Осколки сфер. Часть I
Шрифт:
На этот раз Дженна не упала, а твёрдо встала на ноги. Почва под её босыми ступнями была неоднородная. Под толстым слоем пыли угадывался мусор и… кости. Первое, что увидела странница, – скелеты. Сотни и тысячи скелетов окружали её.
Судя по позам погибших, смерть не застала их врасплох. Они были готовы к ней. Они ждали её, взявшись за руки, обняв друг друга, прижимая к себе любимых и самое ценное, что у них осталось. Здесь были взрослые, дети и совсем крохотные скелеты новорождённых. Все взгляды, как один, были обращены на Дженну.
«Ты жива,
Она поморщилась и опустила голову, словно ощущала свою вину. У самых ног Дженна приметила игрушку – небольшое плюшевое существо. Она наклонилась, стряхнула пыль и подняла его. Это был пёс с грустными стеклянными глазами.
Когда-то в детстве у неё была похожая игрушка. Василиса мечтала о живой собаке, но родители могли купить только синтетическую. Девочка радовалась и этому. Она дружила со своим псом, как с настоящим. Она рассказывала ему о своих радостях и несчастьях, гладила искусственный мех, воображая, как животное фыркает от удовольствия.
Держа в руках собаку, Дженна обернулась туда, куда взирали тысячи погибших. Вокруг них распростёрлись серые холмы. И холмы эти были свалкой. Некогда пёстрые упаковки, банки, пакеты и прочий мусор потеряли свой цвет, но не истлели. Развороченные скелеты машин, останки приборов, выпотрошенная мебель и разрушенные постройки, будто молчаливая армия, застыли у стены, что вознеслась до самых небес.
Дженна стояла во главе этой армии, взирая на стену. Странница смотрела на гигантский купол – на яйцо, из которого она сбежала когда-то. Только теперь она была не внутри, а вовне. Вот что ждало Василису, если бы той удалось выбраться из купола…
Дженна была дома. Здесь началась её сказка. И здесь её ждал конец.
Свинцовые облака прятали небо и солнце. Сон подкрадывался к чародейке, словно добрый друг, держащий в руках нож. Дженна не хотела жить и не могла умереть. Но она могла уснуть… Как «уснули» у этой стены сотни, тысячи, а быть может, и миллиарды её соплеменников.
Что произошло с ними? Почему эти люди не попали под спасительный купол?
Чародейка бросила взгляд на свои босые, перепачканные пылью ступни. Как странно было видеть их и ощущать своё тело. Почему она вернулась? Зачем она воплотилась? Она должна быть здесь? Она нужна? Кому? Ведь все мертвы…
Девушка прижала к груди игрушку, а затем украдкой, будто кто-то мог осудить её за это, спрятала пса в свою теневую сумку.
«…Твои ноги, – пронёсся в голове голос лигнитлеи Ауки. – Ты уже решила, зачем они тебе?»
«Да что же тут непонятного? – рассердилась тогда Дженна. – Ноги нужны для того, чтобы ходить по земле!»
«М-м, – хихикнула Аука. – А зачем?»
«Глупый вопрос!»
«Так чего же ты хочешь, Дженна?»
Дженна обвела округу взглядом.
– Я хочу… – вслух повторила она сказанное когда-то. – Я хочу защищать мир от всего страшного и неправильного…
Ярость
Оглядевшись, Дженна увидела в нескольких шагах от себя останки некого строения. Из каменных глыб торчали металлические прутья.
– …Войдя в замок, королева обнаружила накрытый стол с дивными яствами и прекрасные покои с мягчайшей периной, – прорвался сквозь сон живой детский голосок. – Почувствовав голод, королева взяла понемногу из каждого блюда и выпила немного вина из бокала. Наевшись, она забралась на кровать и крепко уснула…
Между сном и жизнью Дженна выбрала смерть. И возрождение. Превозмогая бессилие, золотая соколица вновь встала на крыло, чтобы продолжить свой путь. Чародейка не знала, куда приведёт эта дорога, однако надежда вновь затеплилась в её душе. Дженна не могла умереть, но что если это свойство было общим для всех хранителей? Что если и Сайрон жив?..
Девушка не парила в облаках и не плыла, но кувыркалась, несомая жестокими водами междумирий. Стихия немилостиво то бросала её в ослепительный свет, то топила во мраке. И всё, что могла сделать чародейка, – это надеяться. И звать на помощь.
Она стонала, выла и рычала. Она собрала все оставшиеся силы, чтобы раз за разом кричать в пустоту одно-единственное слово, самое важное имя: Сайрон!
И однажды она услышала ответ…
– Пока королева отдыхала, на двор замка опустился белый журавль и обратился в юношу. Это был принц. Войдя в замок, он сильно удивился, ведь ни один гость не мог проникнуть сквозь зачарованную стену! «Кто ел из моей тарелки? Кто пил моё вино? И кто спит на моей кровати? – спросил хозяин. Войдя в спальню, он удивлённо воскликнул: – Кто же ты, странница?»
…Она вспомнила! Она звала Сайрона и услышала ответ. Кто-то помог ей пройти врата сферы и выжить. Но что это был за мир? Где она? Где тот, кто откликнулся на призыв? Странник ли хранитель, её возлюбленный или… враг?
Глубоко вздохнув, Дженна распахнула глаза. Она лежала на боку, подогнув затёкшие ноги, на кроватке, явно не подходящей ей по размеру. Сайрона не было, – впрочем, как и врага. У очага, облокотившись о тюфяк, сидел мальчик. Рядом с ним в кресле-качалке устроился его слушатель. За оконцами небольшой с низким потолком комнатушки было темно.
– Королева приглянулась принцу. Юноша сказал, что она может остаться гостить, и поведал о своём проклятье. Вот уже многие годы он не мог покинуть своего замка, кроме как в виде птицы. И волшебная стена отделяла его от остального мира. Королева-ведьма догадалась, как помочь юноше. Чтобы он вновь стал человеком, она должна была сшить ему двенадцать мужских рубах, не проронив при этом ни слезинки. Но сшить их нужно было из жгучей крапивы…
Мальчик умолк, будто почувствовав, что на него смотрят, и обернулся.