Ошибка

Коул Л. П. Ловелл

Боб кричит. В его криках я нахожу наслаждение, но они также пугают меня. Причиняя боль ему, я чувствую, как моя собственная утихает, и это почти даёт мне очищение.

Кровь пульсирует и струями стекает вниз по его бокам. Мне хочется ненавидеть себя за это, мне хочется ненавидеть Джуда за то, что он толкает меня к этому, но я не могу. Я не делаю этого, потому что я уже стала этим.

Когда Джуд отводит нож от кожи Боба, я понимаю, что выпускаю выдох, который даже не знала, что задержала. Он отпускает мою руку, и я ошеломлённо роняю нож, наблюдая

за ним, пока он звенит на полу. Внезапно Джуд хватает Боба за горло, сжимая его до такой степени, что мне кажется, его глаза вылезут на лоб в любой момент.

— Калеб! — кричит он.

Дверь со скрипом открывается, и голова Калеба появляется в дверном проёме.

— Забери Тор отсюда, — бросает Джуд сквозь стиснутые зубы.

— Джуд, — начинает Калеб.

— Забери её нахрен отсюда! — ревёт он.

Я смотрю то на одного, то на другого брата, и тишина окутывает нас. Калеб первый нарушает её, хватая меня за руку, и выводит из комнаты. Я оглядываюсь через плечо и смотрю на Джуда, полностью сосредоточенного на Бобе, который всё ещё пытается вырваться из хватки.

Дверь захлопывается за мной, и всё, что я могу слышать — это эхо от моих шагов. На полпути к следующей двери я слышу громкий выстрел позади меня, а затем ещё один. Я вздрагиваю, и мои руки начинает трясти. Знаю, что Джуд только что убил Боба. Мне хватило одного взгляда на его лицо, чтобы понять — Боб не выйдет из этой комнаты живым. Джуд не тот, кто станет обманывать. Боб сделал мне больно, и он убил его за это. Часть меня знает, что он не заслуживает моей благодарности, и всё же я не могу сдержать порыв чувств к нему. Я уже не просто отклонилась со своего пути, я разбилась и вспыхнула, и будто мазохистка, которую он сделал из меня, я упиваюсь этим пламенем.

Я больше не знаю, кем являюсь или во что превращаюсь. Я просто приставила нож к человеку, и мне понравилось его резать. Это чувствовалось словно очищение для меня, и это порочно во многих смыслах. К тому времени, как я достигаю комнаты, меня всю трясёт, а ноги еле меня держат. Я смотрю на свои руки, и они покрыты кровью. Впервые в моей жизни они покрыты кровью, потому что я навредила кому-то, а не спасла.

Еле слышный всхлип вырывается из моего горла, и слёзы начинают течь по моим щекам. Я стала той, кем всегда боялась стать, потому что с этого момента... смерть больше не влияет на меня. Не чувствую ничего, кроме потери себя. У меня подгибаются колени, и я падаю на пол.

— Рия! — Калеб бросается в мою сторону, но я отталкиваю его.

— Нет, — шепчу я. Не хочу, чтобы Калеб видел это. Он до сих пор видит во мне хорошее, а это так ошибочно. Я смотрю на него, встречаясь с его встревоженным взглядом.

— Прости меня. Ты не монстр, — и я плачу. Как я могла подумать, что он был монстром? Ведь он просто ребёнок.

Он ласкает моё лицо руками.

— Извини.

— Шшш, всё хорошо, — он улыбается. — Тебе не за что извиняться.

Я киваю и соплю, когда он вытирает слёзы с

моего лица.

— Калеб, уйди, — голос Джуда грохочет у меня за спиной. Калеб поднимается на ноги, в последний раз окидывая меня взглядом, прежде чем разворачивается и уходит.

— Тор, — тихо произносит Джуд моё имя.

Я встречаюсь с его взглядом, и он долго изучает меня.

— Я… я не могу… — мой голос дрожит, в то время как я пытаюсь осмыслить произошедшее.

— Тор, — намного строже говорит он. — Посмотри на меня. — Но я не осмеливаюсь это сделать. — Посмотри. На. Меня, — требует он.

Я поднимаю глаза, встречаясь с ним взглядом и ожидая его гнева, но вместо этого там царит понимание.

— Всё хорошо, — шепчет он.

Я киваю, и независимо от того, какой барьер я построила, он крошится, и сейчас я плачу. Я не знаю, что со мной происходит. Не знаю, теряю ли я себя или нахожу. Старая я никогда бы не взяла нож, чтобы навредить кому-то, она бы отпрянула в ужасе. Эта повреждённая версия меня хотела порезать Боба, отомстить ему, и Джуд мог помочь мне с этим. Я закрываю глаза, и тело содрогается от рыданий. В одну минуту я разваливаюсь на части, а в следующую сильные руки обнимают меня, удерживая мои разбитые осколки вместе.

Я не должна позволять ему держать меня, но позволяю.

Не должна наслаждаться его тёплой грудью, прижимающейся к моей щеке, но наслаждаюсь.

Это должно ощущаться ошибкой, но не ощущается.

Возможно, я сломлена намного больше, чем думала.

Глава 23.

ДЖУД

Сидя за своим столом, я принимаю ставки, но постоянно отвлекаюсь. Не могу выбросить её из своей грёбаной головы. Я подкуриваю сигарету, когда телефон начинает звонить, и я отвечаю.

— Валяй.

— Поступило заявление о пропаже той особы, — Дэвид делает паузу, и я могу услышать приглушённый шум от его полицейской радиосвязи на другом конце. — Я уже дважды его отклонял. Больше этого делать не могу. Ты должен что-то сделать, чтобы эта проблема исчезла.

Прокручивая сигарету между пальцами, я сцарапываю тонкий слой фильтровой бумаги. Это всё, о чём я могу думать. Что мне с ней делать. Я не могу отпустить её, потому что боюсь, что Джо убьёт её. Как по мне, есть только одно логическое решение. Я делаю вдох.

— Мне нужна твоя помощь.

— Слушаю?

Прижав телефон подбородком, я прячу лицо в ладонях. Я устал. Вымотан тем, что разгребаю всё это дерьмо, всей это чёртовой виной, которую ощущаю за то, что совершил с ней.

— Мне нужно тело, — говорю я.

Слышу, как Дэвид продолжительно выдыхает.

— Тело, значит? Какой у неё рост?

— Где-то пять футов и четыре дюйма. (прим. — 163 см)

— На ней есть что-то, что могло бы определить её личность?

— Цепочка, — я сгибаю скрепку, а затем тащусь в другой конец стола. — У нас ещё есть автомобиль её парня.