Операция «Гадюка»
Шрифт:
– Нет, я слежу за важными преступниками, – сказал Егор, – но необходимо передать о них сведения в Институт экспертизы.
Лейтенант отодвинула листок со стихотворением.
– В Институт судебной экспертизы?
– Просто в Институт экспертизы.
– Такого нет, – сказала лейтенант.
– Мне только написать письмо. Поверьте, я преследую их, но остался без копейки.
– Это очередная ложь?
У лейтенанта были выщипанные высокие брови и голубые тени вокруг глаз. Губы грубо темно-красно,
– Я же вам рифму дал, – сказал Егор. – Я еще могу дать. Это честно?
– A c начальником разговаривал?
– Его нет.
– Ну что ж, рискнем, одним добрым делом больше, одним делом меньше, не играет роли. Конверт у меня без марки.
– Нужна марка.
– Ладно, завтра найду. Ты мне нравишься. Садись за тот свободный стол и пиши. А мне дай рифму. Я все хорошо делаю, у меня стихи первый класс, на всех мероприятиях меня привлекают, но с рифмой нелады. Дай мне рифму к слову «гениальный».
– Реальный.
– Не лучший вариант. Ну ладно, на тебе бумагу...
И, как назло, в тот момент в комнату вошел молодой старшина с толстым розовым лицом, желтыми бровями и ресницами.
– Ох, – сказала девушка низким голосом и в мгновение ока одной рукой открыла ящик стола, другой смела в него бумаги – и рифмы, и стихи.
– Это что еще за фрукт? – спросил старшина.
– Ошибся номером, – сказала лейтенант. – Вы идите гражданин, идите.
– Мне можно попозже зайти?
– Гони его, Коля, – сказала девушка равнодушным голосом.
И Егор понял, что старшина и есть объект ее страсти. И потерять его – трагедия. Так что у Егора нет шансов.
Он вышел в коридор.
Возле дежурного все так же клубились задержанные и свидетели.
Бомж в рваном матросском бушлате и бескозырке пытался плясать, напевая «Яблочко».
Егор решил пойти в другое отделение. Должно же быть отделение возле вокзала, но в городе.
В зале, напротив входа в отделение, его ждала Верка-снайпер.
– Ничего не получилось? – спросила она.
– Ничего не получилось.
– Ходил доложить?
– Нет. Хотел оставить письмо.
– Я же тебе денег дала.
– Билет купил.
– И куда надо купил?
Сейчас бы послать ее куда подальше, но Егор понял – нельзя. От этой нелепой девицы зависит, может быть, судьба Земли. Надо рисковать.
– Куда надо.
– В Бологое?
– В Бологое.
– В чем проблема?
– Мне надо отправить письмо в Москву.
– Опять деньги? А мне что за это?
– Я через два часа уезжаю.
– А когда вернешься?
– Когда вернусь? Я буду спешить обратно.
– И у меня не задержишься?
– Вряд ли.
– Ох, не люблю я этих честных юношей, Павка Корчагин трахнутый, вот ты кто. Нет того, чтобы пожалеть женщину, подарить
– Ты сможешь отправить письмо?
– Ты сказку про Василису Прекрасную читал?
– Забыл. Ну отправишь или нет?
– Она была лягушкой, – сказала Верка. – Пошли на почту, я с собой конвертов не ношу.
Они отправились на почту, благо она все еще была открыта.
По дороге Егор думал – никакого смысла посылать письмо по почте нет. Пока оно дойдет, все уже кончится и некому будет его получать. Сама мысль отправить письмо могла прийти в голову лишь не совсем нормальному человеку.
Но как отправить весть в Москву?
– Нет, – сказал Егор. – Так не пойдет. Придется тебе завтра в Москву позвонить.
– Этого еще не хватало!
– Придется, Вера, – сказал убежденно Егор.
– Куда звонить-то?
– На почте я все напишу, а потом поговорим.
Егор подошел к стойке. Там лежали бланки телеграмм. И забытая им неподписанная телеграмма.
Егор перевернул бланк и стал писать:
Институт экспертизы. Москва. Телефон 095-876-2365. Гагарина. Здесь его нет. Калерию Петровну. В крайнем случае Катрин.
Вера стояла рядом. Не так уж от нее воняло помойкой. Она куда-то дела свою авоську с бутылками, теперь у нее была лишь потертая сумка через плечо.
Она делала вид, что ей неинтересно и она не подглядывает.
В районе Бологого есть опасный объект. Название Максимово или Максимовка. Туда направлены два агента, Майоранский и Лядов. Доктор Фрейд сделал вакцину, она действует три дня, можно жить у вас. Мне он тоже вколол эту вакцину. Цель агентов прежняя. Если не получили первого сообщения: уничтожение всей жизни на Земле, чтобы обеспечить благоденствие Чистилища. Я их преследую. Они меня в лицо не знают. У меня нет денег. Еду в Бологое поездом 65-бис. Буду там в 5.40 утра. Оттуда надо ехать автобусом. Это все, что знаю точно. Жду помощи. Егор Чехонин.
Вера взяла листок бумаги, прочла, шевеля губами, – видно, не очень успешно училась в школе. Потом спросила:
– Я это по телефону буду говорить?
– Да. Только проверь, чтобы тебя никто не слушал.
– А может, ты псих?
– Нет, я не псих.
– Они меня засекут и посадят, – сказала Верка. – А ты уже – тю-тю!
– Ты позвонишь из автомата. И не будут тебя сажать. Тебе деньги вернут.
– И ты поверил, чтобы у нас деньги возвращали? – удивилась Верка. – У нас догонят и еще отнимут.