Опустошение
Шрифт:
– Они и так уже натянуты, разве не понимаешь? – сказал Артем. – А так хотя бы еще один заказ получим напоследок.
– Почему напоследок? – удивился я.
– Потому что там теперь другие ребята деньги распределяют, и у них, судя по всему, свои поставщики.
Действительно, c ПКБ наша компания больше не подписала ни одного контракта.
Следующей проблемой оказалась сделка с небольшим банком «Социальный трастовый коммерческий банк».
При поставке выяснилось, что Олег, мой сокурсник и заместитель, который и вел
В результате почти всю поставку пришлось разгружать на склад «Арины», а для спортивных ребят из «Социального трасткомбанка», которые меньше всего напоминали банкиров, пришлось заново размещать заказ в «Лассале» и выплачивать неустойку.
Олег был уволен, и на его место Артем, несмотря на мои протесты, назначил Илью Вишнякова, – своего дальнего родственника, отработавшего до этого в моем отделе всего три месяца и не добившегося каких-либо значимых результатов.
Илья сразу получил от Артема в разработку заказы Богачева, и в феврале только на комиссионных заработал двенадцать тысяч долларов. После этого он стал практически неуправляем. Штраф, который он платил за опоздание на работу, который был болезненным для любого другого сотрудника и составлял сто долларов за каждое опоздание, не представлял для него никакой сложности. А документ, в котором он объяснял, что «опаздал на работу всвези с позним выходом из дома», вызывал у меня раздражение и усмешку.
К середине февраля мое терпение лопнуло, и я отстранил Илью от работы, дав указание охране не пускать его в офис. Однако через два дня, зайдя в кабинет Артема, я застал там Илью, который, развалившись на мягком кресле, о чем-то беседовал с Артемом.
– Что ты тут делаешь, Илья? – спросил я.
– Это частный визит, – ответил Вишняков, – и я, находясь в отпуске, по-моему, имею право.
– Присаживайся, – миролюбиво пригласил Артем, – кофе?
– Нет, спасибо, у меня разговор хоть и связан с твоим гостем, однако не предполагает его участие.
– Есть один щепетильный вопрос, который лучше обсудить втроем, – продолжил Артем.
Оказалось, что Илья посчитал себя ущемленным в сделке, имевшей место на выставке в декабре прошлого года. Один из наших заказчиков заинтересовался офисной системой, которую и приобрел для своего самарского банка сразу после окончания выставки.
Мой сотрудник – а на стенде офисных систем трудились самые профессиональные из них – грамотно провел все переговоры и оформил сделку.
Илья же предъявил претензии на комиссионные, так как именно он, по его мнению, сделал большую часть работы.
– Ты же работал на стенде металлической мебели! – возмутился я. – К тому же ты и сейчас не разбираешься в офисных системах, как ты мог продать этот контракт?
– Я привел клиента на стенд, все рассказал, а другой человек просто оформил сделку и получил комиссию, – ответил Илья, – не столь
– Не смей разговаривать со мной менторским тоном, – резко прервал я его выступление, – сохрани запал для более благодарной аудитории!
– Вопрос непростой, там, где деньги, нужна полная ясность, – Артем все это время лишь молча слушал, – будем проводить расследование.
– Никакого расследования не будет, – возразил я, – правила работы на выставке говорят, что комиссию получает сотрудник стенда. Когда кто-то приводил клиента на стенд металлической мебели – комиссионные получал Илья.
– Да, а на лучших стендах стояли только «лучшие» люди, – произнес Илья.
Я настоял, чтобы Илья покинул кабинет, и он, извинившись за свое поведение, вышел.
– Неприятно, когда кто-то постоянно ловит тебя на ошибках и пытается подсидеть, правда? – начал Артем.
– Неприятно, когда безграмотного человека, с весьма сомнительными качествами, назначают…
– Понимаю, понимаю, – не дослушав, продолжил Артем, – однако делить коллектив на любимчиков и чужих – это неверно.
– Соглашусь, не будь этот Илья твоим любимчиком, он был бы уже уволен!
– Уволен? А за что? За опоздания?
– Да. За «опаздания всвези с позним выходом из дома»! Ты знаешь, что он доплачивает девчонкам в отделе, чтобы те вечерами делали его спецификации?
– Ну и что? Он достаточно зарабатывает, чтобы им платить.
– Он зарабатывает не просто «достаточно», он зарабатывает втрое больше меня на контрактах, которые подарила ему компания!
– Ты же не хочешь зарабатывать достаточно! Прошло больше месяца с нашего греческого отдыха – твое время истекает, не забывай. К тому же в твоем отделе проблема на проблеме: Любомир, Олег со своими бандитами-банкирами из «Социального банка». Прямо как у Макса в декабре.
Выйдя из кабинета Артема, я заглянул к Иосифу. Мы нечасто виделись в последнее время, он совершенно не занимался мебельными вопросами, и я предполагал, что Иосиф выполняет какие-то поручения Артема, связанные с «Грин Раунд».
– Ну что, вы готовы стартовать в новом проекте? – решил я задать провокационный вопрос. – Считанные дни до запуска?
– Артем все уже озвучил? – удивился Иосиф.
– В общих чертах, – продолжил игру я, – сколько каталогов печатаем?
– Финны делают четыреста тысяч восьмидесятистраничных, – ответил Иосиф.
– По пять долларов?
– По четыре с половиной, – улыбаясь, ответил Иосиф, – вообще шесть хотели. А в прошлом году можно было и на четырех договориться, бумага резко подорожала.
– Не считаешь, что миллион восемьсот тысяч долларов на каталоги – многовато? – поинтересовался я, произведя несложные математические вычисления.
– Каталоги не единственное, что меня пугает, – тихо сказал Иосиф, – а как тебе этот программист канадский?