Орудья мрака
Шрифт:
Грейвс нахмурился и, уставившись в столешницу, попытался собраться с мыслями.
— Возможно, у Александра были родственники в том доме, — продолжила мисс Чейз. — Он был образованным человеком. Помню, я как-то слышала об одном джентльмене, прекрасно воспитанном в каком-то поместье. Он был сыном управляющего и получил всестороннее образование, чтобы занять место отца. Однако уже молодым человеком поссорился с семьей и пожелал создать собственное состояние, вместо того чтобы присматривать за чужим.
Оглядев свои ногти, Грейвс
— И что же с ним стало? — поинтересовался он.
— Он разбогател и купил собственное имение. Так теперь принято, я полагаю. Хорошие люди могут завоевать положение в обществе, если им достанет мужества. — Девушка нежно улыбнулась ему, и Грейвс почувствовал, что на душе у него полегчало.
Сьюзан, сильно наморщив свой гладкий лобик, подала молодому человеку еще одно письмо.
— Это странное письмо! От той же дамы, я полагаю. Вы прочтете его, господин Грейвс? Я не уверена, что все понимаю.
Взяв у ребенка бумагу, юноша откашлялся.
Замок Торнли, Суссекс
Уважаемый господин Адамс!
Здесь все по-прежнему. Господин Хью Торнли и леди Торнли не слишком дружны; очень жаль, когда родственники не способны утешить друг друга в такие времена — как Вы думаете, господин Адамс? Однако я узнала, что старший сын, Александр, виконт Хардью, несколько лет назад пропал из здешних мест — более того, у меня была возможность взглянуть на портрет этого джентльмена в молодости, когда я вместе с экономкой протирала миниатюры, и выслушать всю эту историю. Я бы рассказала ее Вам, но подозреваю, что Вы и так ее знаете! Мне бы не хотелось посеять в Вашей душе беспокойство, господин Адамс. Клянусь, никто не узнает о Вашей тайне из моих уст, и я больше никогда не стану упоминать о ней.
Грейвс закончил чтение, и в комнате повисло тяжкое молчание. Юноша осторожно поглядел на девочку, пытаясь угадать, все ли она поняла.
Сьюзан уперлась взглядом в столешницу; она не чувствовала ничего, кроме невесомой тяжести кольца, висевшего у нее на шее. Что за пропавший сын? И что за Александр? Ее отца тоже звали Александром, и он был джентльменом, но мог ли он оказаться таким знатным? Гуляя в парке, Сьюзан не раз встречала графов. Никто из них не был похож на папеньку, и ни один не казался ей приятным. У девочки пересохло во рту. Заморгав, она посмотрела в темно-синие глаза Грейвса.
— Неужели папенька — сын этого больного человека?
Облизнув губы, юноша с некоторой долей отчаяния поглядел на бумагу, которую держал в руке.
— Похоже, эта мисс Брэй так считает! Все это кажется очень странным, Сьюзан. Твой отец когда-нибудь говорил тебе вещи, способные навести на мысль…
Девочка неистово замотала головой.
— Нет. Только когда в тот вечер спросил об экипажах и платьях.
— Здесь должно быть что-то еще. — Грейвс снова потянулся к
Они опять принялись разбирать шкатулку — переворачивали каждый лист с партитурами, перетряхивали каждую связку, проверяя, не спрятано ли там чего.
Мисс Чейз обнаружила их — три бумаги, спрятанные в связку партитур, которую Грейвс незадолго до этого отложил в сторону, сочтя просто маскировкой.
— Вот! Вот же они, господин Грейвс!
Девушка разложила бумаги на столе. Свидетельство о браке и два других документа, удостоверяющие рождение Сьюзан и Джонатана. На брачном свидетельстве стояли два имени — Элизабет Аристон-Грей и Александр Торнли. Дети значились как Сьюзан и Джонатан Торнли.
Все пристально смотрели на документы, пока Грейвс не уверился, что даже на смертном одре сумеет припомнить манеру начертания букв. Молодой человек поглядел на Сьюзан.
— По всей видимости… — Его голос дал трещину, и он тяжело сглотнул, а девочка продолжала глядеть на него широко раскрытыми глазами. — По всей видимости, Сьюзан, Александр всегда хотел, чтобы у тебя была возможность обратиться к семейству Торнли, если ты этого пожелаешь. Сомнений нет. Это ваши истинные имена.
— Значит, я вовсе не Сьюзан Адамс?
— Ты — дочь своего отца, а он был слишком великодушен, чтобы вместо тебя отказаться от того, от чего отказался сам.
Молодой человек поднял глаза, чувствуя, что на него смотрит мисс Чейз. Она улыбнулась ему и кивнула. Сьюзан внезапно подняла руку и, слабо вскрикнув, прикрыла ею рот.
— Ох! Но мы не должны говорить, мы ничего не должны говорить! Я не думаю, что они хорошие люди! — Глаза девочки наполнились слезами.
Взяв ребенка за руку, мисс Чейз обхватила ее кисть своими ладонями.
— Что такое, Сьюзан? Почему они нехорошие люди?
Сьюзан пугливо поглядела на взрослых, повернув голову сначала к девушке, а затем к Грейвсу.
— Тот человек, желтый человек, сказал, что это весточка из замка! Именно так и сказал: «Весточка из замка». Наверняка это тот самый замок, да? Если мы начнем говорить, они могут прислать еще кого-нибудь — убить Джонатана и меня.
III.5
Пока Харриет и Краудер шли по склону холма в сторону Кейвли, мысли госпожи Уэстерман по-прежнему вертелись вокруг дневника Уикстида.
— Наверняка есть способ поглядеть на его бумаги. Между нашими поместьями достаточно деловых сношений, чтобы я вполне оправданно могла посетить экономку или даже самого Уикстида. Если мне удастся попасть в его кабинет и найти предлог, чтобы он на некоторое время оставил меня одну…
Краудер вздохнул.
— Госпожа Уэстерман, возможно, он хранит свой дневник вовсе не в кабинете. К тому же, если в нем содержится нечто предосудительное, Уикстид наверняка держит его под замком.