Осколки сердец
Шрифт:
— Кто охранник каравана отходит к каравану, иначе умрёт? А затем увидел быстро приближающегося к ним монаха с длинными изогнутыми клинками, торчащими из рукавов балахона. Хоть один он ничего не сделает, решил Таир про себя, но если убьёт хоть несколько разбойников, и не даст погибнуть хоть одному охраннику, и, то это будет подарком богов. Сделав знак охранникам, Таир увидал, что направившиеся было к странному монаху солдаты, уже ими не являлись, сзади пронесшегося на огромной скорости монаха упали на землю только изрубленные на куски лошади и всадники. Дальнейшее вообще навсегда врезалось в память торговца, до конца его
— Мне нужно в город, — произнёс странный монах, приблизившись к ним. — Мне можно поехать туда с вами? Понятно, что отказать ему никто не посмел.
Таир, решив, что если незнакомец не убил их сразу, то есть шанс, что, поехав в его сопровождении, они легко доберутся до города без дальнейших приключений по дороге.
— Кто ты, странный незнакомец, что помог нам в беде, — произнёс Таир, спускаясь с повозки к нему. — Я благодарен тебе за спасение своего каравана, и с радостью возьму тебя с нами, а в благодарность до конца пути ты не будешь испытывать ни голода ни жажды — хитрый купец решил, что если незнакомец ничего не говорит о вознаграждении, то может он обойдётся таким малым, как еда и питьё.
— Я бы на твоём месте не стал такого предлагать, — вдруг усмехнулся незнакомец, ведь мы ещё даже не познакомились.
— Таир, свободный торговец из Тирана, — быстро представился торговец, недоумевая от слов незнакомца.
— Каин, вампир Рода Летучей Мыши, — представился он.
— Вампир! — раздались отовсюду голоса наёмников. Таир, хоть и испугался, встретившись с представителем другого вида, но теперь он знал, с кем встретился и немного успокоился. Вампиры для Пограничных государств, вроде Талона небыли чем-то таким из ряда вон выходящим, вампиры не трогали людей, и люди не трогали вампиров.
Существовала договорённость между Повелителями нескольких Родов вампиров, с чьей территорией граничило королевства, что вампиры могут посещать людские города, не питаясь на их территории людской кровью. Вампиры в свою очередь открывают свои границы, и пропускают торговцев в свои замки с своим проводником, а кто решит пересечь границы без проводника, о судьбе того государь Талона не волнуется. Так, что теперь стало понятно и скорость движений и та жестокость, с которой он расправился с разбойниками. Таир, вспомнив всё это, ещё больше успокоился и решил пригласить вампира к себе в повозку.
Я назвался людям Родом Летучей Мыши, так как знал, что их земли граничат с землями людей, а также о договоре между Повелителями людей и вампиров о ненападении на чужой территории. У людей хватало своих проблем внутри своей расы, вампиры же были заняты междоусобицей с эльфами. Воевать ещё и с друг другом было никому не охота, тем более что торговля с вампирами, сделало большие притоки денег в казну Повелителя Талона, всего лишь несколько соседних государств заключили подобные
Идя в повозку к торговцу, я видел, как многие охранники бросали на меня опасливые взоры, некоторые из них впервые видели представителя этой расы, а все те ужасы, которые рассказывали про вампиров детям, вдруг они увидели собственными глазами, — один вампир, убил более сорока вооруженных человек и теперь спокойно беседует с торговцем.
Сидя за столом в повозке мы поели, и торговец попытался меня разговорить, ответив, что мне надо отдохнуть после боя, я попросил его выделить мне место к какой-нибудь повозке, на что торговец радостно согласился, выделив мне довольно не плохую повозку с нагруженным на неё товаром. Как я понял, он боялся, что я попрошу его остаться в его повозке.
Барон Трогвальд беспокоился, уже сутки, как его сын не возвращался из набега, как и не присылал никого из своих воинов с сообщением о причинах задержки. Раньше барон не поощрял подобные забавы сына, но, увидев, что тот привозил неплохие деньги после набегов, стал поощрять его, выделяя лучших людей из своей сотни охраны. Так и не дождавшись вестей, он велел снарядить поиски и, возглавив всю оставшуюся у него сотню, поехал в лес, сын говорил ему, что будет ждать какого-то богатого торговца везущего груз самоцветов в город Тратон.
— Мой господин! — выбежал из леса солдат из разведки. — Сюда! — крикнул он и показал он рукой направление, а потом согнулся и опорожнил желудок прямо перед собой. Барон забеспокоился, что могло вызвать отвращение у опытного солдата, который не раз участвовал в грабежах и разбоях соседских деревень. Выехав на дорогу, он увидел поляну, и ему тоже стало плохо. Успокоив желудок, он спешился и оглядел, то, что осталось от отряда сына и его самого.
«Наверно попали в засаду» — решил барон, накрыли наверно десятикратным преимуществом, но тогда зачем убивать лошадей? Они ведь дорогой товар.
К барону приблизился один из опытнейших его разведчиков.
— Мне не хочется вас огорчать хозяин, но всё что вы видите, устроил один человек, — сказал он. — Он пришёл оттуда, затем вмешался в бой, убив сначала, вот этих четверых, а затем напав на всех остальных. Я понимаю, что это звучит неправдоподобно, но все следы указывают именно на это, если бы не вмешался этот человек, у каравана не было бы шансов, ваш сын практически всех перебил, уцелевших охранников было не больше десяти и все они ушли с караваном. Барон побледнел от гнева, чтобы один человек убил более сорока человек и его сына? Такого просто не могло быть.
К ним подошёл ещё один разведчик и сказал:
— Господин, это был не человек, скорее всего кто-то из расы вампиров тут поработал, я однажды видел, на что они способны в своей боевой форме.
Барон выслушал, его слова и приказал:
— Все за мной, будь это хоть сам Повелитель Вампиров, я заставлю заплатить его за смерть своего сына.
Я лежал в повозке и был доволен принятым решением, всего несколько минут боя и я теперь могу спокойно ехать и бесплатно есть, и пить, а не тащится пешком, поедая жаренных на костре птиц и грызунов. Все караванщики и охранники вскоре успокоились, видя, что вампир есть обычную пищу, пьёт вино, и ни у кого не сосёт кровь по ночам. Они стали уже радоваться, что получили такого отличного себе охранника.