Осколки

Ниссенсон Джанетт

Он крепче сжал ее руку.

— Но ты удивила меня, Ангел. Вернее, шокировала, если быть честным. Я, черт побери, даже не мог себе представить, что ты согласишься на мои условия, больше того я даже не смел мечтать, что ты столько времени сможешь их придерживаться. Конечно, я всегда знал… чувствовал, как ты ко мне относишься. Единственная причина, которая удерживала тебя рядом со мной, судя по тому, как я с тобой обращался, ты любила меня, иначе бы ты давно ушла.

Ник произвел несколько глубоких вздохов, прежде чем продолжить, предполагая, что она не слышит его, но он хорошо слышал себя, поэтому дальше заговорил более громко:

— И когда ты вернулась домой со свадьбы своей кузины, расстроенная из-за

произошедшей ссоры с матерью, я понял, что нужно что-то предпринять, потому что наши отношения не могли уже также продолжаться. И совершенно неважно сколько раз ты мне говорила, что тебе было наплевать на замужество, я точно знал, что это ложь. Именно поэтому я вел себя, как совершенно бесчувственный мудак, мне захотелось все закончить и успокоить себя мыслью, что я делаю тебе только лучше. Но я лгал сам себе, Ангел. Я расстался с тобой, потому что слишком привязался к тебе, слишком… все стало слишком, когда дело касалось тебя, я почти полностью стал твоим. Я вдруг понял, что начинаю переживать из-за тебя, на самом деле, сочувствовать, беспокоиться и постоянно думать, и я испугался.

Он аккуратно поцеловал ее пальчики, убрал упавшую прядь волос со лба, и продолжил:

— Но держаться от меня на расстоянии для меня оказалось самой трудной задачей. Ты понятия не имеешь, сколько раз я хотел тебе позвонить или зайти. Я же так и не отдал тебе ключи, по крайней мере, десять раз я парковался рядом с твоим домом и раздумывал, не подняться ли. Я хотел просто проверить тебя, хотя успокаивал себя, что хочу просто посмотреть на тебя, все ли хорошо, но это тоже была очередная ложь с моей стороны. А потом я услышал сплетни, гудящие в офисе, что ты уволилась и перешла в другую фирму, и я решил, что таким образом ты захотела пойти дальше и как-то устроить свою жизнь. Только поэтому я оставил тебя в покое, надеясь, что ты найдешь подходящего парня, который не будет таким «искореженным», как я, который сможет предложить тебе хорошие, нормальные отношения.

Мониторы, к которым была подключена Анжела, постоянно издавали устойчивый ритмичный звуковой сигнал, а он продолжал говорить под этот фон низким, успокаивающим голосом:

— И когда я увидел тебя в апреле, меня буквально разорвало на части. Я не мог предположить, что ты настолько сильно переживала наш разрыв, что до такой степени будешь разрушена. Я и представить себе не мог, — хрипло добавил он, — что ты любишь меня так сильно. Поэтому последние месяцы я пытался изо всех сил, как обычно, взяв на себя ответственность, каким-то образом улучшить с тобой отношения. Но за исключением того, что я понятия не имел, что такое настоящие отношения, поэтому, как всегда все испортил.

Он коротко и горько засмеялся.

— Можешь себе представить, я даже завидовал Дуэйну? Не из-за его невероятной внешности и достижений, нет. Потому что он твой был твоим приятелем, но Лорен сказала мне сегодня — очкарик всегда останется очкариком. Но, я завидовал ему, потому что он заставил тебя улыбнуться. По-настоящему улыбнуться. И я подумал, что ты за последние несколько месяцев, да и раньше, никогда так не улыбалась мне. И твоя улыбка заставила меня понять каким большим придурком я был все это время по отношению к тебе, и сколько мне предстоит узнать и совершить, чтобы сделать тебя счастливой.

Ник провел костяшками пальцев по ее щеке, с облегчением выдохнул, когда почувствовал ее прохладную кожу под своими пальцами.

— Стоило мне поцеловать тебя в тот день в Пеббл Бич перед свадьбой Джулии, как я понял, что у меня все еще есть шанс — я тебе не безразличен. Но несмотря на это, я продолжал сопротивляться, прекрасно понимая, что мне придется пожертвовать своими привычками, короче, мне придется изменится самому, если я захочу тебя вернуть. И это пугало меня до чертиков, Ангел. Да, я большой,

плохиш Ник Мэннинг, один из лучших защитников в НФЛ, и я именно тот парень, который может сказать миллиардеру, что я не буду вкладывать его деньги в инвестиции, потому что он слишком любит контролировать процесс. Со всеми эти проблемами я сталкивался без колебаний, не испытывая ни малейшего страха. Но отказаться от своих правил, с которыми я жил не один десяток, ради того, чтобы тебя вернуть — это, бл*дь, пугало меня до чертиков, вогнало в ступор, если хочешь в угол, именно поэтому я не подходил к тебе несколько недель.

Анжела все также неподвижно лежала на кровати, ее длинные, темные ресницы были опущены, как мягкие веера, отбрасывающие тень на щеки, дыхание было устойчивым. Ник сжал ее руку еще немного сильнее, как будто хотел, чтобы она проснулась, и врачи смогли заверить его, что теперь с ней будет все в порядке, что она перенесла операция, как чемпион, каким все время и была. «Она должна быть в порядке, — подумал он, — просто должна быть, вот и все». Анжела заслуживала быть счастливой, после всего, что он заставил ее пережить за последние годы, что заставила ее пережить ее семья почти с самого рождения, Анжела заслуживала, чтобы к ней относились как к принцессе. «Заслужила, — резко выдохнув признался он себе, — быть любимой».

— Вероятно, мне стоит все это записать, — сказал он в шутку. — Потому что я сомневаюсь, что смогу повторить все слово в слово. Более того, я надеюсь, что не выйду из себя и не потеряю самообладания, говоря тебе все это, когда ты придешь в сознание. Ты заслуживаешь узнать от меня правду, Ангел, и правда состоит в том, что я переживаю о тебе — намного больше, чем сам предполагал до недавнего времени. И, честно говоря, я до конца не знаю, каково это влюбиться в кого-то, потому что раньше со мной такого не случалось. Может, когда ты проснешься, мы поговорим об этой моей любви, и ты поможешь мне понять, что я чувствую сейчас. Но единственное, что я точно знаю — ты необходима мне, Ангел, я готов сделать все, что угодно, чтобы вернуть тебя. И если с тобой что — то случится, — Ник резко выдохнул и у него дрогнул голос, — я даже не могу подумать об этом… Если все, что я тебе сказал, означает, что я чувствую к тебе любовь… ну, черт возьми… да, полагаю, я люблю тебя.

Ник продолжал разглядывать ее лицо, и уголки ее губ вдруг дернулись, приподнимаясь вверх, и появилось подобие улыбки. А потом ее длинные, роскошные ресницы затрепетали, сначала одни раз, потом второй и третий, и она медленно открыла глаза.

— Да, — прошептала она, улыбаясь еще больше. — Я бы сказала, что это настоящая любовь. Потому что именно это я чувствовала к тебе, Ник, и я влюблена в тебя уже очень давно.

Он рассмеялся, оставляя мягкий поцелуй у нее на губах.

— Тише, Ангел. Сколько времени ты уже как очнулась и слышала мою речь?

Она легонько сжала его руку, которую он по-прежнему держал в свой.

— Видишь ли, в том-то все и дело, — пробормотала она тихо-тихо. — Я все слышала, но не могла понять — сон ли это или реальность. И если это был сон, — тихо добавила она, — мне не хотелось просыпаться. Никогда. Потому что единственное, о чем я мечтала, ты даже не можешь себе представить сколько лет я ждала этих слов.

Он хотел ей ответить, но его прервала медсестра, появившаяся в палате, с облегчением вздохнув, увидев, что Анжела пришла в себя, и также негодующе зыркнув на Ника, что он тут же ее не позвал. А потом его выгнали, потому что появился врач с медперсоналом, несмотря на все его протесты остаться. Но он успел поймать взгляд Анжелы перед тем, как уйти, и довольно ухмыльнулся, когда она послала ему воздушный поцелуй. С неохотой он возвращался в зал ожидания, радостный, что может поделиться хорошими новостями, но попал в самую середину настоящего сражения.