Особый агент
Шрифт:
Почувствовав, что Краб сейчас обернется, Роман плавно отклонился назад. Выждав секунду, он снова выглянул из-за сосны.
Краб был уже метрах в девяти. Далековато. Если бросать камень – то только сейчас, потому что через пару секунд будет слишком поздно.
Давай!
Роман мягко выставил вперед правую ногу, перенес на нее тяжесть тела и, выступив из-за ствола, размахнулся и что было силы швырнул камень в спину Краба.
Тот успел почувствовать опасность и начал оборачиваться, но в это мгновение тяжелый, ребристый камень глухо ударил его сзади в правое плечо.
Удар был
А Роман уже мчался к нему, собираясь с разгона, пока он не оправился и не поднял пистолет, добить его серией безжалостных ударов.
Но где-то на середине пути возле его уха просвистела пуля и с противным чмоканьем впилась в ствол дерева. Роман, не успев ни о чем подумать, прыгнул в сторону и покатился по земле, уходя от второго выстрела.
До Краба ему было уже не добраться. Тот схватил пистолет левой рукой и уже направлял его в сторону Романа.
Роман прыжком ушел теперь уже от пистолетного выстрела и, прячась за стволы, помчался назад с максимальной скоростью.
Сзади подряд прогремели четыре выстрела, сбивая кору с деревьев. Роман, пригибаясь и петляя, убегал все дальше от Краба, туда, где деревья росли гуще и земля дыбилась каменистыми, обросшими мхом бугорками.
Пробежав в бешеном темпе метров двести, он резко взял влево. Теперь он уже не бежал, а быстро шел, оглядываясь на ходу и с трудом переводя дыхание. Пока он от Краба оторвался. Тот, получив достаточно серьезную травму, быстро перемещаться пока не сможет. Да и стрелять левой рукой будет ему несподручно.
Но на звуки выстрелов могли подоспеть двое других охотников, Сом и Рыжий, и устремиться в указанном Крабом направлении.
Кроме того, снайпер мог указать им возможное направление Романа по рации, и тогда они, чтобы не терять времени, двинутся на перехват.
Поэтому Роман повернул налево, надеясь таким образом разминуться с преследователями, которые, скорее всего, сейчас движутся по диагонали полуострова к его левой стороне.
Теперь он пересекал полуостров поперек. Стараясь ступать как можно тише, он шел от дерева до дерева, временами замирая и вслушиваясь в малейшие шорохи. Где были охотники, он не имел ни малейшего понятия. Но каждый миг они могли появиться из ниоткуда и открыть прицельный огонь.
Все-таки снайпер начал стрелять, думал Роман. Не дал ему расправиться с Крабом. Этого и следовало ожидать. Они по-честному воевать не умеют, достаточно вспомнить их ночные нападения на владельцев подмосковных особняков. Да они и не знают, что это такое – честный бой, диверсантов обучают совсем другому. Все средства хороши для того, чтобы нанести как можно больший урон врагу и остаться невредимым, – вот их основной постулат. Поэтому Сом преспокойно лгал, чтобы Роман не отказался от забавы – для них это была, конечно же, забава, ибо под прикрытием снайперов они абсолютно ничем не рисковали.
В этот раз снайпер, по всей видимости, убивать Романа не хотел. Иначе запросто всадил бы ему пулю в спину. Он просто спас Краба от неминуемой расправы. И надо было полагать, что и впредь Роману не позволят вывести из строя кого-либо из охотников.
Если
От этих мыслей Роману захотелось сесть и прекратить свое бессмысленное сопротивление. Чего, в самом деле, метаться туда-сюда, если все равно конец один? Сом ведь сразу сказал: выбирай, сейчас пулю получишь или позже. То есть какой-либо третий вариант отсутствовал изначально.
Оставалась лишь слабая надежда отыскать подходящее укрытие в тех местах, где деревья росли погуще. Снайперы там не смогут за ним наблюдать, и у него появится возможность незаметно спрятаться и от них, и от самих преследователей. Конечно, квадрат, в котором они его потеряли, снайперы охотникам укажут. Но если те не найдут его в указанном месте, то снайперы решат, что Роман сумел обмануть их и ускользнуть прочь из данного квадрата. Поиски рассредоточатся и, возможно, закончатся ничем…
Но эти надежды были весьма иллюзорны. Укрытие, которое мечтал найти Роман, существовало только в его воображении. Пока он ничего даже близко подходящего не заметил, и, похоже, не заметит.
Ландшафт здесь был очень однообразен и, кроме мшистых холмиков, никаких других рельефных образований не имел.
Стволы самых больших деревьев едва превосходили диаметром туловище Романа, а его трудно было назвать толстяком. Пару раз он видел ямки под корнями сосен, но они были слишком мелки и чересчур заметны, чтобы в них мог укрыться взрослый человек.
А зарыться в землю, подобно кроту, при всем желании невозможно.
Но все-таки Роман упорно продолжал движение, беззвучно ступая в своих уродливых кирзачах, обвязанных рукавами майки. Ткань после спринтерского рывка сильно протерлась, но пока «держала» подковки, приглушая до слабого стука звуки их соприкосновения с камнями. Роман внимательно прислушивался и еще более внимательно смотрел по сторонам. Не сдаваться, говорил он себе, до последнего мига – не сдаваться. Пока он дышит, ходит и владеет руками, он может сопротивляться. А если так, то бой еще продолжается.
Заметив справа более густую делянку леса, Роман направился к ней.
Он хотел было лечь на землю и добраться до делянки ползком, чтобы скрыть свой маневр от снайперов. Но почти сразу передумал. Если бы снайпер был один, то еще можно было бы попытаться его обмануть. Но снайперов двое, они держат всю территорию острова под перекрестным прицелом, и если Роман исчезнет из-под наблюдения одного, то за ним почти наверняка будет присматривать второй. Поэтому лучше раньше времени не вызывать у них подозрение. Если обнаружится укрытие, нужно сразу покинуть эту делянку, а потом попытаться незаметно к ней вернуться.