Особый агент
Шрифт:
– Станцуем!
– приветливо улыбаясь, грозно рычу в макушку аборигену, оказавшемуся много ниже меня, и, подхватив его под ребра, разворачиваю назад. А чуть позже, уже несколько раз обернув партнера в вальсе вокруг себя, и хорошенько оттоптав незадачливому неумелые ноги, соображаю, что поймал утреннего гида.
– И как зовут моего кавалера?
– копируя приторные интонации Арнольда, с придыханием интересуюсь у бастарда, стискивая его ребра железным захватом.
– Талам, - шипит он полузадушено, тщетно пытаясь освободиться из моих объятий.
Зря стараешься, паршивец,
Вокруг уже тесно от желающих танцевать, слуги распахнули двери на террасу, и вальс выплеснул туда первые пары. Сид передал свою партнершу ее подруге и вальсирует с донельзя довольной Лючией. Лицо князя опять непроницаемо высокомерно, а вот советник, словно оправдываясь, что-то торопливо шепчет в высокородное ухо.
И все это мне снова очень не нравится. Похоже, Сид сорвал некое, обещанное князю эротическое представление. Придется мне теперь приглядывать за полковником, мужики с менталитетом князя неправомерно обидчивы.
– А хочешь, Талам, - так же страстно шепчу, утанцовывая бастарда в распахнутые на террасу двери, а оттуда на дорожку, ведущую к воротам, - я увезу тебя на свою родину? Деллия красивое место, я - низранская царица, будешь моим мужем! Хочешь?! Семьдесят восьмым, самым любимым! Я тебе выделю в помощники четырех, нет, пятерых своих сыновей, выкопаешь хороший домик, рядом с моим? Ну, соглашайся! Здесь тебя не ценят, заставляют танцевать как прислугу, а ведь ты сын князя, я правильно угадала? Мы, низранки, не ошибаемся, мы слышим голос крови! Я всегда знаю, какое из моих яиц, от какого мужа! Пойдем со мной в гостиницу, познакомимся поближе! Сразу и контракт составим, у меня бланки с собой! А утром отправимся вместе на острова, тебя ждет новая жизнь!
– По...!
– отчаянно пискнул гаденыш, когда я выбирался за ворота замка, почти таща его на себе. Однако я бдительно прижал бастарда к себе в горячем объятии, и он на пару минут потерял способность говорить.
– Да ты не бойся, - сплюнув, продолжаю ворковать, таща пленника к гостинице, - твой отец никогда не сможет тебя вернуть! По нашему закону, если мы даже недолго побудем наедине в одной комнате - ты навсегда мой, а после моей смерти перейдешь в собственность старшей дочери! Правда, у нее ты вряд ли будешь любимчиком, мелковат. Но не волнуйся, это еще не скоро будет, я женщина в самом расцвете сил!
И тут я, вроде невзначай, на секунду выпустил поганца из рук.
Как же он бежал!
Наверное, так он не бегал никогда в жизни, и вряд ли еще когда побежит!
И ведь даже не заметил паршивец в панике, как я приклеил ему за ухо один из самых надежных своих жучков.
Подождав, пока шаги гаденыша стихнут вдалеке, разворачиваюсь в обратный путь. Только иду я теперь не посередине улицы, а пробираюсь в тени домов и заборов, включив сканеры на поиск живых объектов. И бдительно пережидаю в тени, когда таковые появляются. Хорошо, хоть появляются они не часто. Да и то подумать, кому охота ломать ноги на скудно освещенных улочках. К тому же в то время,
Добравшись до стены замка, пробираюсь вдоль нее к самому обрыву. Здесь, сиротливо пристроившись на обломке камня, составляю внеочередной отчет и записываю его на одноразовый минипередатчик. Затем, приклеиваю приборчик на стену так высоко, как смог достать, и по-прежнему осмотрительно пробираюсь в гостиницу.
И все это время в моём ухе раздаются горестные всхлипывания и неуёмная грязная ругань сбежавшего поганца. Видимо, он забился в какой-то тихий уголок, переживать мое великодушное предложение. Во всяком случае, через некоторое время бастард сонно засопел, и я был вынужден отключить связь, от всей души сожалея, что зря потратил на него ценный жучок.
К тому времени, как вернулись туристы, я успел принять душ и комфортно устроиться за столиком перед тарелками с разогретым в микроволновке ужином.
И как оказалось, очень вовремя, потому что почти все сразу ринулись к холодильнику и продуктовым автоматам. Видимо, не один я не впечатлился княжеской трапезой.
– Марта! А ты давно пришла?!
– завидев меня, протискиваются сквозь толпу неугомонные подружки.
– А мы так здорово потанцевали! Жаль, потом конферансье запретил нашу музыку! Мы и ушли! Ох, как кушать хочется!
Интересно, был бы польщен дворецкий, если бы узнал, что его произвели в конферансье? Хотя, возможно он совсем и не дворецкий? А напротив, церемониймейстер?!
Арнольд принес пакеты с едой и тяжело плюхнулся на стул.
– Вообще не стоило таскаться на этот прием!
– желчно ворчит он, помогая девушкам открывать комплексный ужин.
– Не нравятся мне эти туземцы! Какие-то они...
Мачо передергивает плечами, так и не найдя нужного определения.
– А вот Марта, похоже, другого мнения...
– невозмутимый голос полковника звучит из-за спины, и я, невольно оглянувшись, обнаруживаю за соседним столиком его энергично жующую физиономию.
Рядом с дочерью, разумеется.
– Почему?
– вскинулась Рамика.
– Ну, она же так лихо отплясывала с одним из этих танцоров! И с ним же и исчезла!
– так же безразлично объясняет он, но мне как-то слабо верится в это равнодушие.
– А что такого?
– считает своим долгом заступиться за меня Кинти.
– Они вполне современные мальчики! Жалко, что все сразу ушли!
– Потому и ушли, что ваш Сид слишком рано из-под стола вылез!
– Бурчит слева слушающий этот разговор парень с выгоревшим чубом.
– А что было бы дальше?
– Не выдерживаю я.
– Ничего особенного!
– Ядовито усмехается он.
– Просто пощупали бы эти красавцы немного наивную дурочку, ну, может, стащили с нее блузку! Вроде как в шутку! А больше ничего! Только ухмыляются они при этом больно гадко, как будто это мы, а не они отсталый народ!
– Вот! И я об этом!
– подхватывает мачо.
– А самое главное, даже набить как следует морду грубиянам нельзя, чревато осложнениями дипломатических отношений!
– возмущенно вздыхает блондин.