Опекун
Шрифт:
Через силу, сжав зубы и мысленно дав себе пинка, он всё же смог выпрямиться в полный рост. Бросив последний взгляд вниз, Кот резко развернулся и умчался в неизвестном даже ему направлении. Время все поставит на свои места — эта мысль, подобно затухающей свече, светила, но не грела.
***
— Ох, Тикки, я так переживаю! Он не выходит на связь уже неделю. Пропускает патрули и…и… — голос девушки дрожал и сбивался.
— Маринетт, не терзай себя, — мягко прижав крошечную лапку к заплаканной щеке, квами пыталась успокоить подругу. — Кот и раньше пропадал на неопределенное время, но всегда возвращался. Вы же
Синевласка громко высморкалась в платок, не заботясь о рамках приличия в общем и своем внешнем виде в частности.
— Ты уже говорила это, — вновь шмыгнула она носом и промокнула покрасневшие глаза. — И я бы правда с тобой согласилась, но ты не видела его! Меня до сих пор пробирают мурашки от всего произошедшего. Они потухли, понимаешь? Я никогда не видела, как гаснет свет…
— Потухли? Свет? — Тикки пыталась сложить воедино столь сбивчивый рассказ.
— Его глаза.
Маринетт действительно не на шутку переживала за своего напарника. Может прежние Нуары и позволяли себе подобные вольности, но её напарник никогда не оставил бы Ледибаг одну. Должно быть, случилось что-то действительно серьезное.
— Еще и Адриану пришлось срочно уехать в какую-то командировку. Я даже места такого не знаю! Видимо какое-то поселение у чёрта на куличках, раз там не ловит никакая связь, — активно жестикулируя руками, девушка сорвалась с насиженного места на диване и подошла к окну.
По ту сторону взору открывалась великолепная панорама Парижа, которая всегда её успокаивала и дарила умиротворение. Как бы ей хотелось трансформироваться и просто пробежаться по городу… Но после чистосердечного признания доктора Дюллена, город словно с ума сошел, взорвавшись, как воздушный шарик. Пресса подняла невероятную шумиху, активно поощряемую бывшими жертвами или их родственниками. Та же Хлоя готова была лично выцарапать глаза мужчине, практически сорвав заседание суда. Маринетт лишь надеялась, что к окончанию всех разбирательств, Виктор получит не самое строгое наказание. Она, как Ледибаг, сделала все, что от нее зависело, чтобы суд учел все смягчающие обстоятельства.
— Двое дорогих мне людей просто взяли и исчезли! Ну как такое может быть? — и вновь она вернулась мыслями к своим личным переживаниям.
К сожалению, Мари не могла видеть, как за её спиной пятнистая квами закатила глазки и тяжело вздохнула. Тикки и раньше казалось, что она чувствует присутствие Плагга где-то поблизости, но окончательно все встало на свои места, когда Кот таинственным образом исчез. Было невыносимо наблюдать за терзаниями дорогого ей человека, но раскрытие личности должно было произойти без содействия квами. Устав никто не смел нарушать вот уже несколько тысяч лет. Не собиралась этого делать и Тикки. Правда, она пообещала себе как следует надрать кое-кому уши при первой же возможности. Довести её девочку до такого состояния! Да о чём эти котяры вообще думали?!
Тук-тук-тук
Дюпен-Чен буквально подскочила на месте, переглянулась с Тикки и, с трудом сдерживая улыбку, понеслась к входной двери. Руки предательски дрожали, прокручивая ключ в замке, но она так хотела скорее увидеть любимые глаза цвета молодой листвы.
— Боже, я так тебя жда… — закончить предложение она не успела, нос к носу с толкнувшись с изрядно зардевшимся парнем,
— Эм, привет, Маринетт! Я…эээ… тоже рад тебя видеть. Позволишь? — рыжеволосый кивком указал куда-то позади девушки, отчего она отошла в сторону, пропуская гостя внутрь.
— Прости, я просто…
— Ждала кого-то с более светлыми волосами, я понял, — мягкая улыбка столь естественно появилась на веснушчатом лице, что Маринетт стало немного стыдно за свою реакцию. Нат ведь не виноват в том, что она себе напридумывала.
— Чаю? — попыталась она исправить положение.
— Спасибо, но в другой раз. Я обещал подарить тебе твой портрет, как только закончатся все экзамены в художественном лицее. Кстати, у меня высший балл, — он весь светился, рассказывая о своих успехах. — Хочу отблагодарить, поэтому вот. Это тебе.
Только сейчас Мари заметила, что в левой руке Натаниэль удерживал довольно большой холст, который тут же протянул ей.
— Спасибо! Это правда очень мило с твоей стороны, — в знак благодарности девушка слегка подалась вперед и поцеловала рыжеволосого в щеку, добавив еще больше краски и без того алым щекам парня. Взяв довольно увесистый подарок в руки, Маринетт повернулась, чтобы прислонить его к стене, как краем глаза заметила движение на своем балконе. Темную тень. Похоже на… Голубые глаза распахнулись, заставляя ресницы порхать в бешеном темпе.
— Знаешь, не подумай, что я тебя выгоняю, но мне нужно срочно…эээ… полить свои цветы. Да-да! Я развела специальный раствор, а он очень дорогой и в любой момент может выветриться, так что…
— Я пойду, — неуверенно кивнул в ответ Натаниэль, подгоняемый «гостеприимной» хозяйкой за дверь. Всё, что он успел сделать, так это помахать на прощание прежде, чем услышал хлопок перед своим носом.
Маринетт, со всей присущей ей «грацией», устремилась к приоткрытой двери, ведущей на балкон. Чудом не повалив горшок с цветком и не запнувшись о собственные ноги, она выскочила на свежий воздух, бешено озираясь по сторонам.
— Стоять! — выкрикнула она куда громче, чем рассчитывала, рассмотрев уже собравшийся спрыгнуть вниз силуэт. — Если хочешь остаться при своих причиндалах (хвосте и ушках), то даже думать забудь о том, чтобы слинять без объяснений!
========== Глава 30 ==========
Комментарий к Глава 30
Дорогие читатели, вот и завершающая глава в этой истории, что мы с вами прожили вместе! Чувствую грусть и радость от того, что ставлю точку) Надеюсь, что не разочаровала вас! Буду рада встретиться с каждым в других моих работах. Спасибо за каждый + и за каждый отзыв! Многие сюжетные повороты рождались не без вашего мнения))
Оставлю за собой право на возможные бонусы к истории, но если они и будут, то не скоро. Не буду давать никаких ложных обещаний.
Приятного прочтения!
Жители Парижа вовсю наслаждались замечательной погодой, подарившей в этот день каждому небольшой кусочек счастья. Солнечные лучи накрывали крыши домов и зелёные кроны деревьев, словно мягкое одеяло, такое теплое и уютное. Парки и аллеи буквально кишели народом. Со всех сторон доносился смех и радостные голоса.
Лишь двое, казалось, совершенно не разделяли царящего где-то внизу веселья, а, возможно, и вовсе не замечали ничего вокруг, полностью сосредоточившись друг на друге.