Осколки разбитой короны
Шрифт:
– Твой темперамент тебя погубит, – предупредил он ее.
– Когда надо, я могу его контролировать.
Паг посмотрел на Накора.
– Обещай мне, что скажешь ей, когда станет слишком опасно и пора будет возвращаться. – Он перевел взгляд на Миранду. – А ты обещай слушать его, и когда он скажет, возвращайтесь сюда.
Оба согласились. Паг сказал:
– Мне это настолько же не нравится, насколько тебе не нравится моя идея. – Он поцеловал Миранду и посоветовал: – Лучше отправляйтесь сейчас, пока там еще темно.
Миранда протянула руку
– Куда двинемся?
– По последним известиям, Грейлок был где-то к югу от Вершины Квестора.
– Я знаю там деревню на берегу. Мы переместимся туда, а потом полетим вдоль берега.
– Я пойду спать, – сказала Райана. – Разбудите меня, когда будет с кем сражаться.
– Минутку, – сказал Накор.
Паг и все остальные почувствовали, как их память снова отключается, пряча знание о Наларе, а потом мистический барьер снова опустился.
– Спи спокойно, друг, – сказал Томас, и драконица в человеческом теле вышла из комнаты.
Миранда взяла Накора за руку, и они исчезли, оставив Пага и Томаса одних.
Томас снял свой золотой шлем и положил его Пагу на стол.
– Ну что ж, старый друг, пока нам остается только ждать.
– Ну что ж, ждать так ждать, – отозвался Паг. – Пойдем тогда поедим, так время пройдет скорее.
Он встал и повел друга из кабинета по коридору и в кухню.
– Лучше приземляйся! – крикнул Накор. – У меня уже руки устают!
Они летели восточнее дороги, прямо над деревьями; Накор висел на своем посохе, который держала в руках летевшая Миранда. Они появились в рыбацкой деревушке возле Вершины Квестора и обнаружили ее пустой. Миранда подняла Накора, перелетела через дорогу подальше от костров, и они повернули к северу. Пролетая, они заметили большой лагерь, основательно обустроенный, что озадачило Накора. Он знал, что должно было случиться нечто из ряда вон выходящее, чтобы Грейлок остановил войско по пути на север.
Наконец Миранда приземлилась, выпустив чуть раньше времени посох Накора. Он только охнул, когда ударился о землю.
– Извини, – сказала она. – У меня руки онемели.
– Когда ты сказала, что мы полетим, я думал, что ты знаешь заклинание, которое понесло бы нас обоих, – сказал Накор, поднимаясь и отряхиваясь. – Я чуть не поранился посохом!
– Ну, если бы ты его оставил, как я тебе и советовала, этого бы не произошло. – Она явно ему не сочувствовала.
Накор рассмеялся.
– Из тебя выйдет отличная мать.
– Только не сейчас – мы с Пагом считаем, что пока мир слишком опасен.
– Жизнь – это всегда риск, – сказал Накор, поправляя одежду и поднимая посох. – Теперь пошли посмотрим, сможем ли мы пробраться во вражеский лагерь.
– И как ты предлагаешь это сделать?
– Как я всегда это делаю – вести себя так, будто я имею право здесь находиться. Просто держись поближе ко мне… и еще кое-что.
– Что?
– Держи себя в руках.
Миранда помрачнела и резко произнесла:
– А я и держу себя в руках!
– Ну вот, –
– Ты просто невыносим! – заявила она и зашагала вперед.
– Миранда!
– Что! – крикнула она, оборачиваясь.
– Несмотря на свой жизненный опыт, ты ведешь себя как ребенок, – сказал Накор, спеша ей вдогонку.
Миранда явно хотела оставить последнее слово за собой. На мгновение она замерла, обдумывая, что бы сказать, и наконец произнесла:
– Ты меня не знаешь, Накор. Может, ты и был первым мужем моей матери, но ты ничего обо мне не знаешь. Ты не представляешь, каким было мое детство. Ты не знаешь, каково это – расти со шпионами Империи. Если я веду себя как ребенок, так это потому, что у меня не было детства.
– Каковы бы ни были твои причины, пожалуйста, постарайся не погубить нас обоих, — отозвался Накор, идя рядом с ней, и тихо добавил: – И потом, не надо позволять прошлому влиять на настоящее.
Она ускорила шаг, чтобы не отставать от него.
– Что?
Накор повернулся к ней, и впервые со времени их знакомства на лице у него не было ни следа улыбки. Он посмотрел на нее с выражением, которое можно было назвать только пугающим, и на мгновение она почувствовала скрытую в этом маленьком человечке силу.
– Прошлое может быть тяжелым грузом, прикованным к тебе неразрывной цепью, – сказал он тихо. – Ты можешь таскать его за собой, вечно оглядываясь через плечо, что же тебя удерживает. Или ты можешь отбросить его и двинуться вперед. Выбор за тобой. Для тех, кто живет многие столетия, это очень важный выбор.
Он повернулся и пошел прочь.
Миранда постояла еще немного, потом снова догнала его. На этот раз она ничего не сказала.
Они спустились через заросли на западном склоне Каластийской гряды. Они пересекли линию фронта в нескольких милях южнее того места, где остановилась армия Грейлока.
– Странно это, – сказал Накор. – Грейлок так основательно окопался там, на Юге, во всяком случае так это выглядело сверху. Похоже, он опасается контратаки.
– Я тоже не могу этого понять, – согласилась Миранда. – Может, они дожидаются, пока к той рыбацкой деревушке, где мы приземлились, подойдет обоз с припасами.
– Может быть, но я так не думаю.
В ночном воздухе ощущался смрад от оставленных на поле боя и уже разлагающихся тел.
– Это плохо, – покачал головой Накор. – Не хоронить мертвых – большой грех.
К северу от поля боя что-то сооружали. Выглядело это как крепость, но, подойдя поближе, они увидели, что на самом деле это несколько больших зданий, связанных между собой деревянными оградами высотой в двадцать футов. Вокруг были рассеяны костры, у которых расположились люди.
– Смотри, – сказал Накор, – слишком близко к тому, что строится, они не сидят.
– Что это может быть? – спросила Миранда, когда они остановились, укрывшись в тени деревьев.
– Думаю, что-то очень плохое. Возможно, храм.