Opus Dei
Шрифт:
• Неофициальное отделение Института бизнеса в Найроби, Кения, которое обучает основным бизнес-навыкам беднейшее население Кении, занимающееся «неофициальным» бизнесом: торговлей сладостями, чисткой обуви, продажей деталей подержанных автомобилей. Суть в том, чтобы помочь людям повысить стандарты жизни их семей, дать возможность детям обучаться в школе. Тренинг включает в себя основы бухгалтерского дела, переучета товаров, техники продаж и планирования.
Что дают все эти программы?
Тридцатилетний испанец Хуан Карлос Окон принимал участие в программах Midtown в Чикаго, когда был мальчиком. Его семья приехала из Мексики, и мать считала, что Midtown поможет ему сориентироваться в жизни. Его отец умер через шесть месяцев после переезда семьи
Окон продолжил свое обучение в Northridge — школе Opus Dei для мальчиков, но он не стал членом Opus Dei. Сегодня он работает преподавателем в Академии Juarez в Чикаго, где готовят руководящих работников. Сам он хотел бы встать во главе испанского сообщества, чтобы организовать, как он это называет, «культурную революцию… Многие из нас забыли, зачем мы сюда приехали, — чтобы обеспечить своим детям лучшие возможности. Мы боремся за выживание, не думаем об образовании. Нам нужно проявить активность и вернуться к первоначальным целям», — сказал он.
По поводу Midtown Окон заметил: «Я думаю, они искренне хотят помочь молодежи стать успевающими студентами и хорошими людьми, они формируют их характеры». Он старается, чтобы его студенты из Академии Juarez контактировали со студентами Midtown. «Midtown оказал на меня огромное влияние».
Тридцатилетний Джон Матенге участвует в программе Неофициального отделения Института бизнеса Найроби, расположенного в районе трущоб. Он делает рамы для кроватей, платяные шкафы, обивает мебель. Он рассказал мне, что до того, как прошел курс обучения в Институте, не имел представления даже о простейших бухгалтерских знаниях. Он думал, что все деньги, которые он выручал от продаж, должны идти в его карман. Теперь он знает, что часть из них он должен вложить в свою работу, чтобы купить древесину и другие материалы. Таким образом, даже когда нет срочных заказов, он не бездельничает. Теперь его бизнес расширился: на него работают еще три человека. В Институте он также научился основам работы на компьютере, и там же с ним провели несколько бесед о родительском долге.
«Я им так обязан. Я теперь в состоянии обеспечить свою семью», — сказал Матенге. Одним из результатов обучения в Институте стало его твердое решение, что его дети закончат школу.
Матенге сказал, что родился в католической семье, но потом стал пресвитерианцем. Он посещает церковь каждое воскресенье, и ему нравится «хвала и молитва». Вопреки сплетням, что Opus Dei набирает рекрутов на своих корпоративных предприятиях, когда я стал выяснять его мнение об Opus Dei, Матенге взглянул на меня и спросил: «А что это?» Оказалось, что за все месяцы обучения на курсах никто не рассказал ему, что их спонсирует Opus Dei.
Как уже отмечалось, члены Opus Dei имеют сильную тенденцию к политическому консерватизму, особенно когда это касается общественных проблем, таких как аборты, контрацепция, гомосексуализм. Огромное большинство членов не заимствуют эти взгляды в Opus Dei: они были у них раньше или развились в процессе жизни в определенных социальных кругах. Единственно, что прибавляет к этому Opus Dei, — воспитание в духе церковной доктрины, которое внушает людям большую уверенность в своих успехах и большую ответственность при выборе. Отдельным людям и организациям, у которых другие точки зрения на общественные проблемы, члены Opus Dei иногда представляются страшными противниками, и трудные дебаты о том, что должна
Для Opus Dei существует также определенный риск, заложенный в природе современных западных политических блоков, когда консервативные партии склонны выражать традиционные «католические» взгляды по общественным и культурным проблемам, и это может привести Opus Dei именно туда, куда никогда не хотел идти Эскрива, — к восприятию политической партии в качестве «католической» и идентификации с ней Opus Dei. Некоторые католики-консерваторы в США, безусловно не относящиеся к Opus Dei, пытались играть в это во время президентских выборов 2004 года, навязывая голосование за Буша как религиозную заповедь. Поскольку любой католик может счесть какого-то кандидата более совершенным по отношению к восприятию важности церкви, ни одна из партий не может абсолютно соответствовать церковному учению, и всегда есть возможность дебатов о предпочтительности позиций. Именно поэтому Эскрива хотел, чтобы члены Opus Dei были свободны в своих взглядах. На фоне стремления быть последовательными католиками и «думать вместе с церковью» по политическим вопросам, что само по себе благородно, проблема Opus Dei в том, чтобы избежать превращения в «Народную партию на богослужении» или «Республиканскую партию на богослужении». Эскрива сильно бы разочаровали последствия такого исхода.
Глава тринадцатая
СЛЕПОЕ ПОСЛУШАНИЕ
Должность Дэвида Кларка называется «консультант в области преобразования мышления», но его узкая специализация — вытягивание людей из-под власти различных культов. Сам он бывший член оккультной группы из Южной Калифорнии, имеет сертификат эксперта по культам и работает в качестве адвоката, помогающего покинуть культовые организации, более двадцати лет. Он был одним из авторов книги Recovery from Cults: Help for Victims of Psychological and Spiritual Abuse(W. W. Norton, 1993). Одно из его самых известных дел — дело Тамми ДиНикола, нумерария Opus Dei из центра Brimfield в Массачусетсе. Семья ДиНикола попросила Кларка побеседовать с дочерью, когда та приехала домой отпраздновать окончание Бостонского колледжа. В конечном счете ДиНикола покинула Opus Dei и вместе со своей матерью Дианой создала Opus Dei Awareness Network (ODAN) — сайт, резко направленный против Opus Dei.
ДиНикола — не единственный член Opus Dei, с которым Кларк работал за все эти годы. Он сказал мне, что к нему обращались примерно двадцать семей, члены которых были вовлечены в Opus Dei, и, возможно, он работал с двадцатью членами. В мае 2004 года я беседовал с ним о его восприятии Opus Dei.
«Эта организация заявляет о своей принадлежности к католической церкви и защите веры. Они консервативны в вопросах теологии, и это представляется им очень важным. Но их внутреннюю жизнь постороннему человеку очень трудно понять. Они изо всех сил стараются не дать посторонним увидеть, что происходит на самом деле, и это можно понять только по свидетельствам бывших членов, бывших руководителей и их документации», — сказал он.
Кларк, который не является католиком, сказал, что не намеревался делать Opus Dei своей мишенью. «Я не собирался проводить какое-то расследование. Я услышал об этой организации от семей, которые были намерены бороться с тем, что происходит с их сыновьями и дочерьми».
В 1972–1974 годах Кларк был участником, как он сам это назвал, «харизматического культа», который был ответвлением «Jesus movement» 1970-х годов. Потом он учился в Епископальной семинарии в Филадельфии, то есть обрел теологическую базу, и когда впервые услышал об Opus Dei, сразу узнал те самые извращения и методы, которые были знакомы ему по собственному опыту. В конечном счете он пришел к выводу, что Opus Dei «больше относится к культу, чем к церкви».