Осколки разбитой короны
Шрифт:
Патрик явно выздоравливал. Цвет лица у него был уже лучше, и на троне он сидел совсем уверенно.
Кешианский генерал Ашам ибн Альтук снова стоял перед троном, на этот раз с еще менее довольным видом. Теперь ему противостояла армия Королевства, укрепленная кавалерией из Порт-Викора и с севера.
Вошел Паг.
– Ты потребовал, чтобы мы собрались здесь в полдень, Паг, – сказал Патрик. – Что ты хочешь нам сказать?
Паг посмотрел на Патрика, потом на генерала и произнес:
– Война окончена. Генерал, вы
Лицо у генерала было пепельным, но, хоть его и трясло от гнева, он послушно кивнул.
Патрик сиял. На лице у него была торжествующая улыбка.
– Посмей только задержаться, кешианец, и мой волшебник уничтожит твою армию на месте.
Паг повернулся.
– Твой волшебник? – Паг шагнул к молодому принцу, поднимаясь по ступеням трона, чтобы встать прямо перед ним. – Я не твой волшебник, Патрик. Я любил твоего деда и считал его одним из величайших людей, которых только встречал. Я ценил любовь твоего прадеда Боуррика, который дал мне имя кон Дуан, но моя душа тебе не принадлежит. Во Вселенной вышли на свободу силы, которые в сравнении с твоими амбициями то же самое, что потоп в сравнении с каплей воды. Именно эти силы меня тревожат. Я просто больше не желаю сидеть спокойно и смотреть, как убивают невинных женщин и детей и гибнут храбрые мужчины, потому что правители слишком глупы, чтобы увидеть, каким богатством обладают.
Повернувшись к генералу, Паг произнес:
– Можете также передать императору, что любой солдат Королевства, который явится на Юг незваным, любой вооруженный человек, который пересечет границу, будет уничтожен.
– Что? – Патрик вскочил на ноги. – Ты смеешь угрожать Королевству?
— Я не угрожаю, – ответил Паг. – Я говорю тебе, что не позволю мстить Кешу. Вы оба вернетесь на свои земли и будете вести себя как цивилизованные соседи.
– Ты герцог Королевства, приемный член королевской семьи и вассал, принесший клятву короне! Если я велю тебе уничтожить эту армию за воротами, ты так и сделаешь!
Паг посмотрел в глаза юноше, чувствуя, как в нем нарастает гнев.
– Нет. Ты не способен заставить меня действовать против моей воли. Если ты хочешь убивать кешианцев за стенами, возьми меч и отправляйся это делать сам.
Патрик взорвался гневом.
– Ах ты предатель!
Паг положил руку Патрику на грудь и толкнул его обратно к трону. Стражники в зале схватились за мечи, чтобы защитить принца. Миранда шагнула вперед, подняв руку, и сказала:
– Лучше не надо.
Стоявший рядом с ней Накор поднял посох.
– С мальчиком все в порядке.
Паг склонился поближе к лицу принца и сказал:
– Ты никогда не обнажал меча в битве более серьезной, чем
Посмотрев сначала на Патрика, потом на генерала, Паг сказал:
– Передайте своему отцу и своему господину, что Звездная Пристань свободна. При любой попытке ввести там правление Королевства или Империи я вмешаюсь. Я им это обещал, и я поддержу их независимость. – Паг отвернулся и отошел от трона. – Мне все равно, кто сидит на троне твоего отца, Патрик. Собирайте осколки вашей разбитой короны, отстраивайте ваше государство. Мне безразличны ваши титулы и звания. С Королевством я покончил. – Он протянул руки Миранде и Накору, и оба подошли и встали рядом с ним. – Я отказываюсь от титула герцога Королевства. Я отрекаюсь от присяги, принесенной короне. У меня есть заботы поважнее вашего тщеславия и вашей национальной политики. Я здесь, чтобы защищать мир, а не одну его часть. Пусть все знают, что Пага из Крайди больше не существует. Теперь я просто Черный Маг. Без приглашения я на свой остров больше никого не пущу. Любой, кто проплывет мимо него, подвергнет свою жизнь опасности, а кто ступит на него без моего разрешения, будет уничтожен!
С громким треском он и его спутники исчезли в облаке черного дыма.
– Да, прадед сильно завел Патрика, – заметил Дэш.
– Бывали в моей жизни дни и поприятнее, – отозвался Джимми.
Они только что вернулись с совета у принца. Там обсуждали отход кешианских войск и то, что именно Патрик должен будет доложить отцу. Совет затянулся до самой ночи, и теперь они шли к Джимми, чтобы спокойно поговорить перед сном.
– Ты поговорил с Франси? – спросил Дэш.
– Нет, – отозвался Джимми, – я ее видел мельком, но даже словом перемолвиться не успел.
– Она боится, что, когда выйдет замуж за Патрика, ты перестанешь с ней разговаривать. Она не хочет лишаться твоей дружбы.
– Этого не случится, – сказал Джимми. – Если эта война чему меня и научила, так это отличать действительно важное от того, что только кажется важным.
– Я знаю, – ответил Дэш.
В голосе его прозвучали какие-то непривычные нотки.
– Что случилось?
– Просто кое-кто, кем я дорожил, не выжил в этих событиях.
Джимми остановился.
– Кто-то важный для тебя?
Дэш повернулся и сказал:
– Я не хочу сегодня об этом разговаривать. Когда-нибудь я тебе расскажу, просто не сегодня.
– Хорошо, – ответил Джимми и на минуту замолчал, пока они шли по коридорам. – Думаю, я тоже кое-что узнал, и может быть, это тоже важно.
– И что это?
– Франси мне дорога. Но, я думаю, что мне просто чего-то не хватает, и я выбрал ее на роль той, кто может удовлетворить эту мою потребность.
– Это ты про деда и бабушку?