Основатель

Раули Кристофер

— Могу я внести предложение? Ибрагим поднял глаза:

— Да, какое?

— Надо немедленно наладить слежение за этими тварями. Необходимо знать, откуда они приходят. Таких регионов следует избегать.

— Возможно, что придется принять более серьезные меры. Изолировать их, очистить от них район обитания — что потребуется.

— Да, даже так.

Ибрагим прервал связь и вызвал Тарика.

Глава 36

Тарик глядел на странную тварь на экране. Присланные Ибрагимом

записи было поначалу трудно расшифровать. Когда же куски сложились и появился смысл, Тарик разинул рот.

Оно лежало в груде разбитых машин. Мех цвета грязи покрывал торс размером с грузовик, и во все стороны разметались непропорционально длинные десятиметровые конечности.

— Так это и есть монстр? — Тарик облизал губы.

— Да, племянник. Голову отрезали. Она видна на втором клипе.

Голова чудовища представляла собой цилиндрическую башню, покрытую того же цвета мехом и с блестящими черными, как пуговицы, глазами наверху. Пониже глаз выступало что-то, похожее на клюв гигантского пеликана.

— Тебе предстоит что-то сделать с этими тварями, — сказал Ибрагим.

У Тарика перехватило дыхание. Вот она, большая охота! Этого момента он ждал всю свою жизнь.

— Разумеется. Их нужно найти и ликвидировать. Как явную угрозу.

— Вот этот экземпляр убил двадцать пять человек.

— Шайтан!

Ибрагим выдержал паузу.

— Их, правда, захватили врасплох. Никто из них раньше таких чудовищ не видел.

— Это очевидно.

Вот! Вот оно — достойный противник для истинного кронпринца!

— Итак…

Ибрагим помедлил. Но не медлил Тарик:

— Я не подведу тебя, высокочтимый дядя! Ты будешь гордиться мной!

Ибрагим отвернулся от сумасшедшего огня в этих беспокойных глазах.

«…Мерцик породил этого монстра.., и хочет сделать его моим наследником…»

Старик вздрогнул. А Тарик захлебывался словами:

— Я организую их поиск. У меня есть девятимиллиметровые патроны, которые должны подойти — проникающие головки, которые разрываются в мягких тканях. Главная проблема — их найти. Они, очевидно, очень редко встречаются.

— Ладно, ладно, — пробормотал Ибрагим. — Не разочаруй меня на этот раз, Тарик.

Тарик кивнул. Неужто, подумал Ибрагим, в этот твердолобый и упрямый череп пробилась хоть капля смысла?

Отключив связь, Ибрагим вернулся к размышлениям о положении дел.

Новые дворцы, еще не достроенные, уже открылись, и в новой колонии пульсировала жизнь.

В семье не прекращались распри за апартаменты новых дворцов. Была даже одна дуэль на древних мушкетах во дворе Дворца Зеленой Черепицы. Ибрагим не смог сдержать улыбку. Двое молодых и горячих парней попали в хирургическое отделение, но между воюющими женщинами был провозглашен мир.

Хорошо было и то, что временно затихли другие конфликты. Слишком всех поразил этот взрыв. Матери представили себе гибель сыновей, сестры — братьев, и все стали сдерживать свои требования

хотя бы из-за этого.

Но конечно, мир долго не продлится. Ведь каждой принцессе Халифи нужен собственный дворец!

Ибрагим вздохнул. Под его обиталище предназначался простой дом с двенадцатью комнатами, который строился на северном конце Дворца Лазурного Неба. От главного здания дворца он должен был отделяться длинной лужайкой, лабиринтом садов, несколькими рядами живой изгороди и рощей фруктовых деревьев. Если повезет, то можно будет вообще не замечать всю эту сварливую семью.

К сожалению, его собственный дом был еще далек от завершения. Проект прокладки водопровода оказался неудачным, и его пришлось переделывать. До окончания работ Ибрагим собирался остаться на корабле.

Больше оптимизма вселяло то, что сопротивление его правлению полностью подавлено. Можно бы даже возблагодарить Аллаха, в которого он никогда не верил.

Ибрагим стал смотреть отчеты о ходе исследования маленькой красной луны. Она казалась идеальным местом для орбитальной тюрьмы. В ней пробьют туннели, выработанная порода пойдет на защитное покрытие, и туда загрузят несколько тысяч ненужных пассажиров.

Экран разбился на окна, показывая снимки с орбитальных модулей. Пошел крупный план.

Ибрагим запросил проекты первых зданий тюрьмы. Окон на экране прибавилось. В них завертелись фигуры и вдруг, к его удивлению, растворились. Экран прыгнул и погас.

Разразился хаос. Свет в шатре замигал. Где-то позади в ужасе вскрикнула рабыня.

А затем свет погас по-настоящему. И не включился. Теперь уже кричали повсюду.

Ибрагим завопил, призывая ИР «Основателя», но тот не появился ни на одном экране. Питание отключилось. Свет не горел.

Искусственный дневной свет за окном стал быстро меркнуть, Что за черт?

У Ибрагима стало возникать чувство, не слишком далекое от паники.

Потом зажегся один из экранов на древнем устройстве, хотя во всем шатре питания по-прежнему не было. На экране медленно загорались цветные искорки, складываясь в изображение лица.

Старик с шипением отшатнулся:

— Ты?! Ты мертв! Тебя бросили в утилизатор много лет назад, как глупца, которым ты и был!

— Я, мы живы, Ибрагим. Ты не выиграл партию. Голос был странный, какой-то мертвый, будто Ибрагим слышал голос старого Эдварда Фандана.

— Кто это? Кто со мной говорит?! Ибрагим вбил пальцы в клавиатуру, вызывая ИР «Основателя». Безрезультатно.

— Я Фандан. Я — все Фанданы, — ответило лицо.

Ибрагим скривился в глумливой усмешке:

— Ты в самом деле Эдвард? Собственной персоной? Узнаю, как же!

— Я говорю от лица всех Фанданов, я — каждый Фандан, от Эмили и Толбота, которые были первыми.

Ибрагим вылупился в экран:

— Не может быть! Как тебе это удалось, старый ты ублюдок! Ты во плоти и крови? Или ты просто конструкт? Коробка биокристаллов?