«Оскар» за имя
Шрифт:
Рэли внимательно посмотрела на Энн. Ее лицо было таким счастливым, и она радовалась за подругу.
– О, мы так забавно познакомились, – задумчиво сказала Энн. – Мы были на семинаре, и там внезапно без всякого предупреждения началась контрольная… Я сидела и писала контрольную, он коснулся моего плеча, и ты можешь себе представить, что сказал?
– Что?
– «Вы не можете немного подвинуть голову? Я не вижу ваших ответов». – Энн процитировала его и радостно засмеялась. – Правда, прелесть?
– Он умный и знающий? – спросила Рэли.
– О да, – выдохнула Энн.
– Он такой же знающий
– Ну, наверно, нет, – ответила Энн. – Но это мой маленький секрет.
Рэли, обдумывая ее ответ, начала кусать свою нижнюю губу.
– Послушай, – сказала ей Энн. – Могло быть и хуже. Мы могли бы встретиться в колледже. Тогда мне пришлось бы бросить колледж и пойти работать, чтобы он мог закончить свое образование. А сейчас я уже почти закончила учебу.
– И ты бы сделала это? – в ужасе спросила Рэли.
– Ну, мне сейчас не стоит волноваться по этому поводу, – со смешком ответила Энн. – Я знаю, что он любит меня, а я люблю его. Я сделаю все ради него. Если будет нужно, я пойду на край света, только чтобы он был счастлив!
Рэли подумала, как прогулка на край света может сделать кого-то счастливым? И будут ли счастливы они оба?
– Ты все поймешь, когда станешь старше, – сказала Энн.
Рели ответила:
– Да, может быть!
Она начала серьезно думать об этом, когда Энн выключила свет. Она решила, что уже сейчас все поняла: на свете есть девушки, которые хотят занимать второе место при своем муже или поклоннике. Но она, Рэли, была из другого теста!
ГЛАВА 56
Рэли шла по студгородку – кампусу, низко наклонив голову. Ветер выбивал слезы из глаз и жалил щеки. Боже, грустно подумала она, опять вскоре пойдет снег и будет валить так долго. Она с трудом различала идущих перед ней студентов.
Она должна терпеть все это, чтобы только добраться до аудитории, и она даже не была уверена, что ей нравятся именно эти занятия. Она не уверена, что ей хочется изучать философию. Это идея Элеонор, и Рэли старалась сделать все, чтобы только не расстраивать ее и Чарльза. Они гордились своей подопечной. Она, только она одна не покинула их из всех их прежних ученых коллег и помощников. Они столько сделали для Рэли, стольким жертвовали. Хотя они получали много денег за публикацию книг, у них были огромные траты на своих помощников, которые не получали дотации. Кроме того, много денег шло на содержание людей, живших там, где было так тепло, с завистью подумала Рэли. Боже, какое счастье, когда находишься в тепле.
Ей нужно было написать столько разных работ и усиленно готовиться к занятиям. А она не была уверена, что вообще хочет изучать именно эти предметы. И потом, еще работа. Крохотные заработки.
И эта жалкая маленькая квартирка. Спальня, ванная комната, крохотная кухонка с холодильником и плитой с одной конфоркой. А ведь она миллионерша. Ее настоящий дом – огромный особняк, она так и не смогла изучить его до самого последнего уголка. Роскошное поместье с озером, садом и статуями. Просто ужас, что она вынуждена жить в таких условиях. Рэли Барнз – бедная студентка! Она мрачно подумала, что на сей раз играет несвойственную ей роль.
Но ведь это не будет продолжаться вечно. Через несколько лет она сможет вернуться
Она сразу повеселела, когда подумала о том, как поступит с Полом и каким образом всего добьется.
Рэли считала, что Пол совершил две ошибки. Вторая ошибка состояла в том, что он попытался убить ее и не довел дело до конца. Первая – он рассказал ей о чести и о мести. Таким образом, предстояло нанести два удара Полу, и с ним будет покончено.
Но как ни странно, каждый раз, когда она видела его имя в светской хронике газеты Лос-Анджелеса, которую получала каждый день, она испытывала какую-то тягу к нему.
Пол Фурнье объявил о своих планах снимать невероятно дорогую картину. И в этой картине должны были сниматься известные звезды. Рэли напомнила себе, что не все, о чем писали газеты, могло быть правдой. Люди начинают нервничать, когда их имена долго не упоминаются в газетах. Они боятся, что публика может забыть о них. Тогда они отправляют в газеты свои пресс-релизы и несколько дней спустя могут спать почти спокойно. Пол Фурнье – президент компании «Рэли Барнз продакшнз». Конечно, он не стал менять название компании. Фильмы, в которых она снималась, стоили огромных денег – миллионы и миллионы долларов. И когда она читала в газетах свое имя, по спине у нее пробегали мурашки.
Она иногда встречала в светской хронике упоминание о своей матери – миссис Пол Фурнье. Она присутствовала на чайной церемонии, чтобы собирать деньги для борьбы с какой-нибудь болезнью. Она была одним из председателей на ленче в «Хантингтон гарденз». Ее мать стала одной из «тех леди», о чем она всегда мечтала. Но какую цену ей пришлось заплатить за это, подумала Рэли, из глаз ее потекли слезы. Мою жизнь?
И наконец она увидела ее на снимке среди пяти улыбающихся матрон: миссис Пол Фурнье принимает гостей в своем великолепном доме в Беверли Хиллз.
Рэли почувствовала прилив такой любви к матери, что ей стало плохо. Прошло несколько минут, прежде чем она смогла снова взять в руки газету. Она начала внимательно разглядывать ее лицо.
– О мамочка, – пробормотала она вслух, поднеся снимок к свету. – Давай начнем все сначала, с самого начала!
Она такая хорошенькая, мечтательно подумала Рэли. Она вспомнила запах ее духов, вспомнила, как мать держала ее на руках, когда Рэли была совсем малышкой. Ее милое и слабое лицо и удивительное выражение глаз. Они, казалось, молили, чтобы вам понравиться, чтобы вы приняли ее в свое сердце.
Как она всегда старалась держаться в стороне! Она теперь стала блондинкой, и этот цвет волос делал ее моложе, создавая ощущение ранимости. На ней было платье без рукавов и вокруг шеи повязан воздушный шарфик. Она что-то держала в руках.
Рэли поразилась, когда поняла, что это Фриски. Она схватила увеличительное стекло и начала разглядывать фото. Действительно, это Фриски. У него блестели глаза и хохолок был схвачен бантом. Рэли была настолько счастлива, что она засмеялась, а по лицу ее побежали слезы.