Орхидеи в лунном свете
Шрифт:
По своей натуре он был одиноким бродягой. Куда закидывала его судьба – там и дом. Так он собирался жить всегда и не хотел связывать себя ничем и никем.
Иногда ему случалось задержаться подольше на одном месте, если какая-нибудь женщина особенно нравилась ему в постели. Так и произошло, когда какое-то время он околачивался вокруг Сан-Франциско. Корд встретил там эту пылкую девицу с необузданным характером. Влюбиться, конечно, он не влюбился, но не мог не оценить ее исключительных достоинств как любовницы. Однако последнее время,
Но сейчас он был бы не прочь снова оказаться с ней в постели. Постоянная близость Джейми давала о себе знать самым неприятным образом. Днем было не так уж плохо. Он был постоянно занят и даже радовался, что Джейми рядом. Она была-таки хорошей помощницей. Но ночи! Ночи – другое дело! Сжигаемый желанием, он мучился, не смея коснуться Джейми.
Корд безумно желал ее. И хотя был уверен, что она девственница, чутье опытного мужчины подсказывало ему – она вполне созрела для любви. Тлеющая в ней страсть только ждала своего часа, чтобы воспламениться.
Господи, как он жаждал оказаться человеком, который разожжет это пламя. Как глупо, что между ними ничего не происходит.
И почему бы им действительно не наслаждаться друг другом? Они вдвоем в этом безлюдном затерянном краю, где каждый день проходит в тяжком безрадостном труде. Не зная, что их ждет завтра, разве не должны они ловить каждый лучик счастья, сверкнувший им сегодня?! К сожалению, Джейми воспринимала все иначе. А он лучше дал бы бросить себя в кипящую смолу, чем оправдать в ее глазах презрительную кличку, которой она наградила его в пылу негодования, – Дикарь!
Сама того не зная, Джейми уязвила Корда, выросшего среди индейцев, в самое сердце.
Он имел основания гордиться своей выдержкой и был уверен, что справится с собой. Поскорее бы добраться до места, где его с нетерпением ждет неукротимая в своей страсти женщина.
Между тем каждый прошедший день убеждал Корда в том, что эта невысокая изящная девушка обладает незаурядным мужеством и неисчерпаемой силой духа. Как бы трудно им ни приходилось, Джейми ни разу не пожаловалась. Она всегда оказывалась рядом, если нужно было помочь. Надо отдать ей должное – обузой она не стала.
Постепенно Корд перестал досадовать на ту ловкость, с которой она столько времени водила его за нос, и даже расспрашивал о том, что ей пришлось пережить. Он от души хохотал, когда Джейми рассказала ему, как она наткнулась на Вильму Тернэйдж в самый неподходящий для той момент. Он был совершенно умилен, узнав о ее дружеском отношении к Джейми.
– Мне было бы гораздо легче, если бы не Вы с вашим упрямством, – как-то упрекнула его девушка.
– А мне начинает казаться, что это из-за вас они все покинули обоз, – весело возразил Корд. – Признайтесь, это вы заставили
Она засмеялась, и словно серебряные колокольчики зазвенели на ветру. Корд откровенно залюбовался ее ясными лукавыми глазами. Слава Богу, их ссоры позади! И страх ее прошел – она больше не смотрела на него исподлобья. Оба делали все, чтобы облегчить друг другу любую работу. Лучшего товарища он и пожелать не мог.
– Ну, конечно! А знаете, почему я этого добивалась? Мне надоело сидеть взаперти и умирать от безделья, когда остальные у меня под носом целыми днями были заняты работой и… ой!
Она вскрикнула, когда заднее колесо треснуло и фургон стал заваливаться назад. Ехавший рядом Корд мгновенно среагировал и успел подхватить ее со скамьи. Зажмурив глаза, Джейми обеими руками обхватила его шею, крепко прижавшись к нему.
Только когда Корд заговорил, Джейми осознала, что опасность миновала. Открыв глаза, девушка увидела, что они позади фургона. Все еще прижимая ее к себе, Корд осматривает повреждение.
– Вот черт! Вся задняя ось сломалась вместе с колесом.
Стараясь не показывать смущения, Джейми деловито спросила:
– А у нас есть запасные части, чтобы починить все это?
– Боюсь, что нет, – с досадой нахмурился он. – Это моя вина. Обычно фургоном занимался Джаспер, но я, конечно, должен был проследить, чтобы на последней стоянке он отремонтировал ось, да забыл из-за всех этих неурядиц. А может, это и к лучшему. Рано или поздно мы все равно собирались расстаться с ним. На мулах мы доберемся гораздо быстрее.
– А вдруг пойдет снег, где нам тогда укрыться? – спросила Джейми, гораздо больше озабоченная тем, что теперь ей даже негде будет переодеться. Да и спать придется под открытым небом.
– Еще не хватало, чтобы нас застиг снег! Нам нужно поторапливаться… – Корд обернулся к ней, и его голос замер.
Только теперь он ощутил пьянящую близость Джейми. Ее лицо, покрытое пылью и усеянное бусинками пота, ее горячее дыхание, жаркое тело, которое до этого он бессознательно прижимал к себе, – все это вызвало в нем приступ бешеного желания.
Их взгляды встретились в очарованном удивлении, и время для обоих остановилось. Джейми охватила нестерпимая жажда его поцелуя.
А Корд весь окаменел в напряжении, стараясь даже не видеть эти такие близкие и зовущие губы.
Дикарь! – проносилось у него в мозгу.
Дикарь.
Ничто не мешало ему взять ее сейчас. Даже если она станет сопротивляться. Через несколько минут ее тело само захочет того наслаждения, которое он подарит ей. Она впервые испытает восторг, волшебным источником которого станут их слитые воедино тела.
Но Корд сумел взять себя в руки. Он был уверен, что потом снова услышит это ненавистное ему слово – Дикарь.
Опомнившись, она будет проклинать и ненавидеть его за то, что собственное тело предало ее. Мысль об этом дала ему силы овладеть собой.