Осколки
Шрифт:
Надеюсь на скорую встречу.
Ваш душевный друг, Лаверн Мэлори,
законная леди Винтенда.”
От письма пахло сладостью, и Роланд пару минут сидел с закрытыми глазами, прижимая его к губам. От сердца немного отлегло от мысли, что Лаверн больше не находится под покровительством некроманта. Он не доверял Карлу, но Мореллу не доверял еще больше, а уж его коварной жене – и того меньше.
В ту ночь Роланд впервые уснул спокойно, сжимая под подушкой сложенный лист бумаги. И почему-то уверился: все у него получится. Лаверн вовсе не нужно стараться, чтобы поддержать огонь
А на рассвете Волтар Бригг снова созвал военный совет и сказал, глядя на Роланда в упор:
– Сделаем это.
К концу недели вторая осадная башня была достроена. Операцию запланировали начать с наступлением сумерек, и первый отряд во главе с Нектором Джунном готовился выступать. Он состоял из пятнадцати смельчаков, которые, Роланд знал точно, не отступят. Пойдут до конца, даже если в конце их ждет мучительная смерть.
Для собственного отряда Роланд тоже отобрал людей из своих, но Бригг настоял, что с ними должны пойти и его люди тоже. Старый Ворон страховался, и Роланд не мог его винить: по мнению военачальников план был сущим безумием, и кое в чем они были, конечно же, правы. Но Роланд не мог отделаться от мысли, что эта осада – потеря времени и возможность для Августа подготовится к более сокрушительному удару. А своей интуиции доверять он привык.
Договорились, что Роланд и Бригг отберут по шесть самых отважных и выносливых людей из своих солдат и выдвинутся по реке через полчаса после того, как первый отряд пройдет через потайной ход. Перед тем, как уйти готовиться, Роланд пожелал Нектору удачи, пожав исчерченную шрамами крепкую ладонь: как-то молодому лорду довелось сражаться вооруженным лишь коротким клинком, но со свирепым разбойником. Разбойник был убит собственным же оружием, но до этого он изрезал руки Джунна, чудом не задев ни одного сухожилия.
– Во славу огня, – твердо сказал Нектор, сжимая плечо Роланда.
– Во славу огня, – кивнул Роланд. – Пусть отвага в твоем сердце горит ярко.
Он некоторое время смотрел в спину уходящим лазутчикам, сжимая кулаки до треска кожи. А затем сумерки поглотили фигуры уходящих.
Пока сквайр помогал ему одеться, Роланд с неудовольствием отметил, что пальцы слегка подрагивают. Он закрыл глаза и несколько раз глубоко вдохнул, помогая телу расслабиться. Затем отослал оруженосца, открыл ящик небольшого письменного стола и достал письмо Лаверн, спрятанное под ворохом бумаг. Коснулся его губами и вернул на место.
Пора была выступать.
Ночь опустилась на землю влажной мглой. Небо затянуло плотными тучами, а по земле, путаясь в высокой траве, стелился густой туман. Сапоги Роланда тонули в белесой дымке, эта же дымка скрадывала шаги, помогая двигаться незаметнее. Смельчаки погрузились на две предварительно спрятанные в осоке лодки, и гребцы заработали веслами. Монолитные стены замка белели на западе, но Роланд знал: скоро река сделает крюк, обходя замок с севера.
Мысли толкались в голове Роланда неповоротливыми крупными рыбинами. Он думал о доме. О цветущих в это время абрикосах. О травянистом запахе плодородных садов Очага. О старинном храме, тонущем в густой листве высаженных вокруг деревьев. В этом храме он сочетался браком с Эллой, в него же мечтал привести Лаверн.
Об Алане, пропавшем в бескрайних степях. Об отце.
Об огненной жиле, спящей в гранитных пещерах глубоко под землей.
Успокаивающе плескалась вода под веслами, едва слышно поскрипывали уключины. Старый Ворон невозмутимо перебирал бусины браслета на запястье. На лице его людей застыли маски, и Роланд долго гадал, чего же там больше –
А потом стало не до того – они достигли цели.
Последняя неделя была щедрой на дожди, и сливную решетку залило более, чем наполовину. Прутья оказались крепче, чем виделось на первый взгляд, а магическая защита, окружающая стены, – утыкана маячками. Заденешь один, и в замке тут же узнают о вторжении. С защитой Бригг работал самолично, с решеткой пришлось повозиться всем по очереди, но снять ее все же удалось. Из-за поднявшейся воды пробираться пришлось почти по шею в нечистотах. От зловонного запаха желудок сжимался в комок, дно было настолько скользким, что Роланд два раза оступался, погружаясь с головой. А вот Волтар Бригг на удивление держался с достоинством даже здесь, безропотно снося все неудобства положения.
Ближе к выходу уровень воды значительно упал – видимо, ход шел под уклоном, – а у самого выхода в замок так и вовсе доходил до колен. Поддоспешник промок, рубаха липла к телу, волосы под легким шлемом облепили лицо. Роланд нащупал эфес меча и немного привел дыхание в порядок.
Тьма внутри замка немного разбавлялась рассеянным светом горящих на стенах факелов. На первый взгляд путь к кладбищу был чист, но отряду нужно было преодолеть участок цвингера, который хорошо просматривался, и Роланд медлил.
– Что дальше, Норберт? – шепотом поинтересовался старый Ворон, и огненный лорд указал рукой на деревья, темнеющие справа.
– Кладбище там.
– Тогда не стоит тратить время зря.
Роланд кивнул и тут же запнулся. Горячий толчок в грудь выбил дух, и Роланда отбросило, впечатывая в стену. В голове вспыхнуло, в глазах потемнело, а затем мир взорвался сонмом огненных искр.
– Какого велла ты творишь?! – прошипел Бригг, закрывая его собой. – Ты всех нас выдашь!
Роланд хотел ответить и не смог. Горло перехватило, в груди распустился пламенный цветок, и все тело, будто откликаясь, вспыхнуло жаром. С кончиков пальцев сорвались огненные искры, но Роланд не обратил внимания. Так же, как не обратил внимание на жесткие слова Бригга, на всполошившихся воинов рядом.
Он стоял у стены, широко распахнув глаза, а перед его взором, свиваясь в упругие кольца, скалился огненный змей. Из его пасти вырывалось неистовое белое пламя – священное пламя духа Огня.
Справа хрустнул камень под чьими-то сапогами, Роланд уловил движение боковым зрением, а затем с него стянули шлем, на его висок обрушился чей-то могучий кулак.
Мир потемнел и погас.
Сверр
Лорд Кирстен краснел, бледнел, периодически заикался под взглядом Сверра, но оставался непреклонен. Тверд. Подобного от молодого лорда Длинного Носа Сверр никак не ожидал – до этого момента Кирстен производил впечатление послушного и ведомого человека. Весьма удобное качество для вассала. Однако сегодня он вдруг взбеленился, даже провидицу притащил – старую, отмеченную дланью смерти женщину со зловонным дыханием, утверждающую, что юная леди Бригг не способна родить.
Эти слова могли сильно ударить по роду Волтара, и Сверр не мог допустить, чтобы слухи распространились.
– Ты осознаешь, что предлагаешь мне опорочить невинную девушку? – вкрадчиво поинтересовался некромант, не спуская пристального взгляда со взволнованного лорда. Под этим взглядом Кирстен сглотнул.
– Я не предлагаю никого порочить. Но если продолжите заставлять меня, я так и сделаю, клянусь.
– Клянешься, значит… – Сверр усмехнулся, обошел своего вассала со спины, заставляя того испуганно озираться. – Напомнить слова присяги, которую ты давал мне? Есть главное правило: не давай клятвы, которая может нарушить другую.