Орфей спускается в ад
Шрифт:
За окном появляется Ви Талботт, словно ослепшая и обезумевшая, одной рукой она прикрывает глаза, другой ощупывает окно, ища вход. Она ловит ртом воздух. Вэл делает шаг в сторону, берет ее под руку и помогает войти в магазин. На несколько секунд она прислоняется к двери, судорожно дыша в овальное стекло в ней, затем вскрикивает.
Ви. Меня… ослепило!
Вэл. Вы ничего не видите?
Ви. Нет… ничего.
Вэл (помогая ей присесть на табуретку
Ви. Куда?
Вэл (осторожно подталкивая ее). Вот сюда.
Ви со стоном опускается на табуретку.
Что случилось, что у вас с глазами, миссис Талботт?
Ви (глубоко вздохнув). Видение, которого ждала и о котором молила всю жизнь!
Вэл. У вас было видение?
Ви. Я видела очи Спасителя! Они ослепили меня. (Подается вперед, страдальчески прижимая руку к глазам.) О-о-ой, они выжгли мне глаза!
Вэл. Откиньтесь чуть назад.
Ви. Глаза будто огнем жжет…
Вэл (двигаясь вправо). Принесу вам холодного на глаза.
Ви. Я знала, что видение случится, тому было много знаков!
Вэл (из кондитерской). Наверное, это страшный шок, когда является видение… (Он говорит тихо и серьезно, доставая из холодильника колотый лед и заворачивая его в платок.)
Ви (с детской наивностью подошедшему Вэлу). Мне казалось, что я увижу Спасителя вчера, в Страстную пятницу, как и надеялась. Но я ошиблась, я так… расстроилась. Пятница прошла, и ничего не случилось, ничего… но сегодня…
Вэл прикладывает платок ей к глазам.
…сегодня днем я как-то взяла себя в руки, вышла на улицу, чтобы помолиться в пустой церкви и поразмыслить о завтрашнем Воскресении Христовом. Я шла по дороге, думая о таинствах Пасхи, как вдруг пелена!.. (Она с содроганием произносит это слово.) …будто спала с глаз моих! Свет, о какой свет! Никогда раньше не видела подобного сияния! Мои глаза будто бы иглами кольнуло!
Вэл. Свет?
Ви. Да, да, свет. Вы же знаете, что мы живем между светом и тенью, да, да, именно там, в мире света и тени…
Вэл. Да. В мире света и тени. (Кивает в знак полного понимания и согласия. Они похожи на двух детей, которые просто и незатейливо открыли смысл жизни, идя по сельской дороге.)
Ви. Мы живем в мире света и тени, и… теряемся…
В окно магазина смотрит какой-то человек.
Вэл. Да, они… смешиваются между собой…
Ви. Ну а затем… (Умолкает, вспоминая видение.) Я услышала раскат
Шериф Талботт (яростно, появляясь в кондитерской). Ви!
Она встает, сбрасывая с глаз платок со льдом. Резко ахает и, пошатываясь, пятится назад с взглядом, полным ужаса, восторга, испуга и веры.
Ви. Это ты!
Шериф Талботт. Ви!
Ви. Это ты!
Шериф Талботт (приближаясь). Ви!
Ви (по слогам). О-чи! (Падает на колени, обняв руками Вэла. Тот подхватывает ее и поднимает. В окно магазина смотрят двое или трое мужчин.)
Шериф Талботт (отталкивая Вэла). Отпусти ее, прочь руки от моей жены! (Грубо хватает Ви и толкает к двери. Вэл делает шаг, чтобы ей помочь.) Стоять. (У двери Вэлу.) Я еще вернусь.
Вэл. Я никуда не ухожу.
Шериф Талботт (Пёсику, выходя с Ви на улицу). Пёсик, зайди внутрь с тем парнем.
Голос (снаружи). Шериф застукал его, когда он шуры-муры крутил с его женой.
Повтор: те же слова, другой голос вдалеке. Входит Пёсик Хэмма и молча становится у двери, пока на улице бубнят возбужденные голоса. Эту сцену нужно играть негромко, буднично, словно исполняется знакомый ритуал.
Вэл. Что вам нужно?
Пёсик не отвечает, а достает из кармана пружинный нож, выкидывает лезвие и отходит вправо. Входит Коротыш. За дверью слышны голоса.
Голоса (за дверью). Сукин сын спутался…
– Правильно, надо его…
– Прирезать сукиного…
Вэл. Что вам на…
Коротыш закрывает дверь и молча становится рядом, выкинув лезвие пружинного ножа. Вэл переводит взгляд с одного на другого.
Шесть часов. Магазин закрыт.
Мужчины усмехаются со звуками, похожими на шелест сухой листвы. Вэл шагает к двери, Талботт преграждает ему путь, Вэл замирает на месте.
Шериф Талботт. Парень, тебе же сказали – стоять.