Оруженосец
Шрифт:
— Держитесь крепко! — предупредила Лорена и дала дракону команду на взлет.
Принц с удовольствием ухватился за ее талию, а гоблин с удовольствием (и страхом) ухватился за свой чемодан, и крылатый монстр взмыл в небо. Поначалу было тряско и как-то криво, но вскоре дракон выровнялся. Воздушная стихия бушевала вокруг него, зачарованный лес оказался далеко внизу, а башня уже через несколько минут исчезла вдалеке.
Обернувшись, Злюк сглотнул комок слюны. Нет, это еще страшнее, чем он думал. И песня не помогала.
Ветер засвистел
Наверное, стоило лучше обдумать предложение Кая о награде.
Эмма очнулась.
Как ее угораздило уснуть, неизвестно, и сколько времени прошло, оставалось только гадать. Лес окутывали сумерки, которые могли с одинаковым успехом указывать и на раннее утро, и на вечер. Принцесса села, протирая глаза. На ее голове пауки успели свить паутину. Одежда стала влажной.
— Ау! — крапива, которая была тут повсюду, ужалила ее в руку. К прежним ожогам прибавились новые. — Да что же…
Неизвестность всегда пугает, особенно в чужом месте. Эмма встала на ноги.
— Следовало догадаться, что Смарагульф выкинет что-нибудь такое, — проворчала она, осторожно выбираясь из крапивы. Все тело чесалось. Помимо крапивных ожогов, над ней поработали комары. Громадные писклявые тучи вились во влажном сумраке. Эмма почувствовала нарастающий зуд и жжение на лице. На нем уже не было живого места.
Отломив ветку, принцесса стала яростно отмахиваться от гнуса.
— Смарагульф! Смарагульф! Ты где?
С чародеем могло случиться что угодно. Приземление не было мягким, оно вообще даже не было приземлением. Скорее катастрофой, а в катастрофах люди частенько погибают или получают травмы. Эмме не хотелось, чтобы Смарагульф вытянул несчастливый билет. Ей вот повезло, кроме синяков и ссадин принцесса не приобрела ничего опасного.
— Смарагульф!
Ее голос словно тонул во влажном воздухе. Все вокруг выглядело зловещим, нарочито неприветливым.
Наверное, не очень хорошая идея орать в таком месте.
Куда идти? Жив ли чародей? Где она?
Эмма подумала и не нашла ничего лучшего, как пойти в направлении, откуда прилетела. Ориентироваться было легко. В полете она сломала немало веток и оборвала целую кучу листвы. Комары преследовали ее, сводя с ума писком. Зуд не улучшал настроения.
Принцесса перешла на бег.
«Сколько же метров я пролетела до того, как попала в малинник?»
Наконец ей удалось пробраться к точке приземления. Им оказалось раскидистое лиственное дерево, часть веток которого была сломана. На них висели остатки волшебного ковра. Сила удара оказалась такова, что ковер просто разорвало, словно ветхую тряпку.
«Мы просто везунчики, — подумала принцесса. — Как можно не умереть после такого?»
Она стала обследовать дерево и его окрестности на предмет чародея. Но то ли из-за невыносимого зуда, то ли из-за бесконечных атак комариных армий ей не удалось
«Очень хорошо, дорогая. Ты оказалась неизвестно где совершенно одна. И в скором времени комары съедят тебя заживо».
Эмма чуть не расплакалась. Положение было отчаянней некуда. Несколько раз позвав Смарагульфа, она дала себе по щекам. Боль отрезвила. Вовремя. Истерика сейчас — это самое неудачное решение.
Что бы сделал настоящий рыцарь в ее положении?
Для начала, конечно, он не стал бы распускать нюни, а сел бы, подумал хорошенько, а потом развел костер…
Эмма подпрыгнула. Костер! Спешный поиск по карманам выявил наличие куска мыла, куска веревки, трута и огнива, а также иголки и нитки. Неплохо. По крайней мере, можно добыть огонь, согреться и частично разогнать писклявых гнусов.
Работа всегда отвлекает от тяжких мыслей. Принцесса быстро собрала самый сухой валежник и устроилась неподалеку от поломанного дерева. Если чародей вернется, разыскивая ее, ему будет легче.
Огонь не хотел разгораться, дрова дымились, Эмма кашляла. Потратив десять минут, принцесса наконец увидела пламя. Глаза щипало, но зато комары, кажется, исчезли. Стало теплее. Эмма согрела руки, придвинулась ближе к огню. Тот весело потрескивал, словно намекая, что еще не все потеряно и не стоит вешать нос.
Принцесса обдумала свое положение. Искать чародея в лесу занятие трудное и неблагодарное. Он мог свалиться еще до «приземления» и попасть куда угодно. Разыскивая ее (если жив), Смарагульф сейчас, наверное, уходит все дальше и дальше. Шансы на встречу уменьшаются с каждой минутой. Эмме оставалось надеяться, что чародей пустит в ход какой-нибудь фокус. Однако и это не внушало оптимизма, учитывая, чем закончился последний сеанс магии.
Беспокоило другое. Кай сейчас, наверное, испытывает чудовищные муки, а она ничем не может ему помочь.
Эмма воинственно хрустнула пальцами.
Ладно, когда она доберется до принца, то сможет, по крайней мере, отомстить Лорене и всем ее прислужникам.
Если доберется… Когда-нибудь…
— Быть не может! — сказала чародейка, глядя на распахнутый зев пещеры. — Просто не может! Нет!
Громадные камни, которые надежно закрывали вход, были выворочены и валялись неподалеку. Получилась дыра, достаточная, чтобы проехал всадник.
— Что это такое?..
Чародейка была настолько растеряна, что подумала, ее кто-то дурачит. Увы, все оказалось правдой. Девчонка сбежала. Исчезли и лошади, оставив в распадке россыпи конских яблок.
Не зная, что и думать, Лорена сунулась в пещеру. Там не было ничего интересного. Обследовала землю перед ней, но ничего не нашла, кроме отпечатков копыт.
Вывод один: какая-то внешняя сила помогла рыжей чертовке выйти. Иного способа оказаться на свободе у псевдооруженосца не было.