Операция 'Энтеббе'

Дан Ури

Израильтяне опасались, что сейчас повторится история с бельгийским самолетом, который люди Хадада захватили и заставили вернуться обратно в Тель-Авив. Тогда израильские командос, переодетые в одежду членов наземного персонала, освободили самолет, убив двух арабов, но сохранив жизнь 97 пассажирам.

Если похитители следовали заранее разработанному плану - а именно это и сообщали электронные уши Израиля, настроенные на африканские и арабские радиоволны, - то командосам генерала Мордехая Гура предстояла нелегкая работа. Они начали незаметно подтягиваться к аэропорту им. Бен-Гуриона, одетые в белые комбинезоны

механиков или просто в обычную гражданскую одежду.

Казалось, что рейс "139", направляемый специалистами д-ра Хадада по террору и шантажу, должен вернуться сюда.

Столкновение с похитителями рейса "139", если они приземлятся в Израиле, потребовало бы от премьер-министра всей его решимости. Битва с ними грозила гибелью невинных пассажиров, и в результате весь мир осудил бы Израиль. Итак, Рабин приготовился к длительным переговорам, устроив себе командный пункт в помещении службы генерального директора "Эль Аль" (израильская авиакомпания) Мордехая Бен-Ари. В свое время Бен-Ари, создавая "Эль Аль", использовал опыт, приобретенный им во время Второй мировой войны, когда он нелегально вывозил людей из нацистских лагерей смерти. АФРИКАНСКИЙ ДИКТАТОР ВСТУПАЕТ В ИГРУ

В воскресенье вечером из Лондона пришло первое подробное описание террористов. В нем сообщалось предположительно, что основными исполнителями были двое немцев; что похитители следовали заранее разработанному плану; что рейс "139" приземлился, скорее всего, в стране, дружественной террористам. Эти важные сведения были получены от Патриции Хейман, тридцатилетней англичанки, которая уговорила похитителей выпустить ее в Бенгази, так как была беременна и опасалась преждевременных родов. У Пат Хейман был английский паспорт, но родом она была из Петах-Тиквы в Израиле. Она ничего не говорила до тех пор, пока рейсовый ливийский самолет не доставил ее в Лондон. Там за дело взялся Скотланд-Ярд. В эти пять часов ей пришлось иметь дело сперва с политическими пиратами, а потом - со специалистами по антитеррористической тактике. Как бы примиренчески ни были настроены правительства, полиция свободного мира создала свое собственное подполье для обмена информацией.

"По словам освобожденной заложницы, спустя 5 минут после вылета из Афин рейс "139" был захвачен немцем, немкой и, кажется, тремя арабами, - сообщил Лондон.
– Все вооружены. Возле дверей размещена взрывчатка, замаскированная под баночки с финиками. Вероятно, Бенгази - промежуточная остановка. Местом назначения представляется скорее всего Центральная Африка".

В 3 часа утра в понедельник 28 июня израильский министр обороны вернулся из аэропорта в свой тель-авивский кабинет. Шимон Перес родился в Польше в 1923 году. В возрасте 11 лет он попал в Палестину. Семья, оставшаяся в Польше, уже не надеялась когда-нибудь присоединиться к нему, чтобы вместе строить страну, способную уберечь евреев от преследований.

"В чем значение Израиля?
– говорил себе Перес.
– В частности, и в том, что евреи могут передвигаться по всему миру, как свободные люди. Мы не можем уступать шантажу".

Он только что узнал, что рейс "139" приземлился в Энтеббе. Ему было кое-что известно об Уганде и ее президенте Иди Амине, потому что в течение нескольких лет Израиль сотрудничал с диктатором и обучал его летчиков. Но в том, что похитители

выбрали именно Уганду, слышалась ирония судьбы. Когда-то эта страна рассматривалась в качестве места, где евреи могли бы - впервые за 2000 лет - создать свое государство. Уганда была альтернативой Палестине, которая со временем превратилась в Израиль.

Перес прошел мимо контрольных постов, улыбкой скрывая свою тревогу: необходимо было поддерживать спокойствие и не давать пищи слухам о катастрофе. Генерал Гур и советники разведки уже ожидали его, расстелив на длинном столе карты и фотографии.

– Более 4000 километров, - сказал Гур, отвечая на незаданный вопрос министра обороны.
– Мы рассматривали военные варианты, но путь огромный и проходит над враждебными территориями.

– Террористы получили поддержку Амина, - вступил в разговор офицер разведки.

– Вы уверены?

– Да. "Голос Уганды" передает призывы к революционерам и нападки на Францию и Израиль. У террористов в Уганде уже есть организация. Руководители операций приезжают туда из Сомали.

Перес взглянул на карту. Британское Сомали, которое уже не принадлежало британцам, вначале стало вотчиной коммунистического Китая, а потом перепродалось Советскому Союзу, у которого возможности подкупа оказались больше. Теперь, вооруженное советским оружием, "защищенное" русскими ракетами от неизвестных врагов, Сомали превратилось в надежное убежище для главных специалистов НФОП по партизанской войне.

И еще кое-что подсказала карта. Ранее Уганда находилась под британским контролем, как и Кения и Танганьика. В процессе деколонизации Восточная Африка прошла сквозь бури смутного времени: Эфиопия, на севере, свергла легендарного императора Хайле Селассие и разрушила традиционное британское влияние. Французское Сомали вышло из-под контроля Франции, за исключением порта Джибути...

– Джибути?
– вслух сказал Перес.

– Это подходит, - сказал Гур и задумчиво подергал себя за ухо. Проверьте, что скажут французы:

можно ли будет самолетам там заправиться.

Никто не спросил, что он имеет в виду. Если военная операция станет необходимой, и только в том случае, если она станет необходимой, самолетам придется лететь над враждебными арабскими территориями, обойти русские системы слежения в Сомали и совершить перелет, далеко выходящий за пределы нормальной дальности, существующей у военно-воздушных сил Израиля.

Кто-то поднял трубку и позвонил министру иностранных дел Игалу Аллону. Ему придется прозондировать французов на предмет Джибути, не говоря уже

о тысяче всяких других дел. По другому телефону генерал Гур негромко разговаривал с командирами парашютистов. Специальным подразделениям командос все еще предписывалось быть наготове в аэропорту, хотя теперь шансы на возвращение рейса "139" в Тель-Авив были уже меньше десяти процентов. "Все члены отрядов Х и V должны быть готовы к действиям где угодно".

В штаб-квартиру начал поступать текст заявления угандийского радио в 2500 слов. В нем содержались нападки на французскую оккупацию Джибути, словно в Уганде разгадали намерения специальной комиссии. "Франция держит в своих руках Джибути только для того, чтобы сохранить единственную для Израиля возможность попасть в Африку", - заявило радио Уганды.