Осколки сердец
Шрифт:
Как и ожидалось, желающих встать со мной в одиночный бой оказалось очень много, даже выстроилась очередь из желающих. Умудрённые опытом вчерашнего дня, сразу огласили правила, никакой магии, только собственное оружие. Я сказал, что дерусь когтями, которые могу втягивать и вытаскивать из своих пальцев по своему желанию, поэтому другого оружия мне не нужно.
Первый претендент, оказался широченным гномом с огромным молотом за плечом. Вместо железного набалдашника, у него был деревянный, из самого крепкого дерева. Не успела раздаться команда начала, как он бросился ко мне. Коротышка оказался очень юрки для своих габаритов и молотом владел очень хорошо, поэтому я не стал тратить на него время, а, ускорившись,
К обеду я дошёл сильно ослабевший, во время тренировочных боём отдыхать и пользоваться магией для пополнения сил мне не дали, и к концу, когда очередь претендентов кончилась, у меня практически не осталось сил. Если бы нужно было убить их, я бы справился без такой удручающей меня потери сил и энергии. Большинство боёв я выиграл, но те, кому я проиграл, не смогли насладиться избиением меня на потеху всем остальным, они сами были полуживые. Так, что теперь оказалось, что учится, и тренироваться мне нужно было не только магии, нужно было тренировать свою выносливость и мастерство во владении когтями. Без магии, я был ощутимо слабее, чем с неё, а невозможность использовать перед ними боевой режим, была удручающей. Но я подумал, что в будущей борьбе с эльфами вполне возможно, что мои магические ресурсы были бы исчерпаны, а, оставшись без магии, я убедился сегодня, что меня могут убить во множественных поединках. Ладно, решил я, до начала боёвых схваток буду тренироваться в рукопашных схватках в лагере, а в боях буду действовать только магией.
Прошла неделя, я уже жил в собственной палатке и ел отдельно от всех. Общаться я ни с кем не общался, и был доволен, что никто не лез ко мне. Недостаток крови, восполнял животными, когда выходил в лес по ночам. В отряде ко мне отношение не поменялось, сначала в командных битвах мне доставалось больше всех, зато потом когда я вычленил из толпы тех людей, кто больше всех пинал и бил меня локтями, я отрывался на них в одиночных поединках, и вскоре всё прекратилось. Поскольку я жил обособленно, то вскоре явная ненависть ко мне со стороны отряда, перешла в скрытую фазу. Хотя три основных правила отряда выполнялись всеми безупречно, даже меня, которого они все ненавидели, в командных схватках закрывали от атакующей стороны, потому что выпаду я и откроется брешь, и умрут все остальные.
Лёжа у себя на койке, я обдумывал свои действия в последних тренировочных боях, немного увеличилось количество эльфов и гномом, которые выигрывали у меня тренировочные бои, наверно они все делились между собой о моих слабых сторонах и тренировались противостоять мне, потому что я начал серьёзно беспокоится о своих навыках ближнего боя. Убивать было легче, чем драться, стараясь не сильно поранить мастеров боя на всевозможном оружии, тем более что те старались из всех сил. Всё же мне не нравился сам факт того, что меня побеждали даже в тренировочных боях, попросить капитана дать мне достойного учителя, подумалось мне. Неплохая идея, тем более что вечером я всё равно ничем не занимался. Решив не откладывать всё в долгий ящик, я поднялся и пошёл к шатру капитана, охрана меня пропустила, даже не спросив у неё разрешение, и это было странно.
— Капитан, можно мне войти? — поинтересовался я при входе, так как за этот месяц я уже убедился в твёрдой руке, что капитан удерживала отряд. За невыполнение правил действительно была смерть, причём приводила её в исполнение сама капитан, вызывая провинившегося на бой. Также я убедился, как она мастерски владела тяжёлой абордажной саблей, выживших после боя с ней не было, да и сам бой проходил всего несколько минут, несмотря на то, что все воины в отряде были отличными бойцами.
— Да, Каин, заходи, — донеслось из-за ширмы. — Я предполагала, что ты придешь, поэтому и распорядилась, чтобы тебя пропускали сразу.
— Я
После этих слов я увидел, как капитан вышла из-за ширмы, у меня перехватило дыхание. Она была одеты в свободный брючный костюм без обычной брони и оружия, поэтому сразу забылось, что она была капитаном, а вспомнилось, что она была эльфийкой, причём красивой эльфийкой. Крепкое, натренированное тело, только подчёркивало все женские достоинства, а длинные волосы, обычно собранные в косу и спрятанные под шлем, теперь свободно рассыпались по её плечам. Я был сражён, её красота была прямой противоположностью красоте моей Ал'лилель, так как противостояли бы друг другу красота молодости, нежности, беззащитности и красота сильной, зрелой женщины.
Она довольно улыбнулась, увидев мою реакцию на неё. Показав мне знаком присесть, она села напротив меня. «Сегодня и пахла она по-особенному», — подумал я, прислушиваясь к запаху, пахло цветами и утренней свежестью.
— Я помню правила своего отряда, — немного помолчав, сказала она мне, — но мне необходимо задать тебе один вопрос, взамен него я отвечу на любой твой вопрос, ну как устраивает такая сделка?
Я кивнул, мне хотелось тоже задать ей вопрос.
— Зачем ты пришёл в отряд Каин? — спросила она мой вопрос. — Я не понимаю тебя, ты хороший маг, отлично дерешься своими когтями. Я спрашиваю себя, что ты делаешь в моём отряде, и как твоё присутствие обернётся для него, я спрашиваю себя и не вижу ответа на этот вопрос. Я просто не понимаю причин, по которым ты здесь находишься. Золото тебя не интересует, сила у тебя есть, ответь мне правдиво на мой вопрос, пожалуйста» — закончила она. Я задумался, не зря она так оделась, неспроста, думает, что если бы капитану отряда я бы и соврал, то уж красивой женщине едва ли.
Я улыбнулся от своих мыслей и сказал ей:
— Капитан, вы из-за меня напрасно потратили своё время, если бы я захотел соврать, меня бы не остановило то, что я увижу перед собой женщину, а не своего капитана. Я увидел, как от досады она закусила губу. — Хотя стоит признать, честно, я впечатлён, сам бы я не смог разглядеть всё это, под вашей вечной бронёй и стальным взглядом — закончил я.
— Что же касается вашего вопроса, я решил не скрывать своей истинной цели, она проста, мне необходимо стать сильнее, чтобы выполнить мою клятву. Ради этой цели я пойду на что угодно, буду драться с кем угодно, и убью всех, кто станет на пути к моей цели, — закончил я.
— Что это за клятва, ты мне, конечно, не расскажешь, — спросила она. Я отрицательно помахал головой. — Мне интересно, что же это за цель такая, если добиться её тебе не хватает настоящих сил, достаточных для уничтожения отряда в полтысячи бойцов? — задумчиво произнесла она, глядя на меня, но я лишь улыбнулся ей в ответ.
— Хорошо, теперь твоя очередь задавать вопрос мне — произнесла она.
— Собственно у меня такой же вопрос к вам капитан, что делает такая красивая женщина, среди толпы наёмников? — спросил я её.
— Обещание, данное на могиле близкого человека, — ответила она мне, при этом широко улыбнувшись.
— Думаю спрашивать о нём вас тоже бессмысленно? — скорее для себя, чем для неё спросил я.
— Ты правильно думаешь, Каин, — ответила она, на этот вопрос, улыбаясь, — если хочешь, можем обменяться и этими вопросами? — продолжила она.
— Думаю, что обойдусь и этим, — ответил я ей.
От моих слов, она огорчённо нахмурилась.
— Так как насчёт моей просьбы капитан, — вернул я разговор я первоначальное русло.