Осень
Шрифт:
Но майор слишком хорошо понимала: в том, что касается Ев, не может быть только одного: слов «не может быть».
— Аска?
Сорью подняла голову и заозиралась, словно пытаясь понять, почему она сидит у двери на полу, почему на ней дождевик, почему за окном хлещет дождь, почему там уже серо.
— Я справлюсь, майор.
Мисато-сан замерла на полпути к девушке. Аска поднялась и набросила капюшон на волосы.
— Подскажите, где у вас здесь касса?
— В пятом корпусе, там на указателе написано, — механически ответила Кацураги,
— Аска… У тебя есть, где остановиться в столице?
Девушка, не оборачиваясь, пожала плечами:
— Нет. Я с юга. Надеюсь на щедрость любимой армии.
— Иди сюда.
«Что я, блин, делаю?» Мисато открыла ящик стола и достала оттуда металлическую коробку. Ключ — рядом с крестиком, на шее. На замочке был подвесок с сердечками, с которого еще в бытность лейтенантом она стыдливо стерла красный лак. Содержимое ящика майор знала наперечет: старый кольт 1911, запасной магазин к нему, именная походная фляга и связка ключей. Настала пора расстаться с одной частичкой прошлого.
— Лови.
— Что это?
Вместо брелока на связке ключей в руках Аски болтался жетон, пробитый осколком. Прочитать, кому он принадлежал, не выходило: чудовищная температура когда-то выгладила кусок металла до ровной серой окалины.
— Это от квартиры моего отца. Старый центр. Запомнишь адрес?
Аска кивнула, выслушала и вышла, а Мисато без труда мысленно закончила немой диалог:
«— Это тоже из-за него?
— Нет, Аска. Это для тебя».
Майор развалилась в кресле, подкатилась к окну и открыла жалюзи. По окну, милосердно скрывая убожество временной базы, змеилась вода. Кацураги заметила, что в уголке рамы скопилась полупрозрачная кашица. Мисато смотрела на лед — первый лед этой затянувшейся осени, и мысль о плотно запечатанной фляге становилась все более заманчивой.
Стоило приступать к своей части сделки с инспектором, стоило вызвать куняющего в коридоре ординарца и приняться за работу. Она посмотрела на часы: до побудки офицерского состава оставалось еще два часа. «Отлично», — решила Мисато и нажала на кнопку селектора:
— Тамиура, зайди.
Когда младлей щелкнул каблуками, заспанно и преданно глядя в глаза начальнице, Кацураги, старательно высушив голос, процедила:
— Три кофе. Когда принесешь, найди в офицерском корпусе капитана Нагису, и ко мне его.
Аска недолго плутала по предутренней базе: пятый корпус — бухгалтерия, снабженцы и касса — находился совсем рядом с импровизированным командным центром. Двери оказались закрыты, и рыжая принялась мерить здание шагами. Фасад получался семьдесят два. Девушка с наслаждением тянула ледяной воздух, подставляла мокрым хлыстам лицо и даже слегка сдвинула капюшон назад.
«А ведь были горы… Боже, вот бы мне сказала йокай, что я когда-то буду наслаждаться таким ливнем?»
Задумавшись, она повернула за угол и наткнулась на стайку девушек,
«Какого дьявола?.. А, стоп, это же поварешки, утренняя смена».
Сорью совсем было собралась пропустить работниц столовой, когда одна из девушек приостановилась, вглядываясь ей в лицо.
— Простите… Это ведь вы капитан Сорью? Сорью Аска?
— Я. А ты…
Девушка убрала капюшон, высовываясь под дождь. Аска с интересом рассматривала конопатое личико, отметила глаза, которые, наверное, были выразительными — если бы повариха не щурилась.
— Я Хикари Хораки. Младший обслуживающий персонал, вольнонаемная.
Другие поварихи их обошли и скрылись за пеленой дождя, а может, — что куда прозаичнее, — просто ушли за угол. Сквозь грохот ливня донесся треск и сразу же — голос тяжелого дизеля: где-то совсем недалеко сипло прокашливался танк.
— Что ты хотела, Хикари?
Хикари вздрогнула и наконец моргнула:
— Я… Я просто рада, что вы вернулись.
— Ты… Рада?
Аска покатала это слово на языке и только сейчас поняла, что впервые это слышит. От абсолютно незнакомого человека.
— Да. Рада.
Капли дождя противно висли на ресницах, и застывшая Аска провела ладонью по лицу, словно умываясь.
— Думаю, Синдзи сказал бы вам именно это, — донесся до нее голос уходящей девушки.
Рыжая в два прыжка догнала ее и рванула за плечо, разворачивая повариху к себе. По лицу Хикари текла вода, по лицу Сорью — тоже. Обе девушки просто-напросто забыли надеть капюшоны. Грохот танка приближался, а потом глухо рявкнуло радио, оповещая о побудке для младшего состава базы.
Глядя в глаза Хикари, Аска видела там отражение собственных мыслей. И только спустя несколько десятков ударов сердца сообразила разжать руку, стискивающую худое плечо поварихи. Капитан очень быстро поняла, что все, что надо, они уже друг другу сказали.
— Что за синяк? — спросила Аска, изучая темную тень под правым глазом Хикари.
— Это… Это личная жизнь, капитан. Всего доброго, мне пора.
Хикари скрылась за углом, и почти сразу оттуда вырулил танк. Аска дождалась разворота машины, но девушки и след простыл. Капитан Сорью не знала, где столовая, и пока она решалась, сзади лязгнули замком.
Шмыгая носом, сутулый бухгалтер открывал двери корпуса номер пять.
Майор Кацураги внимательно изучала вытянувшегося перед ней капитана Нагису.
«Интересно, чего я жду? Что он нагло зевнет мне в лицо? Нет, этот хлыщ далеко не так примитивен».
— Довожу до твоего сведения, что завтра в восемь тридцать мы выдвигаемся в район бывшей базы NERV, — на пробу сообщила Мисато. Почему-то общаться с беловолосым было неловко. Женщина с удовольствием сгноила бы его в карцере, легко отправила на весь день месить грязь в полной выкладке, но говорить с ним отчего-то совсем не хотелось.