Орнамент с черепами
Шрифт:
Пришла в себя дикеофора не то оттого, что пес вылизывал ей лицо, не то от цокота копыт. Она осторожно повернулась на бок в россыпи камней. С одной стороны, от строящейся крепости, к ней стремительно приближался отряд светловолосых дартанаев на конях их любимой гнедой масти, а с другой стороны, чуть дальше, но с неплохой скоростью, скакал Алтей Вателл на мощном вороном скакуне. Он действительно нашел подгорный ход наружу и даже коня смог вывести. А Эситея лежала, еще частично оглушенная, будучи не в силах встать, в мокрых штанах, без куртки в разодранной тунике, простоволосая. Она бессильно застонала, прикрывая глаза.
Дартанаи
- Переломы есть?
– тихо поинтересовался он. И профессионально быстро ощупал ее тело на предмет повреждений скелета.
– Нет, - сам и ответил.
– Вам повезло, Эситея.
Пес согласно кивнул и снова внимательно уставился на дартаная, поводя из стороны в сторону длинным носом.
- Что это за животина?
– с любопытством спросил Астайнар.
– Собака, или поросенок-переросток? Или помесь с подгорным чудищем каким?
Эситея невольно улыбнулась и попыталась сесть.
- Скорее, помесь с чудищем. Зовут Мармал.
Перед глазами поплыло, девушка крепко схватилась за предусмотрительно протянутую руку Астайнара.
И в это время до них добрался Вателл со спутниками.
- Что тут происходит?
– властно спросил он.
Господин Эр"Солеад, не удостоив отца города ответом, помог Эситее сесть поудобнее, быстро снял с себя плащ и накинул его на растерзанную тунику девушки; набросил капюшон плаща на ее растрепанную голову.
- Я, кажется, упала сверху, - осторожно ответила дикеофора Вателлу, стараясь не замечать его тяжелого взгляда.
– Стукнулась головой, кажется. Ничего не помню. Не помню, как я там оказалась. Странно...
Дартанай рядом с ней оглядел склон, прищурившись посмотрел на откровенно лгущую дикеофору, но ничего не сказал. Вателл немного успокоился. Кажется, он наивно верил, что дикеофоры никогда не лгут. Вообще-то, они, в отличие от некоторых отцов города, действительно никогда не лгут. Но сегодня был день исключения из правил.
- Я довезу вас домой, госпожа дикеофора, - каким-то странным, немного сдавленным голосом сказал отец города.
– У моего коня исключительно мягкий ход.
- Мы сами довезем вашу дикеофору до дома, - резко ответил ему Астайнар, вставая и подавая руку закутанной в плащ девушке. Та с трудом встала. Все тело саднило, перед глазами немного плыло, но серьезных повреждений, кажется, действительно не было.
Вателл медлил, внимательно глядя на Эситею.
- Все же знают, что помощь вашей дикеофоре вознаграждается, - с фальшивым пафосом в голосе возгласил Шемарад.
– Мы первыми доскакали до дикеофоры, нам положена награда. Так что не беспокойтесь. Скачите по своим делам.
Фальшь в интонациях заметила только сама обсуждаемая дикеофора. Отец города еще раз окинул взглядом держащуюся двумя руками за высокого пришельца Эситею, развернул коня и молча ускакал. Его спутники последовали за ним так же молча.
Только тут пес-альбинос высунулся
- Водную ловушку искали?
– еле слышно спросил Астайнар.
- Нашла. Только ее нужно будет подновить, чтобы она заработала.
- Какая же вы неугомонная, госпожа городская дикеофора, - уже громче заявил командир дартанаев. Поднял пошатнувшуюся девушку на руки, усадил боком в седло своего коня, снял с ее ног насквозь мокрые, разваливающиеся сапожки, нахмурился, увидев кровь на ободранных ступнях и лодыжках. Но ничего не сказал, плотнее завернул в свой плащ и запрыгнул в седло сзади.
Дикеофора благодарно молчала.
- Шемарад, псина на тебе, - добавил Астайнар, удобнее устраивая Эситею у себя на коленях.
- И вот так всегда, - хмыкнул Шемарад.
– Хорошенькая девушка ему, а уродливая псина мне.
Пес, несогласный с выраженным пренебрежением, заворчал протестуя, но в седло к Шемараду запрыгнул прямо с земли, поскребся когтями, усаживаясь. Затем неуловимым движением спрятался под развевающийся плащ дартаная так, что наружу высунулся только кончик носа.
- Ну надо же ты какой уродец, - удивленно проговорил воин, придерживая свой плащ.
– Скромный какой. Стыдишься.
Астайнар коротко рассмеялся.
- Ничего себе скромный. Этот Мармал попросту спрятался от недружественных глаз. Сообразительная псина... Эситея, мы трогаемся. Вы готовы?
Когда отряд всадников достиг городской стены, Мармал высунул голову из-под плаща Шемарада, взвизгнул, требуя замедлить ход летевшего во весь опор жеребца, соскочил с седла и мгновенно исчез в тени города. У людей эта странная животина находила полное понимание и общалась с ними без проблем.
Только через день Эситея поняла, что она в силах проводить дальнейшее расследование, и отправилась на городскую голубятню. Ей всегда нравилась старинная башня, наполненная голубиным воркованием. В основании каменное строение украшал широкий мраморный пояс старинных барельефов, изображавших с невероятным для современных скульпторов изяществом крылатые человеческие фигуры в струящихся одеяниях, посланников Неба. Копии именно этих барельефов теперь имелись на фасаде каждого мало-мальски претендующего на респектабельность дома в Меарах, бездарные копии, конечно же, грубые, неуклюжие, мертвые...
Господин заведующий почтой, седовласый почтенный Демарх лично, не прибегая к услугам помощников, подвел дикеофору города к клеткам голубей, приученных летать в Тирасп. Сам прикрепил футляр с посланием к лапке серой птицы с янтарными глазами.
- Возьмите плату, господин Демарх.
- Что вы, госпожа дикеофора, как можно. Вы с утра посетили нашу голубятню. Счастливая примета. Весь день теперь будет удачным.
"Или неудачным. Уж как выйдет".
- Возьмите деньги. Я настаиваю, - Эситея, успешно сдержав раздражение и даже улыбнувшись чиновнику, положила монетку на приступку, взяла завернутого в платок голубя в руки. Сквозь плотную ткань чувствовалось, как колотится сердце птицы. Голубю предстояло лететь далеко. Тирасп был древним городом, расположенным вблизи столицы пришельцев, и дикеофоры этого города всегда знали о том, что происходит в стане чужаков.