Осколки разбитой короны

Фейст Рэймонд Элиас

Когда дракон приземлился, солдаты разбежались во всех направлениях, толком не зная, что делать.

– Давайте я пойду первым, – предложил Томас.

– Только не будем проливать кровь, пока в том не будет необходимости, – попросил Паг.

– Нам придется, – отозвалась Миранда.

– Но до тех пор… – сказал Паг.

Он указал на землю как раз перед тем, как Райана приземлилась. Все они увидели рябь – земля волновалась, будто вода, в которую бросили камень. Послышался низкий рокот, и в воздухе завихрилась пыль. Когда они сели, воронка пыли

была достаточно велика, чтобы в нее поместился дракон. Почва у них под ногами была неподвижна.

Но там, где крутилась пыльная воронка, как будто бушевало землетрясение – каждого атакующего солдата, который вступал в зону этой ряби, швыряло на землю, а потом несколько раз безжалостно подбрасывало в воздухе.

Многие повернулись и сбежали – только храбрейшие из захватчиков остались встретить дракона с всадниками.

Потом Райана взревела так, что в ушах у них зазвенело, и испустила в небеса заряд огня. Оставшиеся солдаты тоже разбежались. Ни один человек в своем уме не стал бы сталкиваться с гигантским огнедышащим драконом.

Миранда сказала:

– Спасибо. У нас будет больше времени.

– Пожалуйста, – откликнулась Райана и добавила, обращаясь к Томасу: – Когда опасность минует, я удалюсь, но пока что если я тебе понадоблюсь, то буду рядом. – Она взлетела в небо и, взмахнув могучими крыльями, умчалась на север.

Томас решительно зашагал к зданию. Паг, Миранда и Накор пошли за ним.

Когда Райана улетела, некоторые воины похрабрее бросились от городских ворот наперерез четверке. Томас снял со спины щит таким плавным и естественным движением, что Пагу это показалось невозможным. Ни один смертный не смог бы повторить это движение. Не успел первый воин подойти, как он вытащил меч.

Воин был высок и держал огромный двуручный меч. Он побежал на Томаса, выкрикивая неразборчивый боевой клич, но Томас продолжал двигаться вперед в обычном темпе. Воин нанес мощный удар сверху вниз, но Томас чуть двинул щит, и клинок соскользнул с его поверхности. Воин увидел искры от соприкосновения, но на щите не осталось ни царапины. Томас слегка двинул рукой, будто смахивая муху с плеча, и воин умер прежде, чем упал на землю.

Двое шедших за ним заколебались. Один с криком бросился в атаку, а другой испугался, повернулся и убежал. Тот, что напал, умер так же, как и первый, и у Томаса снова был такой вид, будто он отмахивается от мух, а не сражается с опытными воинами.

Наконец Томас дошел до здания из черного камня с деревянным фасадом. Оно казалось уродливой язвой на поверхности земли; в нем не было ничего приятного глазу или гармоничного. От него веяло злом.

Томас подошел к большим черным деревянным дверям и остановился. Он отвел назад правый кулак и ударил в правую дверь. Она распахнулась внутрь так, словно ни к чему не была прикреплена.

Когда они вошли, Накор посмотрел на расколотые железные дверные петли и сказал:

– Впечатляюще.

– Напомни мне, чтобы я не вздумала когда-нибудь его злить, – сказала Миранда.

– Он

еще не зол, – усмехнулся Накор, – просто в решительном настроении. Если бы он разозлился, то снес бы стены.

Внутреннее помещение представляло собой гигантский квадратный зал с двумя рядами сидений у самых стен. В нем имелись две двери – в одну они вошли, а другая была напротив.

В центре комнаты разверзлась квадратная яма, из глубины которой исходило красное свечение. Над ней нависла металлическая платформа.

– Боги, – сморщила нос Миранда, – какая вонь.

– Посмотри, – сказал Накор, указывая на пол. Перед каждым сиденьем на полу лежало но телу. Все это были воины, мужчины со шрамами на щеках, и у каждого был открыт рот, будто все они умерли, крича от ужаса.

Накор подбежал к яме и заглянул в нее, потом отошел назад.

– Там что-то есть.

Паг посмотрел вверх на платформу и сказал:

– Это, похоже, способ спуститься.

– И подняться тоже, – заметила Миранда, указывая на засохшую кровь на платформе.

– Что бы ни вызвало эту некромантию прошлой ночью, оно там, внизу, – сказал Томас.

– Нет, – возразил Накор, – это орудие, как все эти мертвые идиоты.

– Где Фэйдава? – спросила Миранда.

– В городе, наверное, – предположил Накор. – Скорее всего, в цитадели барона.

Из ямы донесся странный вой. У Пага побежали по телу мурашки.

– Мы не можем это так оставить.

– Мы всегда можем вернуться, – заметил Накор.

– Вот и хорошо, – согласилась Миранда. – Пошли отсюда.

Она подошла к закрытой двери напротив той, в которую они вошли, и широко ее распахнула.

Как только она это сделала, они увидели с другой стороны ряды солдат с сомкнутыми стеной щитами и нацеленными луками, а за ними кавалерию.

Пока они осмысливали то, что увидели, был отдан приказ, и лучники выстрелили.

* * *

Они собрались в дворцовом зале для заседаний. Дэш выглядел мрачным.

– У нас не больше двенадцати часов на то, чтобы выкурить лазутчиков, или оборону могут прорвать.

Томас Кэлхерн, сквайр двора герцога Руфио, достаточно выздоровел после отравления, чтобы вернуться на службу; Дэш поставил его исполнять обязанности капитана.

– А какая разница? – спросил он. – Вы же видели, какая там армия.

– Ты никогда не был в бою? – спросил Дэш.

– Нет, – ответил юноша, почти ровесник Дэша.

– Если стены нетронуты, то армии снаружи придется выставить под стены по десять человек на каждого из наших на стене. Мы должны суметь продержать их несколько дней, может, неделю. Если я не переоцениваю своего брата, то через несколько дней должна прийти помощь из Порт-Викора.

– Но если какие-нибудь кешианские бандиты откроют ворота и кешианцы попадут внутрь, то битва закончится до того, как начнется.

Дэш повернулся к Маккею:

– Пошлите сообщение стражникам в Новой Рыночной тюрьме; пусть начнут разведывать ситуацию в городе.