Ориентирование
Шрифт:
— Я здесь, с тобой. Рассчитывай на меня, — Моника жестикулирует почти так же, как Миранда хихикает, а Марни дарит самую искреннюю улыбку, которую я у неё когда-либо видела.
— Мы выберем одинаковые цвета, но разные платья, и максимально подчеркнём фигуру каждой девушки, — он указывает на себя. — Мой смокинг тоже может быть такого же цвета, плюс белый галстук, бам-бам. Потрясающе.
— Мне нравится эта идея, — соглашаюсь я, пожимая плечами. Росс и Моника, наконец, отпускают меня, чтобы я могла полакомиться клубникой в шоколаде, медленно тающей у меня в пальцах. — Кайфуйте. Выбирайте, что угодно. Меня это особенно не волнует.
— Окончательное одобрение
Боже, я его не заслуживаю.
— Во всём остальном, флаг вам в руки.
Росс и Моника немедленно атакуют стеллажи, как будто они на задании. Марни, похоже, наслаждается медленным и вдумчивым перемещением вешалок по деревянным перекладинам. Я решаю присоединиться к ней.
— Спасибо, что согласилась присутствовать на свадьбе, — честно говорю я ей, и она смотрит на меня с ещё одной из своих искренних улыбок. — Серьёзно. У Черча четыре шафера — это очевидно, но у меня в команде были только Росс и Моника, — я протягиваю руку, красиво и плавно. — Вы с Мирандой прекрасно дополнили её для меня.
— Я всё ещё не могу поверить, что наши друзья-геи — пара, и мы не осознавали этого до сих пор.
Она приподнимает бледно-розовое платье, прежде чем я осознаю, что не показала ей своё. Это, вероятно, было бы полезно. Росс и Моника уже видели его, так что я знаю, что они будут искать подходящие цвета.
— Верно? Поговорим о совпадениях. У нас обеих гаремы, — я поднимаю вверх один палец. — С пятью парнями, — второй палец. — Все они богаты сверх всякой меры, — средний палец. — Наши друзья-геи встречаются друг с другом, — безымянный палец. Я одариваю её самой милой улыбкой, какую только знаю, я уверена, что это всё ещё отстойная ухмылка, но это всё, что я могу. — Нам было суждено встретиться друг с другом. Ну же. Я хочу тебе кое-что показать, — я киваю подбородком в сторону примерочных, и мы уходим.
Хозяйка магазина, похоже, всё равно ждёт меня там, и как только слышит, что Марни не видела моего платья, заставляет меня его надеть.
Я выхожу из примерочной, отодвигаю в сторону тяжёлую зелёную бархатную занавеску, а затем поворачиваюсь, когда Марни складывает ладони домиком у рта.
— О, боже мой, Чак. Оно потрясающе. И розовое, — уголок её губ слегка приподнимается. — Оно идеально.
— Оно принадлежало матери Черча, — объясняю я, слегка теребя вышивку с бисером на лифе платья. Оно украшено извилистыми цветочными мотивами, которые танцуют спереди и по бокам, сбегая вниз по изгибу моей спины. Ленты красиво и туго стягивают платье, создавая забавный контраст с пышными юбками из атласа и тюля.
Я делаю паузу, чтобы владелица магазина — по-видимому, она же швея — могла потрогать ткань. Когда чувствую напряжение толпы у себя за спиной, то оглядываюсь через плечо и вижу, что все пятеро парней стоят там и наблюдают за мной.
Церемония обручения.
Это та часть, которой я жду с нетерпением больше всего: стоять перед ними пятью и делать… ну, всё, что происходит во время обручения. Свяжут нас воедино, я полагаю?
Я вижу, как глаза Тобиаса искрятся лёгкой влагой, которой он никогда не позволит скатиться, по крайней мере, на глазах у всех остальных. Мика, с другой стороны, смотрит на меня, слегка приоткрыв губы, и тоска окрашивает его черты.
Он улыбается мне.
— Марни права, — продолжает он, пересекая комнату длинными, лёгкими шагами. Швея отходит в сторону, когда он останавливается позади меня, положив одну руку мне на плечо, наши двойные белокурые отражения смотрят на нас из зеркала. — Оно идеально.
Платье… платье в порядке.
Но парни? Когда они подходят и встают вокруг меня, и зеркало заполняется лицами нашей семьи, должна сказать… Я согласна.
Они… они идеальны.
После того, как мы выбрали платья, швея сняла несколько мерок и затем отправила нас в путь. Монике каким-то образом удалось потом затащить меня в секс-шоп, оно при этом не позволила парням войти внутрь вместе с нами.
Чёрт.
Не очень удачное описание — «войти внутрь». Я не могу думать ни о чём, кроме спермы, когда говорю это. Официально.
— Тебе нужно нижнее белье, чтобы надеть его под платье, Чак.
Моника тащит меня вглубь магазина, а Марни, Миранда и Росс следуют за нами по пятам. У Марни слегка порозовевшие щёки, но на лице странное выражение. Держу пари, она тайная извращена. Помните, что я сказала? Это всегда тихони. Держу пари, она тоже читает. Готова поспорить, она прочитала сотню книг со всеми этими… сексуальными приспособлениями в них.
— Чувак, о боже мой. Взгляни на это, — я беру фиолетовый фаллоимитатор длиной в три фута (прим. — 91 см.) и размахиваю им, случайно ударяя Росса им по голове. Он хватается за его конец и бросает на меня взгляд.
— Девочка, тебя не просто так прозвали Чак Микропенис. Ты бы и мечтать не посмела о таком длинном шланге.
— Прости, но ты когда-нибудь хоть мельком видел Спенсера в раздевалке? — я вырываю у него дилдо и притворяюсь, что он мой, размахивая им, пока иду в соседнюю комнату. Магазин разделён на что-то вроде секций с занавешенными дверными проёмами между каждой комнатой. Передняя часть — сплошь пижамы и прочая ерунда. Я думаю, мы случайно прошли мимо нижнего белья, потому что всё здесь… э-э-э. Неуместное?
— Он действительно настолько большой? — бормочет Моника, в то время как Миранда съёживается и высовывает язык.
— Отвратительно. Извините, ребята, но лесбиянкам вроде как по умолчанию не нравятся пенисы. Простите, — она вздрагивает и с отвращением отряхивает руки, отходя в море кружев слева от нас. Похоже, в этой части магазина есть второй отдел нижнего белья.
— Он действительно такой, — я хлопаю фаллоимитатором по ладони, как будто это оружие, и я собираюсь вступить в бой. Ухмылка на моём лице заставляет Монику ощетиниться. Марни, с другой стороны, на самом деле просматривает полки, как будто она на рынке в поисках какого-нибудь, э-э, личного снаряжения. Хех. — На самом деле он самый крупный из них всех, не то чтобы у них было прям много различий, — я размахиваю фаллоимитатором и в итоге случайно бью им кого-то еще по лицу.