Оперативные будни
Шрифт:
Но вместо выговора за хамство получила широкую улыбку.
— Действительно, умненькая. Но зубы и когти тебе растить и растить. К тому времени, как придешь к нам работать, как раз вымахают, — преспокойно выдал он. — Но в целом неплохо, место в команде я тебе приготовлю.
Я же просто взбесилась.
— Да идите вы сами в это место! — Я отскочила. — А в вашу голову не приходило, что я не хочу на вас работать? Вы меня буквально силой заставили идти в новую группу. И мы с вами договорились, что по окончании семестра, если мне не понравится, я вернусь. Так вот, говорю вам четко: мне не нравится! Я хочу обратно в свою лабораторию. То, что я сейчас так активно участвую во всем, не значит, будто
А чуть позже Хран отпаивал меня успокоительной настойкой, потому как злость, а вместе с ней и адреналин схлынули, и я осознала, что наговорила, кому и в какой форме. Бриар же не только мой преподаватель, он наш куратор, руководитель, да и к тому же мой непосредственный начальник, пусть и всего лишь на стажировке. Перспективы будущего развития событий меня, мягко говоря, приводили в уныние. Хранитель не выдержал и снова наложил на меня заклятие. После чего мои излияния приняли новый оборот. Я снова начала утверждать, что магистр сам виноват, не имел он права так поступать, а вот я имела, ведь пострадавшей стороной оказалась именно я. Но надолго меня не хватило, и, к радости уставшего от моего нытья кошака, я уснула. А наутро слезно извинилась за свою очередную истерику. Оставшийся день, долгожданный выходной, мы посвятили приведению в порядок комнаты и мыслей. Хран занялся лабораториями, ведь, пока мы изготавливали кулон с иллюзией, насвинячили там изрядно. А я занялась спальней и гостиной. Там обнаружились кипы бумаг с нашими расчетами, от которых следовало избавиться. А что, если бы ректор устроил обыск на предмет огненных артефактов? Не то чтобы у меня был конкретно этот, зато других полно. И записей подозрительных хватает. В общем, бумаги следовало срочно сжечь. И не успела я собрать все разбросанные по полу доказательства нашей незаконной деятельности, как в комнату постучали. Даже не подумав, что там может быть кто-то, помимо Рины, я распахнула дверь.
Та-а-ак. Вдох, выдох. Я спокойна, я спокойна, я не нервничаю.
— Добрый, — выразительный взгляд на часы на камине, — вечер, магистр. Вы что-то хотели? — как можно безразличнее осведомилась я.
— Допустим, я был неправ.
— Извините? — удивленно переспросила я.
— Да, извиниться мне, пожалуй, не помешает, — признал мужчина и, решительно отодвинув меня, зашел внутрь.
Я недоверчиво посмотрела на него. Захлопнула ногой дверь, подошла поближе и попыталась скопировать его фирменный взгляд «Потрудитесь объясниться».
— Я признаю, что был неправ. Я не должен был устраивать вам проверки. Сожалею, что мои действия доставили вам столько проблем и подвергли опасности, поэтому прошу у вас прощения, Кастодия, — с абсолютно серьезным лицом произнес магистр и протянул мне коробку с эмблемой лучшей кондитерской столицы. (Откуда он ее достал? Заходил-то с пустыми руками.)
У меня слов не было. Дамиан Бриар был последним человеком, от кого я могла ожидать извинений. От удивления даже выпустила бумаги из рук, и они с тихим шорохом рассыпались по полу между нами. Я кинулась их собирать, ибо в моей голове промелькнула мысль, что уж кому-кому, а представителю городской стражи никак нельзя видеть, что там написано.
— Я помогу, — опустился рядом
— Не надо! — истерично взвизгнула я, выхватывая у него из рук бумажку. Быстро подгребла к себе остальные, вскочила и швырнула в специально разведенный камин. Повернулась обратно и наткнулась на искрящийся весельем взгляд.
— Что-то не так? — насторожившись, рискнула спросить я. Неужели увидел?
— Нет, ничего, — покачал головой магистр. — Разве что вы конфеты вместе с бумагами выкинули. Мне воспринимать это как ответ?
Я медленно повернула голову к камину. Точно, пламя как раз подобралось к витиеватой эмблеме на крышке коробочки.
— Так что вы мне ответите? — напомнил мне о своем присутствии Бриар.
— Почему вы решили извиниться, тем более передо мной? Вы не обязаны отчитываться за свои действия, — подозрительно уставилась я на главный источник всех моих проблем. Не иначе, что-то еще задумал.
— Скажем так, я не ожидал такой бурной реакции ни у адептки Вегерос, ни у вас. Моя проверка действительно вышла за рамки дозволенного, — уже без тени улыбки покаялся магистр.
Не сказать, что я поверила в его раскаяние, но это уже намного больше, чем я могла ожидать. Я-то думала, меня просто оставят в покое, а тут извинения, да с подарками.
— Забудем, — махнула я рукой. — Надеюсь, подобных экспериментов вы больше проводить не будете.
— Постараюсь.
— По крайнее мере, честно, — вздохнула я и взглянула на гостя, ожидая, что на этом он удалится.
Магистр задумчиво рассматривал меня.
— Вы что-то еще хотели? — спросила я, намекая, что пора бы и уходить.
— Хотел, — согласно кивнул Бриар. — Я не шутил, когда говорил, что понадобится помощь в систематизации данных.
— Сейчас? — удивилась я.
— Адептка Серас, вы подписали заявление на стажировку, где оговаривался ненормированный рабочий график, так что готовьтесь, — с легкой улыбкой заметил Бриар и мановением руки открыл портал.
Вздохнув, огляделась, но поняв, что брать мне особо нечего, я шагнула в неизвестность. Вышла в большом кабинете. В слабом свечении единственной лампы, стоящей на большом столе, заваленном бумагами, были видны высокие шкафы вдоль двух длинных стен, а напротив стола небольшой диван, тоже покрытый папками и бумагами. Сразу понятно, что это обитель трудоголика. Что-то мне подсказывает, принадлежит этот кабинет начальнику, то есть Бриару.
— Проходите, адептка, — слегка подтолкнул тот меня к столу, а через мгновение вспыхнула лампа под потолком, полностью освещая помещение. Правда, ничего нового я не увидела. Робко опустилась в кресло. Вот и еще один выходной проходит в работе.
— Не переживайте, — словно угадал мои мысли магистр, устраиваясь напротив. — Зато летом все будут практику проходить, а вы отдыхать. Мы засчитаем вашу стажировку. Сможете съездить куда-нибудь, — ободряюще заметил он, перебирая папки на столе, а потом протянул мне одну из них.
— Мне некуда ездить, — заметила я, пролистывая бумаги.
— Неужели совсем некуда? Как же вы каникулы проводите? Академию-то закрывают.
— Летом я помогаю в приюте, там и живу, — просто ответила я.
Не услышав ответа, оторвала взгляд от бумаг и посмотрела на магистра.
— Что вы так на меня смотрите? — с раздражением спросила я. — Неужели никогда с сиротами не общались?
— Знаете, так близко не общался, — ответили мне. — В смысле, на личные темы. По долгу службы, конечно, встречал, но как личности меня эти люди не интересовали. Так что мне сложно вас понять. У меня большая и дружная семья, и я не знаю, каково это — расти одному.
И снова совершенно неожиданный ответ…
— С чем я вас и поздравляю, — буркнула я. — Давайте займемся бумагами, раньше начнем, раньше закончим.