Осада. Часть 2
Шрифт:
— Когда там эта глупость намечается?
Лат хмыкнул.
— Глупость… Если бы. Всю неделю лестницы стругали, будто можно захватить стену, не убрав с неё защитников, не обеспечив перевеса… Через два дня хотят.
— Просто вперёд и всё?
— Ну кто-то так и хотел, но всё же откровенные идиоты вождями не становятся. Будут атаковать в одном месте, постараются создать перевес, потом быстро атакуют другую сторону. Но вот сколько резервов у лакийцев никто сказать не смог. Как определить, перебросили они что-то на место штурма или справляются имеющимися силами? Что там, кстати, с твоими шпионами?
— Всё сложнее и сложнее
— Велел? У тебя есть связь с ними?
— Договорились об определенных сигналах. Я на шесты вывешиваю флаги определенных цветов и с разными знаками. Что они значат и их сочетание они выучили.
— О… Здорово придумал.
— Не я, Лат. Это я у империи позаимствовал. Ты можешь их не любить, но воевать они умеют.
Лат поморщился. Он не любил имперцев, хотя и признавал их превосходство в некоторых моментах.
— Так что они говорят? Сколько там людей?
— В мирное время население города около десяти тысяч. Город крупный, второй по величине в герцогстве. Из них три тысячи солдат пограничной армии…
— Это я и сам знаю, — отмахнулся Лат.
— Мне так удобнее, — не отступил Вальд. — Просто хочу, чтобы ты понимал кое-что. К пограничной армии еще относят около тысячи ветеранов, которые хотя и служат формально, но в походы уже не ходят. Они скорее выступают как учителя для новичков, несут караульную службу в городе. Ну и пограничники, их около тысячи всего, разбросанных по крепостям. Которые сами больше крестьяне, чем воины. Сами себя снабжают иногда.
— И что я тут должен понимать?
— А то, что после эвакуации в городе сейчас набилось дополнительно около пяти тысяч людей с окрестностей. Это я примерно, чтобы считать удобней было, порядок численности прикинуть.
— Научился ты в этой империи разным умным словечкам… И что? Думаешь, еды у них нет?
— Вряд ли они настолько затупили. Поля-то они не все сожгли, многие скосить успели. В общем, со всеми усилениями и ополчениями я считаю, что в Тарлосе сейчас около восьми-девяти тысяч.
— Хм…
— Но реально боеспособных солдат из них… Ну около шести тысяч. Самые боеспособные — гвардия герцогства, охрана нашей маркизы, но их немного, но с ними и герцогские солдаты, уже всего около трехсот человек. Это лучшие. Потом идет собственно пограничная армия, тут я бы посчитал… Ну две тысячи, плюс тысяча новичков. Опять-таки округляю, для удобства. Еще ветераны… В общем, имеем четыре тысячи боеспособного войска.
— Ты вроде как шесть тысяч насчитал.
— Еще две тысячи дают вассалы герцога, чьи отряды укрылись за стенами Тарлоса. Но оценивать их боеспособность я не возьмусь. Они слишком разные. Кто заботится о своих людях, кто набирает разное отребье, кому просто плевать, чем занимаются его люди, лишь бы безопасность обеспечивали. Но я их все равно учитываю, поскольку откровенный мусор в таких отрядах все же редкость, все эти вассалы заботятся о своих тушках, а эти отряды все же их защиту и обеспечивают. Потом, полагаю, их подтянут. Остальные… Городская стража и ополчение. И если первые еще хоть знают, с какой стороны за меч браться, то ополчение — смазка для наших мечей.
— Шесть тысяч… Много… Жаль, упустили этих… из окружения…
Лат сейчас мысленно прикидывал, сколько лестниц можно установить у стены между башнями, сколько получится сосредоточить людей
— Идиоты, — в сердцах бросил он. — Сколько людей погибнет из-за идиотизма этих старых маразматиков, которые привыкли по старинке всё делать! Я понял, Вальд, что ты хотел мне сказать.
— Да. Надо будет подстраховать. Нам не избежать боя, если не хотим получить разгрома. Посчитаться с ними мы сможем потом… Обещаю…
Лат вздохнул.
— Всех бы удавил… Нельзя, к сожалению. Распорядись нашим тоже быть готовыми. Когда на совете разберутся, где там у них будет главная цель, а где отвлекающая, я укажу, где действовать нам. Только, Вальд… Прикрыть наших, не штурм! Если увлечемся и влезем в город без поддержки… Я не хочу, чтобы моих лучших людей перебили.
— Само собой. Да и без шансов. Я полагаю, нам придётся вылазку отражать.
Лат согласно кивнул. Собственно, этого и он опасался. Если атака захлебнётся, да еще с большими жертвами, то время для вылазки будет просто идеальное. И если своих не прикрыть, то закончится всё может печально. Нет, не разгромом, слишком уж неравные силы, но поражение будет намного более серьезное, чем он мог себе позволить.
Лат ненавидел интриги, но и выхода не видел. Если не привести вождей в чувство, то ситуация дальше будет только осложняться. А в чувство их могло привести только поражение. И чем сильнее, тем лучше. И вот сейчас он тут стоял и прикидывал, насколько серьезное поражение он может себе позволить. И ненавидел себя за это. И понимал, что всё равно сделает это.
— Вождь!
Лат обернулся. У холма остановился один из его воинов, соскочил с коня.
— Что случилось?
— Лакийцы на главных воротах новое знамя вывесили, — сообщил воин новость.
Лат моргнул. Глянул на такого же недоумевающего Вальда.
— И что?
— Эм… Вождь, тебе лучше это увидеть… Наши уже волнуются…
Лат снова глянул на не менее недоумевающего друга.
— Лучше сходить, посмотреть, — посоветовал Вальд и первым отправился к своему коню.
В сопровождении воина, они быстро миновали костры в лагере и выехали к первой линии насыпи. Построенная кое-как, но тем не менее построенная… под руководством имперских инженеров и, в основном, силами наемников. Хотя Лат и заставлял своих людей помогать. Они должны учиться…
Выехав к частоколу, замер, услышав возмущенные крики собравшейся толпы.
— Что тут у вас случилось? — рявкнул он.
Люди торопливо посторонились, пропуская вождя. Лат что-то буркнул себе под нос и остановился у частокола. Пригляделся. Над надвратной башней действительно развивался флаг, которого еще недавно там не было. Большое полотнище. Лат постарался настроить зрение, чтобы разглядеть его, мысленно костеря непонятно кого. В магии он был не то, чтобы большой знаток. Его, конечно, обучали, как будущего вождя еще в детстве, но с аристократами любого королевства он сравниться не мог всё равно. Просто в силу разных возможностей. Нормальные аурные зеркала стоили очень дорого.