони бьются, Петька вообще из седла выпал, хорошо, что шею не сломал. А он как даст деру!..

Изяслав не перебивал юношу. Конечно, посылать в разъезд только молодых бойцов было не очень разумно. Умов на месте воеводы не поскупился бы, назначил даже на тихую, безопасную дорогу одного опытного вояку. Даже с дежурства на реке снял, если бы потребовалось. Конечно, парни подставились лазутчику. Но все-таки они его поймали и остались целы. Пусть успеют насладиться своей победой перед тем, как их начнут тыкать носом в ошибки.