Осада Шарпа
Шрифт:
Бэмпфилд снова взглянул на барометр, как будто хотел удостовериться в плохих новостях. Будет шторм, страшный шторм, но это нагромождение новостей вытеснило ту последнюю необходимость оставаться в Аркашоне. Он посмотрел на графа.
— Мы выходим с утренним отливом.
Усталость Фавье будто смыло губкой. Смелый замысел Дюко имел успех даже больший, чем Фавье смел надеяться и, благодаря ветру, падающему барометру и искусной лжи, стрелок окажется в безвыходной ситуации и ловушка захлопнется. Ловушка для Шарпа.
Глава 12
Жюль Фавье спал. Больше не имело значения, направится ли Шарп в
Ветер поднялся, когда Фавье заснул. Он завывал над стенами, иногда срываясь на низкий гул, затем снова пронзительно свистел. Воды залива, которые в обычном состоянии едва-едва в прилив заливали берег, с первыми лучами пошли бурунами. Самое маленькое судно флотилии стояло на якоре, а огромный корпус «Возмездия» далеко за мысом содрогался от ударов высоких волн и брызг.
Корабли один за другим входили в канал. Припасы были пополнены из форта, его кладовые очистили от мяса и вина. Двух пехотинцев послали пригнать корову, что было сделано с трудом, и бедное животное пригнали в форт, где застрелили, разделали и засолили мясо в бочках. Флагшток был срезан, а пехотинцам приказали отвести под туалет колодец, так чтобы воду пить было нельзя. Два моряка, с мускулами закаленными за годы службы топорами разрубили ворота на маленькие балки, которые затем сожгли. Разводной мост опустили прямо на горящие остатки ворот, и он тоже сгорел дотла.
Штурман «Возмездия», глядя одним глазом на барометр, а другим — на несущиеся низкие тучи, изредка поливающие дождем на горящие ворота, предложил побыстрее отплывать, но Бэмпфилд решил, что с фортом дело нужно довести до конца. Новости, принесенные графом де Макерр означали, что в Аркашоне высадка невозможна, поэтому форт следует оставить, но перед этим привести в негодность для французов. Форт Тест-де-Бюш следует ослабить.
Людям приказали вбить железные прутья в запальные отверстия тридцатишестифунтовых орудий. Прутья спилили заподлицо со стволом, так чтобы было невозможно их вытащить с помощью клещей. Потом орудия с помощью талей и блоков с «Кавалера» моряки сняли со станков и сбросили в канал. С двадцатичетырехфунтовыми орудиями, как и с шестью американскими полевыми пушками, которые они везли в Балтимор, поступили точно также. Забили прутья и сбросили в ров. Двенадцатифунтовые лафеты сломали и бросили в костер, куда подсыпали смесь из китайского огня и сигнальных ракет.
Те морские пехотинцы, что оставались в форте были первыми, которые покинули разгромленную крепость. Они погребли к бригу, и по пути, захватив из оружейки форта мушкеты, побросали их в воду. Граф де Макерр, душевно попрощавшись с Фавье, отправился на "Сциллу".
К десяти утра на берегу оставалась только горсточка моряков. В склад боеприпасов положили фитили, как и к бочкам с порохом, сложенным в кухне под бараками. Амуницию стрелков, которую Шарп не стал брать с собой, положили к этим бочкам. Жюль Фавье, который вывел свою лошадь по мосту, пока еще его не сожгли, пожал Бэмпфилду руку.
— Боже, храни короля Георга, капитан!
— Да благословит Господь короля Луи!
Фавье по веревочной лестнице спустился с западной стены и прошел по песку к месту, где была привязана его лошадь. Напоследок он помахал рукой Бэмпфилду, который в окружении помощников шел к ждущей его лодке.
Через мгновение, пропитанный смесью пороха, спирта и желатина фитиль загорелся. Бэмпфилд сквозь волны направлялся к «Кавалеру». Фавье забрался в седло.
Искрящийся фитиль уходил в амбразуру форта. Первый бриг поднял якорь и уже направлялся в устье канала, подняв паруса. «Сцилла», «Амели» и «Возмездие» все еще стояли с зарифленными парусами.
Бэмпфилд взобрался на борт «Кавалера». Фалрепные просвистели приветствие, якорь подняли, и лейтенант Мартин скомандовал поднять паруса. Ему предстояло доставить капитана Бэмпфилда на «Возмездие» и чтобы проделать это в такую погоду, требовалось продемонстрировать немалое мастерство.
Бэмпфилд, ухмыляясь как мичман-новичок, стоял на перилах маленького квартердека «Кавалера».
— Славное сейчас предстоит зрелище, Форд!
— Это точно, сэр! — Форд достал часы и увидел, что до полудня остался лишь час, время, когда должна подойти французская бригада. И обнаружить уничтоженный и покинутый форт.
Они ждали. Дождь сыпал по гроту «Кавалера» в такт возбужденному подрагиванию пальцев Бэмпфилда.
Лейтенант Форд нервничал.
— Возможно, сэр, из-за дождя…
И как раз в этот момент горящий запал дошел до бочек с порохом.
В небо над фортом Тест-де-Бюш ударила яркая белая вспышка пламени. Сквозь огонь начали появляться клубы густого дыма со всполохами красного огня.
Затем накатил шум, грохочущий рокот взрывающихся пороховых зарядов, и снова грохот взрывов — это уже огонь добрался до взрывчатки в бараках и капитан Бэмпфилд зааплодировал, когда вверх взлетели булыжники, куски черепицы и дерева.
Пламя исчезло, вместо него появился густой дым и пепел, который дождь прибивал к поверхности моря. На неповрежденных стенах форта возникли несколько очагов огня, пропавших после налетевшего порыва ветра с дождем. Бэмпфилд, довольный своей работой, улыбнулся.
— Франция лишилась одной из своих крепостей, Форд. Для нас это неплохо.
— Так точно, сэр.
Бэмпфилд повернулся.
— Я займу вашу каюту, мистер Мартин. Очень попрошу принести мне кофе, или, если такового не отыщется, чай.
— Есть, сэр.
Корабли повернули там, где границу мыса Кап Ферра обозначал подводный камень, и шквал дождя скрыл их. Берег осиротел, форт опустел и разрушен, гарнизон покинул его.
Последнее, что увидел Шарп, оглянувшись на мост через Лейр, это столб огня и дыма и куски камней, падающих в реку, вылетевшие окна здания заставы и падающие каменные урны по краям моста. Мост остался стоять, но стал непрочным, и ни один артиллерист не отважится перевезти по нему огромный вес, разве что какой-нибудь инженер, дорожащий жизнью, не будет стоять внизу пока над его головой грохочут пушки. [23]
23
Это своеобразная традиция, когда под вновь построенным или отремонтированным мостом стоит его создатель (архитектор, инженер), а по мосту проходит вес, который мост, по заверению инженера, должен выдержать. В данном случае, если инженер рискнет встать под мост, он тем самым ручается жизнью за его надежность.