Осада. Часть 3
Шрифт:
В общем, после этого маркиза его и заинтересовала. Тогда-то он и понял, что совершенно её не понимает. Даже старательно изучая, не понимает. А потом эта идея с оркестрами и концертами. Казалось, блажь… Маркиза носилась с этими оркестрами несколько дней, пока не убедилась, что баронесса, на которую она спихнула всё руководство, поняла, что именно она хочет получить в итоге, после этого немного угомонилась, но тут же кинулась составлять расписание выступлений. Блажь же? Блажь…
Три раза ха. Торвин вынужден был признать, что тут маркиза нос ему утёрла. К его
А вскоре к ним явился один бард… Причём выступал он уже не только перед ними, но и ещё перед несколькими отрядами гарнизона… И все вместе потом отправились на пирушку, организованную во дворе одной из таких казарм. И уже как-то всем было плевать, кто тут наёмник, кто милиция, а кто гвардия. Все оказались своими. И глядя на сияющую физиономию маркизы, Арлерий серьёзно задумался, так ли спонтанно было её решение с выступлениями или она с самого начала именно такого эффекта и добивалась. Да быть же не может?!
На пирушку Элайна явилась во всём блеске своих доспехов, шпаги и с гитарой на плече. Решительно подвинула у костра одного из опешивших солдат и плюхнулась перед костром, над которым что-то жарилось.
— Здорово, — заявила она. — Прямо в походе. Остались песни под гитару. Вы позволите?
Вокруг промолчали… Косясь на гвардейцев охраны, которые обречённо сидели позади маркизы, всем своим видом выражая смирение. Девочка же пристроила гитару на коленях, побренчала… и спела…
— Меня милый не целует, говорит: «Потом-потом», прихожу, а он на печке тренируется с котом…
Сначала не поняли. Но люди тут простые, смысл дошёл быстро, и раздался хохот. Точнее ХОХОТ! А довольная Элайна уже пропела следующую частушку:
Мой милёнок, как телёнок,
Только разница одна:
Самогон мой пьёт из кружки,
А телёнок из ведра.
Насколько плохо Элайне давался перевод стихов, настолько легко и просто переводились частушки, которые Лена знала великое множество. Возможно, в силу её характера едкий юмор этих стишков настолько пришёлся в тему, что слова подбирались и ложились на бумагу словно сами собой, тут же подбираясь по размеру и рифме из её родного языка.
Стоит милёнок у ворот,
Широко разинул рот.
Ну я недолго думала,
Подошла да плюнула.
Выдала девочка очередной перл. Потом ещё и ещё… Девочку окружили уже со всех сторон, кто-то даже немного посвистел в знак поддержки. О пире как-то и забыли. Все перемешались окончательно, но никто даже не обратил внимания на это. Даже командиры. Девочка же вдруг огляделась.
— А можно немного и посочнее… Вы ж, мужчины, такое любите. Только капитану Дайрсу не говорите, он меня ругать будет.
—
Ну Элайна и зажгла:
— Мимо тёщиного дома я без шуток не хожу…
В общем, от концерта все были в восторге…
— Могу я узнать, что здесь происходит? — раздался ледяной голос позади собравшихся.
Элайна вжала голову в плечи и осторожно обернулась. Встретилась взглядом с разъярённым капитаном…
— А мы тут это, — пискнула она. — Плюшками балуемся.
— Я слышал какими! Леди, это уже переходит всякие границы! Откуда вы вообще знаете такое!
— Э-э-э… перевела. Самолично.
— Это… Это… А ну, марш за мной!
Девочка со вздохом поднялась, повернулась ко всем и развела руками.
— И с гордо поднятой главой отправилась на казнь маленькая героиня и вообще хороший человек Элайна Великолепная. Помните обо мне. — И вскинула вверх руку, сжатую в кулак.
Судя по ответным воплям и вскинутым кулакам в ответном жесте, забыть такое не удастся ни у кого из присутствующих. А уж утром какие подробности узнают в городе… Всё будет зависеть от фантазий рассказчиков.
Торвин стоял в сторонке, наблюдая за происходящим со стороны, а потому мог оценить произошедшее в целом. И сопоставить некоторые моменты. В частности, а кто вообще предложил пирушку закатить после концерта? А не слишком ли подготовленная площадка оказалась? И дрова лежат, и мясо в маринаде, и вино, и овощи тут же… Вот прям верится в спонтанность пира. Самое же главное — состав присутствующих. Тут оказались представители чуть ли не всех родов войск и сословий. Мелкие дворяне со своими людьми, городское ополчение, гвардия герцогства, солдаты и пограничники, инженеры и, конечно же, они, наёмники.
Арлерий понаблюдал, как один из его солдат, приобняв какого-то ополченца и, отхлебнув из кружки вина, со смехом напевал тому особенно понравившийся стишок.
— Едрит его налево, — восторженно прохрипел он. — Завернула же пигалица…
Торвин слегка отступил в тень и удалился. Маркизу он так и не смог понять. Понял только одно — служить такому нанимателю, с одной стороны, легко, а с другой… Что там с другой стороны, командир наёмников определиться так и не смог.
Такого разноса Элайна не получала ни разу в своей жизни. Впрочем, она считала себя абсолютно правой, а потому сносила бурю со стоическим терпением. Задумывая всё это, она догадывалась, что результатом станет такой вот разговор, а потому была к нему готова.
— Когда я давал разрешение и… Единый, чем я в тот момент думал, вы и благоразумие — это же абсолютно несовместимые понятия! Что я скажу вашему отцу?! В общем, когда я давал разрешение на то, что вы немного сыграете и споете солдатам, я даже предположить не мог, что именно вы собираетесь там петь!
— Хорошо же получилось, — пожала плечами девочка. — Все были в восторге.
Дайрс рухнул в кресло и спрятал лицо в ладонях.
— Вы понимаете, что позорите свой род? — устало спросил он.