Орден Креста
Шрифт:
– Вы не можете ее разрушить, потому что она принадлежит вам.
После таких слов Стен не смог устоять. У всех мужчин есть одна слабость, они любят быть нужными. Если рядом с мужчиной оказывается робкая слабая женщина, вверяющая себя в его волю, под его защиту и его опеку, это непременно пробуждает в нем самое лучшее, даже если это будет не долгим пробуждением. Юные мальчишки частенько с большим восторгом взваливают на себя это сокровище, а потом понимают, что не способны его защитить и увязают в страхах и сомнениях. Самолюбивые мужчины вскоре начинают красоваться, деспотичные - подавлять, слабые - распускаться. И только единицы
Именно поэтому он очень скоро понял, что стоит на очень опасном пути, общаясь с этой юной особой. Поймав себя на желании ее поцеловать, он чуть не сделал это, вовремя остановившись.
– Камилла, я не могу заводить отношения, - поспешно попытался он объясниться.
– Из-за должности?
– Не только. Даже скорее совсем не из-за нее.
При этом он отвел взгляд, чтобы не видеть, как каждая эмоция отражается в ее глазах, но она поразила его.
– Вы беспокоитесь о том, что вы женаты?
Стен вздрогнул и посмотрел на нее пораженно.
– Я знаю, вы всем говорите, что вы вдовец и ваша жена умерла, но не так уж и сложно при желании узнать, что ваша жена исчезла, оставила вас с двумя детьми, а вы все еще не хотите ей изменять?
– Поразилась девушка.
– Разве она стоит такой верности?
– Нет, но...
Стен мягко брал ее руки в свои и смотрел в ее глаза.
– Я не хочу, чтобы ты была с тем, кто не может предложить тебе настоящую семью, настоящий брак, настоящую верность.
– Но для меня это не важно, - шептала девушка.
– Если я могу быть с вами, я буду рада быть кем угодно. И никто не узнает, а если захотите, я даже ребеночка вам рожу. Я была бы даже рада родить от вас малыша.
– Глупенькая, в нашем мире трудно внебрачным детям, - шептал он, поражаясь сиянию ее глаз.
– Это вы глупый, - отвечала она.
– Трудно всем, но куда важнее быть живым и здоровым и совершенно неважно в браке ты родился или нет, важно, что ты пришел в этот мир, а если ты пришел в него благодаря любви, то ты благословлен самой великой силой на земле.
– Ты права, - шептал он, позволяя тонким рукам Камиллы, обнимать его шею.
Но как только ее нежные губы коснулись его дыхания, он крепко обнял тонкую фигурку за которой пряталось невероятно сильное завораживающее существо.
С этого момента их странный медленный роман, стал очень бурным и уже через пару дней, молодая любовница епископа переехала к нему домой.
Артэм принял это спокойно. С Камиллой он все давно обсудил до ее окончательного переезда, поймав ее на попытке
– Не надо мне угождать, - проговорил он холодно тогда.
Эти слова напугали девушку, но улыбающийся Артэм, продолжил:
– Не делай такое лицо. Ты ведь не думаешь, что я буду называть тебя мамой?
– Нет, но...
– Все хорошо, - перебил ее мальчишка.
– Я нормально отношусь к тебе, ты хорошая девушка, но твои отношения с отцом меня не касаются. Как он решит, так и будет, так что просто живи спокойно.
Произнеся это, он вновь вернулся к чтению старинной книги о магических печатях.
– И ты не боишься, что отец станет уделять тебе меньше внимания?
– поразилась девушка, ожидавшая совсем другого поведения ребенка.
– Нет.
Артэм даже удивился такому предположению.
– Отец всегда найдет на меня время, если я его попрошу.
– И ты не считаешь, что он стал занят больше обычного?
Артэм рассмеялся,но все же отложил книгу.
– Всю мою жизнь, отец был занят. У него была работа, но никогда он мне не отказал, никогда за всю мою жизнь он не оставил меня тогда, когда это было нужно и всякий раз исполнял мои просьбы. Да, иногда нужно было немного подождать, но мой отец останется моим отцом, чтобы там между вами не происходило. Так что я повторюсь, просто живи дальше.
Лейн же отреагировал совсем по-другому:
– Отец, ты сошел с ума!
– кричал он, считая, что его предка настигло старческое безумие.
Но прежде чем Стен успел хоть что-то возразить, Камилла наградила экзорциста хлесткой пощечиной.
– Ты права не имеешь так говорить со своим отцом!
– заявила она, поразив всех.
Лейн привычно хлопнул дверью. Артэм отвлекся от своих дел, а Стен хорошо знавший ее и знакомый с ее острыми реакциями на несправедливость был удивлен.
– Он такой неблагодарный, - говорила она после епископу тихо.
– Ты ведь вырастил его, я видела, как много ты для него делал, а он совсем этого не ценит.
– Это не повод с ним ссориться, не обращай внимания.
Но она обращала и потому отношения с Лейном у нее совсем не складывались. Девушка даже не думала мириться с заносчивым юношей.
– Кто ты такая вообще?!
– ругался он после очередного ее замечания.
– Ты мне не мать и вообще, если бы мама была жива, в нашем доме не было бы таких продажных женщин как ты.
В этот раз Лейн получил пощечину от отца. Никогда в жизни Стен не был так зол на него и никогда прежде не поднимал на него руку, но теперь смотрел буквально диким зверем. Все в нем тогда смешалось. И гнев от того, что Лейн вспоминал о матери, и негодование от сравнения двух совершенно разных женщин его жизни и сам факт оскорбления той, что делала все ради него. Тогда он впервые посмотрел на Лейна холодным высокомерным взглядом.
– Извинись.
Но Лейн только смотрел на него с гневом.
– Извинись немедленно, или убирайся.
Его голос был леденяще спокоен, а на лице не дрогнул ни один мускул.
– Вот и уйду!
– крикнул Лейн в ответ.
– Не желаю жить в этом притоне!
Он не ушел, хлопнув дверью, как это было обычно. Он промчался мимо Стена к себе, спеша собрать вещи и уйти. Ему было не понять, как болезненно и остро сжималось отцовское сердце. Он не мог даже представить, как горела от боли рука, посмевшая ударить свое продолжение. И конечно, о муках совести он ничего не знал.