Орел улетел
Шрифт:
– Ну что ж, как говорится, война есть война.
Девлин кивнул.
– Все эта война, война, проклятая война. Она тянется слишком долго, и всем нам приходится делать то, чего мы никогда не сделали бы в обычной жизни. Любому солдату, на чьей бы стороне он ни воевал, иногда приходится делать такое, за что потом бывает стыдно.
– Ты встревожен, сын мой, – мягко сказал старик. – Могу я чем-нибудь помочь тебе?
– Нет, святой отец, на этот раз нет. Есть вещи, в которых нужно разобраться самому. – Девлин протянул руку, и
– Я тоже, – сказал отец Мартин.
Девлин повернулся и вышел из церкви. Дверь с грохотом закрылась за ним. Какое-то время старик стоял, не двигаясь. Он был явно озадачен. Затем повернулся к алтарю и снова стал расставлять цветы.
Над Шерне тоже навис едва заметный туман. В четыре часа Шелленберг пошел искать Азу. Вместе с сержантом Лебером тот находился в ангаре, где стоял «Лисандер».
– Ну, как дела? – спросил Шелленберг.
– Все в полном порядке, генерал, – сообщил Лебер. – Лучше не бывает. – Он улыбнулся. – Вообще-то гауптштурмфюрер проверяет самолет уже по пятому разу, но это вполне объяснимо.
Как и просил Аза, на «Лисандере» были прикреплены парусиновые щитки с эмблемой ВВС Великобритании; свастику на хвосте прикрывала парусина, выкрашенная в черный цвет.
– Конечно, нельзя дать абсолютных гарантий, что эти щитки не отлетят во время полета, – сказал Аза. – Остается только молиться, чтобы этого не произошло.
– А как погода? – спросил Шелленберг.
– Погода неустойчивая, – ответил Лебер. – Возможно, видимость будет не очень хорошая. Надвигаются два противоположных воздушных фронта. Я запросил Шербур, но оказалось, что это один из редких случаев, когда они не могут дать точного прогноза.
– А самолет подготовлен к полету?
– О да, – сказал Аза. – У этого красавца есть большое достоинство – запасной бак с горючим. Думаю, англичане поставили запасной бак именно на случай выполнения особых заданий. Полет займет часа полтора, и благодаря разведке люфтваффе в Шербуре я могу настроиться на частоту ВВС Великобритании при подходе к английскому побережью.
– Хорошо. Давайте пройдемся. Хочу подышать свежим воздухом.
Моросил дождь. Какое-то время они молча шли по аэродрому. Шелленберг курил. Дойдя до конца поля, они облокотились на забор и стали смотреть на море.
– Вы не волнуетесь? – спросил Шелленберг.
– О полете? – Аза пожал плечами. – Сам полет меня не беспокоит. Неизвестно, как дела на том берегу.
– Да, там все зависит от господина Девлина.
– А если, допустим, все пройдет нормально и завтра рано утром я доставлю сюда наших друзей, что будет потом? Что произойдет в замке Бель-Иль? Вы что-нибудь придумали?
– Есть одна идея. Правда, очень рискованная. Но в то же время и очень простая. Мне нравятся простые идеи. Они доставляют мне наслаждение.
– Итак, я слушаю вас с огромным интересом.
– Ну
– Да, мне это известно. Если помните, я тоже был там, когда они договаривались.
– А что, если вы, я и господин Девлин появимся во время завтрака и раскроем заговор?
– В таком случае мы тоже окажемся в ловушке. Это же очевидно, – заметил Аза. – Даже если вы и успеете рассказать обо всем фюреру, Бергер и его дружки просто выполнят то, что им приказано.
– Верно. Рейхсфюрер будет только рад избавиться от меня. – Шелленберг улыбнулся. – Но я еще не все сказал. Помните нашу поездку в Бель-Иль? А двенадцатый воздушно-десантный отряд рядом с деревней Сент-Обэн? Эрика Крамера с тридцатью пятью десантниками?
– Конечно, помню.
– Как вы считаете, что произойдет, если к ним придет Курт Штайнер, человек, пользующийся легендарной славой среди десантников, и скажет, что ему нужна их помощь, чтобы предотвратить убийство фюрера, которое должно произойти всего в десяти милях от их деревни?
– Ну конечно же! – воскликнул Аза. – Эти ребята пойдут за Штайнером куда угодно.
– Верно, тем более что десантники никогда не питали теплых чувств к СС.
– А ведь это и впрямь неплохая идея.
– Да, при условии, что все остальное тоже получится как задумано.
– Давайте уточним, как это будет. Сначала входим мы, потом появляется Штайнер, так?
– Да, скажем, минут через пятнадцать.
– Представляю, что это будет за завтрак, – сказал Аза.
– Ладно, пока не будем думать об этом, – прервал его Шелленберг. – У нас сейчас другие проблемы. Пойдемте-ка выпьем по чашечке кофе.
На кухонном столе в доме Райана Девлин разложил предметы, которые собирался взять с собой в монастырь.
– Давай посмотрим, что тут у меня, – сказал он. – Наручники у охранников есть, но я возьму с собой еще веревку на всякий случай.
– Я приготовил три кляпа, – добавил Райан, – бинты и пластырь. Там ведь еще будет священник.
– Я предпочитаю не думать о нем, но ты прав, – ответил Девлин.
– Теперь оружие.
– В ножную кобуру я положу «смит-и-вессон» – это на самый крайний случай. А так у меня будет «вальтер» с глушителем, который я забрал у Карвера.
– Думаешь, придется стрелять? – встревоженно спросил Райан.
– Не хотелось бы. А где твоя дубинка?
– О Боже, совсем забыл.
Райан выдвинул ящик кухонного стола и вытащил оттуда свинцовую дубинку, обтянутую кожей. К ней была приделана петля, которая надевалась на кисть руки. Многие таксисты Лондона возили с собой такие дубинки для самозащиты. Девлин подержал дубинку в руке, определяя ее вес, и положил на стол рядом с «вальтером».
– Вроде бы все? – спросил Райан.
Девлин чуть улыбнулся: